Последняя из рода Громовых - Ардин Ева

В проеме двери стоял высокий молодой парень в белом халате и шапочке, из-под которой торчали неопрятные вихры зеленого цвета. Он шагнул внутрь, толкая перед собой тележку на колесиках. На ней громоздились склянки и стакан с мутно-зеленой жидкостью.

— Как себя чувствуем, Римма? — парень, держал перед собой пухлую потрепанную тетрадь и быстро читал то, что там было написано. Ответа он не ждал, а начал возиться со склянками, подливая что-то в стакан. — Так, сейчас выпьем лекарства, и отпущу тебя к жениху…

Сколько у меня вопросов сразу появилось! Но пришлось выбрать один:

— К жениху? — переспросила, стараясь, чтобы голос чуть дрогнул.

— Ну да, — невозмутимо ответил парень, сунул тетрадь под мышку и взял в руку стакан. Принялся болтать его, отчего жидкость налилась неярким свечением. — Он уже заждался, и хочет как можно скорее тебя увидеть…

А затем ловко приподнял меня и поднес стакан к моим губам.

Я отшатнулась и упала на подушку раньше, чем успела подумать. Все же мои родные рефлексы, несмотря на шок от осознания реальности, остались. Не позволю вливать в себя непонятно что!

Ладно, вдох-выдох, не время впадать в ступор.

Действуем. Пока просто представлю, что снова работаю под прикрытием.

— Что это? — спросила с придыханием, указывая на стакан. Не забыла похлопать ресницами и вообще постаралась на полную включить природное обаяние.

Парень, который считал меня Риммой Листьевой-Громовой, не проникся. Больше того, он скривился, глядя на меня, и с презрением сообщил:

— Ты совсем, что ли, ничего не знаешь? Это универсальное восстанавливающее, — его глаза нехорошо забегали, а лицо снова перекосилось. — А еще учишься на целительском! Как вижу, даже книжки читать пытаешься. Что, слишком сложно для девчонки?

Он взял книгу, что я достала с полки, и поставил обратно. Что интересно, я смогла краем глаза выхватить название. «Физиология высшей нервной деятельности».

До меня дошел еще один важный факт: язык, на котором мы говорили и было написано название книги, не был одним из двадцати известных мне. То есть я его теперь знала, но… Откуда? Как?..

— Похоже, у меня проблемы с памятью, — я приоткрыла глаза пошире. Растерянность изображать не пришлось, я и так пребывала в замешательстве. Очарование не удалось, попробуем вызвать жалость. — Что это за место и как я здесь оказалась?

— Ты в Центральной Имперской больнице! — заявил парень пафосно. — Привезли люди его высочества, без сознания. Как видишь, тебя разместили в княжеских хоромах, — он картинно оглядел все вокруг, явно издеваясь, и снова нацелился на меня со склянкой. — Я приказ выполнил в точности! А теперь поднимайся, надо лекарство выпить.

— А что приказали? — поинтересовалась я, делая вид, что не в силах встать.

Хорошо, что и впрямь пришлось просто делать вид — по ощущениям, слабость немного отступила.

— Как что? Обследовать тебя, убедиться, что все в порядке, да и помочь с восстановлением магии. У нас сейчас аврал, столько раненых после прорыва, что даже в коридорах лежат. А тебе было велено отдельную палату организовать. Не удивительно, что жених тебя не сразу нашел… А ты молодец, целого княжича отхватила, по тебе и не скажешь. Он за тебя волнуется.

— Да уж, он такой, — кивнула я, желая посмотреть на неведомого княжича.

Еще больше я хотела отказаться от лекарства, не вызывая подозрений. Поэтому все же поднялась, села на постели, потом попыталась встать… да и неловко взмахнула руками, якобы потеряв равновесие.

Совершенно случайно, конечно же, попала лекарю по руке, отчего стакан вылетел и разбился о каменный пол.

Какая досада.

На звон, не иначе, дверь распахнулась, и пожаловали зрители. Точнее, один зритель, зато какой!

— Что здесь происходит? — ледяным тоном осведомился высокий парень с длинной блондинистой косой, шагая в мою гостеприимную кладовку. Он вперил взгляд в осколки на полу, а потом посмотрел на лекаря: — Митя?

— Эта дура разбила стакан — тут же сдал меня незадачливый целитель.

— Так принеси еще! — поджал губы блондинчик. — В чем проблема?!

— А у меня только на одну порцию оставалось! Но не переживайте, ваше сиятельство, она призналась, что у нее проблемы с памятью!

Сиятельство перевел взгляд на меня. Я уставилась в ответ, рассматривая его.

Судя по золотому шитью сюртука с высоким воротом и обилию колец на пальцах, парень не бедствовал. Он был, похоже, человеком, причем молодым, вряд ли старше пары десятков лет. Оценив выражение высокомерия и брезгливости на красивом, в общем-то, лице, я поняла, что опыта он за свои годы набраться не успел.

Или я ему просто не нравлюсь, и он не считает нужным это скрывать.

— Римма? — обратился ко мне парень, которому я собиралась отвечать взаимностью. — Ты меня, что же, не узнаешь?

Я запоздало сообразила, что сиятельство может быть женихом этого тела. Конечно, так не стоит смотреть на невесту, но кто знает, какие тут у них порядки? К сожалению, пока не я.

И с этим тоже придется разбираться.

Я замешкалась с ответом, но он никому и не требовался.

— Ваше сиятельство, она смотрит так, будто впервые вас увидела, — почему-то шепотом сообщил Митя. — Наверное, прежних приемов было достаточно. Полагаю, сейчас для воздействия хватит и обычных внушений.

— Говорить это при ней было не обязательно, — скривился сиятельство. — Впрочем, какая разница… Она все равно забудет. Римма, ты знаешь, что я твой жених? — обратился он ко мне.

— Жених? — что ж, будем придерживаться версии с потерей памяти. — А как тебя зовут?

Мне очень не нравилось то, что обсудили эти двое, а еще больше — выводы, которые напрашивались исходя из услышанного. Это что же, бедную девушку Римму так лечили, что у нее теперь провалы в памяти?

— Ты и этого не знаешь? — удивился сиятельство. — Мое имя Всеволод Разумович, и я сын князя Петродара. Хоть название нашего города ты помнишь?

— Неа, — честно призналась я.

— Даже так? — Всеволод глянул на Митю, и тот робко промямлил:

— Может, это еще лучше? Ну, для ваших целей? Тут легко можно на её недееспособность подать. Скажем, что шок у бедняжки после пережитого, и остатки мозгов растеряла. Ее ведь едва не убили!

Мне окончательно разонравилось происходящее. Тем более что сиятельство достал из внутреннего кармана сюртука тубус, откуда извлек некую бумагу и с довольным видом произнес:

— С одной стороны, могут заподозрить воздействие. А с другой, кому она нужна, эта замухрышка? Начинай готовить бумаги. Но вначале… Римма! — он взял меня за руку и вложил в нее стилос. — Ты подпишешь это, ясно?

«Это» оказалось документом с печатью в виде тучки с пронзающей ее молнией. В нем было сказано, что наследница клана Громовых передает сиятельному князю Разумовичу свои земли в доверительное управление.

Дочитать я не успела: меня взяли за подбородок жесткие пальцы, и сиятельство повернул мою голову, вынуждая смотреть в его светло-серые водянистые глазки.

В их глубине появились фиолетовые искры ментальной магии, и это было совсем нехорошо!

Ведь у меня нет защиты от внушений! А то, что обрушил на меня сейчас сын князя, было именно ментальным воздействием!

— Подписывай! Немедленно!

Глава 4

Время для меня словно замедлилось. Только неимоверным усилием я сумела сдержать возмущение и ярость.

Меня собирались ментально подчинить! Меня, дракона грозы и наследницу королевской семьи воздушных демонов!

Да у меня ментальная магия в крови!

Конечно, вся моя кровь осталась в прежнем теле, но кое-то я сохранила.

Свои знания. И пусть мне не доступны прежние силы, я отнюдь не беспомощна.

Но сейчас мне не стоит вступать в открытый конфликт. В голове за доли секунды промелькнули варианты, как можно действовать — вырубить двоих людей, даже будучи в таком слабом теле, я сумею.

Но вот что дальше? Они ведь поймут, что я не та, за кого себя выдаю. Тем более что Митя уже предложил женишку признать меня недееспособной.