Ворона на взводе (СИ) - Вран Карина

Глава 3

В маленький офис Бай Хэ мы прибыли пораньше. Там мало что изменилось: стопок с бумагами стало ещё больше, да малыш-кактус отцвел.

— Мама, нам пора начать задуматься об офисе побольше, — сказала я, когда две наших Чу встали нас поприветствовать.

И чуть не столкнулись друг с другом.

— Ты права, драгоценность моя.

Бай Хэ «перерастает» эту крохотульку.

Даже если все мои задумки пойдут прахом, тесниться вот так девочкам — ненормально. Это ок, когда одна или обе почти всё время на съемочной площадке. Сюда лишь пару раз в неделю заглядывают, чтобы разобраться с «текучкой».

Я же, как минимум, хочу (после всех курсов) Чу-три в бьюти-блогеры вывести. Пока ниша не занята, следует поспешать. Значит, нужно будет место и оборудование. Не потащим же мы к себе Юмин?

Однако… бежать впереди паровоза тоже не стоит. Сперва понять бы, как сильно нужно расширять «границы владений», в смысле, на сколько работников офис новый нужен. Мы с Жуем приносим студии доход, но при этом не создаем деньги из воздуха.

За каждым юанем: затраченные время и усилия. Пот, кровь и слезы, если так угодно. И то, и другое, и третье мы проливаем, если того требует сценарий. Кровь обычно бутафорскую. Но случаются и исключения.

Мы пришли не с пустыми руками. Пухленькие красные конверты сделали сотрудниц очень довольными. Еще бы: там по десять тысяч юаней на каждую. Сильно больше их месячной зарплаты.

Старательность и преданность окупаются. Можно сказать тысячу слов про корпоративный дух и прекрасное будущее нашей творческой студии. Девушки будут хлопать в ладоши и благостно (дежурно) улыбаться.

И можно выдать им по премиальному конверту. И их сердца действительно воспылают. И настрой на грядущие свершения взлетит на новый уровень.

Две сияющие Чу кратко отчитались о свежих предложениях. В основном рекламных. Так как у меня учебный год на носу, не до крупноформатных работ. А для Синя уже почти согласован новый проект. Он к нему активно готовится.

Парадокс: для меня работы было больше, но именно заманчивые контракты чаще приходили для Жуй Синя. Полагаю, дело в том, что от него заказчики и киностудии осознавали, чего ждать. И что требовать. А с малявкой несколько сложнее.

И я их понимала! Сама же уже кучу времени потратила на поиски хорошей (и бюджетной!) идеи для сценария. Где важную роль можно отвести себе любимой. Любая история не подходит. Только такая, чтобы впечатлить сладкую парочку Бу-Ян. Привлечь этих спецов к реализации, а там, глядишь, и «призвать» их в Бай Хэ.

Всё ещё не нашла. Как на зло, ничего умного не приходит в голову.

В десять лидер Вихря не объявился. Мы этот момент пропустили. Как раз разгорелось нешуточное обсуждение: насколько уместно проговаривать баснословно дорогое предложение рекламы для Синя.

Без шуток, ему готовы были за участие в этом действе занести пару чемоданов денег. Стоюаневыми купюрами.

Итак, приготовьтесь. Это и правда нечто особенное! Текст, чтоб вы понимали глубину проработки идеи, дополнен цветными референсами. Там чуток в анимешном стиле отрисованы предполагаемые действия и позы.

Честное слово, иногда даже не знаешь, что лучше. Как с Новым взглядом, где заказчик сам не вполне понимал, что он ждет от актеров. Или когда — такое. Детальное. Вдумчивое.

Пристегнулись? Камера, мотор, экшн!

Мужчина в полурасстёгнутой рубашке открывает кулек с рыбой. Принюхивается: рыба ощутимо попахивает. Тогда мужчина снимает рубашку и… натирается вонючей рыбехой.

Референсы: кулек, мужчина, обтирание спины, шеи, груди, подмышек.

Следующий референс включает изображение кучкующихся «белорубашечников». Группа из пяти молодых сотрудников добровольно забивается в дальний угол заднего ряда мини-автобуса. Все они зажимают носы и корчат страшные лица.

Далее: герой этой рыбной истории со счастливой улыбкой сидит один на переднем сиденье.

«Вам нужно больше места?» — спрашивает закадровый голос, дублированный подписью-титрами. — «Есть вариант получше: Volkswagen Variant».

— Синь в этом участвовать не будет, — подвела итог обсуждению Мэйхуа.

Я где-то с натирания волосатой подмышки (тухлой рыбой, просто напоминаю) периодически уползала под стол — прохихикаться. Затем выкарабкивалась: глянуть следующий рисунок и на новый круг — угорать под офисной мебелью.

А две наши сотрудницы на серьезных щах обсуждали уровень креативности данного «шедевра». Чу не сомневались: этот ролик непременно будет снят и запущен на телевидение.

Очевидно, не с актером из нашей студии.

Божечки-кошечки! Тут-то я и начала осознавать, почему рекламные ролики Вод Куньлунь до сих пор любимы в народе. Да потому, что альтернатива им — что-то вот такое, с рыбами. К слову, раз зашла об этом речь: все мои рекламные проекты до сих пор актуальны.

Гоночный сюжет для «Колесников», где малышковый заезд на электромобилях, заявлен в качестве претендента на награду от форума CIAF — Китайский международный фестиваль рекламы. В разделе телевизионная реклама.

Эта ворона в возмущении! Как так? Два шедевра от дуэта Бу-Ян для Вод Куньлунь никаких наград не получили. Хотя они и по размаху, и по реализации — волшебны. Несправедливо!

Ага, и исполнители там топовые. Есть желающие поспорить? Нет? Вот и правильно.

Может быть, дядя Ян не «занес» куда надо, а другие в том году как раз «занесли»? Не уверена: я и узнала-то о существовании этого награждения только сейчас.

После рыбы… в смысле, рекламы автомобиля, подняли задумку производителя зубной пасты. Их привлек Жуй, как борец с демонами. Эти креативщики жаждут нарядить нашего парня в черное с золотом ханьфу. Дать ему бутафорский меч и отправить сражаться с демонами.

В финале ролика на горе из тел он должен, цитирую: «Сверкнуть белозубой улыбкой». Гвоздь программы та улыбочка, так сказать.

Задумка не понравилась Суцзу. «Плохое сочетание цветов», — сказала она. Мол, черное и белое не работает. Мы предпочитаем красное и золотое, а не цвета траура. Другие аспекты краткого сценария не вызвали у нее вопросов.

Впрочем, и на это Жуя мы не решились подписывать.

«Хорошо, хоть не додумались намазать темнокожего этой своей зубной пастой, чтобы он под воздействием превратился в белокожего принца», — подумала я тогда.

Ещё не подозревая, что мои находчивые соотечественники несколько лет спустя забабахают другую рекламу. Капсул для стирки.

Где симпатичная китаяночка будет закидывать белье в стиралку. И следом запихнет (не спрашивайте как — это не описать словами, видеть надо) слегка испачканного «уголька» (африканца с чернильно-черной кожей) в ту же машину с вертикальной загрузкой.

Догадываетесь, да?

По завершению программы стирки из недр аппарата вынырнет — сияющий белизной футболочки и кожи китаец.

Превосходное качество стирки — заверит нас производитель.

Нет, вообще никакого расизма. Китайцы не такие. Только некоторые из нас, особо оригинальные.

Но мы не будем судить по этим двигателям торговли всю рекламу Поднебесной. Ведь есть и нормальная.

Скажем, с участием этой вороны.

Так вот, к чему это я? К тому, что Сыма — танцор из Вихря — не пришел. Ни в десять, как было оговорено, ни спустя час. О, нам было, чем заняться — столько разных придуманных историй, коротких и длинных, веселых и грустных…

Для меня выбрали… ничего. Родительница была непреклонна: в последнюю неделю до садика доченька отдыхает. И готовится: нужно снять свежие мерки, купить массу вещей и принадлежностей.

— Баочжэн, господин Сыма оставил свой номер? — спросила мама, когда все приличные сроки ожидания истекли. — Нет? Жаль. Выясните, что с ним случилось. Такой целеустремленный молодой человек не пропустил бы встречу без веской причины.

— Да, госпожа Лин, — перещелкнуло в режим роботов сотрудниц. — Будет сделано.

Мамочка успела вздохнуть: ну сколько можно им говорить о поведении? Но не успела мягонько попенять. Зазвонил мобильник. Высветился — ему там икалось? — режиссер Ян.