Госпожа предпочитает блондинов (СИ) - Матюлина Алла

Да уж, выбор просто огонь.

Либо несколько блондинов — сильных, красивых, из тех, за кого здесь дерутся…

либо семёрка брюнетов без магии и пара «на сдачу».

Глава 4

Я повернулась к «элитному» блондину.

— Вы, конечно, хороши, но сегодня я беру оптом, а не поштучно.

Он в ответ неуверенно кивнул, зачем-то застегнул пуговицу на рубашке и направился к выходу.

Я перевела взгляд на Эдрага. Тот по-прежнему стоял, не шелохнувшись.

— И куда тут нажимают, чтобы всё это стало официально?

Он коснулся нужной строки на пластине и заметно севшим голосом подсказал:

— Нужно подтвердить выбор, — ну вот, даже хваленое «госпожа» забыл добавить.

Магическая штуковина меж тем в моей руке тихо пиликнула, цифры на ней перестроились без всякого сочувствия, лимит госпожи заметно просел. Почти обидно быстро. Вот так спустила почти всё на мужчин. И даже не на мужей.

Я обернулась к своим кухонным. Каир отмер первым, пока остальные все еще не могли поверить в произошедшее. Я впервые увидела, как его обветренные, грубые губы дрогнули в улыбке — неровной, непривычной для его лица, — а в тёмных глазах мелькнула тихая, упрямая решимость.

— Моя госпожа, мы вас не разочаруем, — он склонил голову, будто закрепляя сказанное.

За ним последовали остальные.

Один за другим шестеро брюнетов склонили головы — не одинаково, не выучено.

У одного — почти мальчишеское лицо, он сделал это резко, будто боялся опоздать. Другой, постарше, опустил голову медленнее, тяжело, как будто вместе с ней легло всё, что он уже прожил. Кто-то с длинными волосами, стянутыми сзади, неловко тряхнул их. Один приложил ладонь к груди, а тот, что с поварешкой и вовсе прижал ее к себе, не замечая, как та пачкает серую рубашку. Разные лица, — и один и тот же жест, в котором не было показной покорности, только сдержанное, короткое «приняли».

Признаться, я даже смутилась. Тоже мне, удумали.

Я прокашлялась.

— Так… вы пока подготовьтесь тут. Переоденьтесь, вещи свои упакуйте. А я… — вспомнив, что мне ещё мужей выбирать, я ткнула пальцем куда-то вверх, — соберу вам компанию.

Каир поднял голову, встречаясь со мной взглядом. На лице горела готовность действовать.

— Тогда будем ждать пополнение, госпожа, — он подал знак мужчинам и все пришло в движение.

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться. Пополнение, значит. У моего шефа, оказывается, ещё и чувство юмора где-то завалялось.

— Семья готова к расширению, — не удержалась я, глядя на Эдрага.

Он как-то рвано выдохнул и принялся перечислять, загибая пальцы.

— У нас есть несколько залов, где готовят мужчин. В тренировочном вы уже были. Также есть зал магии, где развивают дар. Зал интеллекта и стратегий — работа с расчётами, моделями, планированием. Комната адаптации и общения — там учат вести диалог, реагировать, правильно себя держать. А также зал обслуживания и быта: уход, массаж, взаимодействие с госпожой.

Последнее Эдраг выделил особенно, явно с намеком.

Но меня тянуло в другую степь.

— Зал интеллекта.

Эдраг направился к двери и придержал её для меня. Я вышла, краем уха улавливая голос Каира, который отдавал распоряжения. И от этого внутри стало спокойно — можно было не оглядываться.

Дорога до зала интеллекта заняла на этот раз больше времени. Я снова прошла по подвалу, по тому же коридору, потом поднялась по лестнице выше и ещё повиляла по проходам.

Двери, как по мне, были все одинаковые, но Эдраг все вел меня вперед, пока безошибочно не выбрал одну из них и не толкнул.

Здесь все было устроено иначе.

Помещение было разбито на несколько зон. Длинные столы, покрытые листами с расчётами, доски с чертежами, какие-то пластины, по которым пробегали тонкие светящиеся линии. В воздухе висел негромкий гул разговоров, но не хаотичный, а, скорее, сосредоточенный.

И блондины. Конечно же, они. Но выглядели иначе. Рубашки, жилеты, закатанные рукава, аккуратные воротники.

При нашем появлении они отвлеклись от своих столов — не все сразу, но быстро. Рука с карандашом замерла над расчётами, лист с цифрами опустился чуть ниже, кто-то просто повернул голову, отрываясь от схемы.

— Госпожа, сюда.

— Посмотрите, у нас как раз расчёт.

— Мы почти закончили модель.

Голоса накладывались друг на друга, негромко, но настойчиво. При этом сами блондины не спешили подходить ближе. Наоборот, будто приглашали меня в свою работу.

Ближайший к краю стола развернул лист в мою сторону, освобождая место, чтобы я могла подойти.

На листе перед ними были не схемы, а цифры — столбцы, пометки, перечёркнутые значения.

— Мы считаем, какой вариант выгоднее, — быстро заговорил он. — Если брать это направление, доход выше, но и затраты растут.

— Зато оборот быстрее, — тут же подхватили рядом.

— Но чистыми выходит меньше, — возразили в ответ. — Здесь съедает логистика.

Ничего непонятно, но очень интересно.

— Отличная работа, — на всякий случай произнесла я и отошла ко второму столу.

Здесь все было гораздо интереснее…

— Если женщина блондинка и мужчина тоже блондин, шанс выше, — говорил один, указывая на записи. — Это уже подтверждали.

— Глупости какие, — фыркнул другой, складывая руки на груди. — Цвет волос ребёнка не зависит от цвета волос матери.

— Тогда от чего? — резко отозвался первый, повернув к нему лист. — Просто так, по-твоему?

— Может, от момента зачатия, — вмешался третий, наклоняясь ближе. — От даты, от условий.

— Нужно зачинать днем, а не в темное время суток, — на полном серьезе выдал четвертый.

Я вдруг почувствовала, что эта тема зацепила меня за живое.

— Подождите, — я нахмурилась, глядя на компанию мужчин вокруг стола. — Я правильно понимаю, вы сейчас обсуждаете, как зачать блондина?

— Не совсем, госпожа, — педантично поправил меня мужчина в тонких очках, поправляя их на переносице. — Мы обсуждаем, как не зачать брюнета.

Наверное, что-то такое у меня отразилось на лице, потому что он продолжил, уже тише:

— Понимаете, когда дети входят в возраст, у них проявляется цвет волос. Девочкам рады в любом случае, — он кивнул в мою сторону, словно отмечая мое «везение». — Если рождается мальчик-блондин — тоже.

Он на мгновение замялся, но всё же договорил:

— А брюнетов, как вы наверняка уже знаете, отдают городу. Для их же блага.

Рядом кто-то отвёл взгляд. Кто-то провёл ладонью по столу, стирая несуществующие крошки.

За столом на какое-то время повисла тишина. В этот момент, наверное все мы и я, и блондины-интеллектуалы, и даже Эдраг, который прислушивался к нашему разговору, думали об одном и том же: что делать, если у ребенка проявляется не тот цвет волос, на который рассчитывала семья? И что-то мне подсказывало, что для каждого был свой ответ. Одни семьи сразу мысленно вычёркивали такого ребёнка, другие потом годами оплакивали, а третьи, кто знает, может, вообще взятки давали, чтобы хотя бы в теплое место пристроили чадо, а не на рудники.

У меня даже на секунду перехватило дыхание.

А что, если у меня?

Если у меня родится не тот?

— Всё-таки нет ни одного способа гарантировать, что не родится брюнет, — нарушил тишину тот, что рекомендовал зачатие в светлое время суток.

— Неправда, — раздалось ровное, почти механическое, позади меня. — Есть один способ, гарантирующий, что в семье не родится брюнет.

— О, богиня… — кто-то устало провёл ладонью по лицу, глядя мне за спину.

— Не сейчас.

— Только не Умник…

По столу прошёл тяжёлый выдох — знакомо, как заезженная пластинка.

Я заинтригованно обернулась.

Глава 5

Мужчина, который направлялся к нашему столу, производил странное впечатление аккуратностью во всём — от походки до того, как он держал плечи.

Высокий, худощавый, его осанка была прямой, словно он проглотил палку. Узкие губы сжаты в упрямую линию, а само лицо без единой морщинки или залома, как будто мужчина не привык распыляться на эмоции.