Лесные братья (СИ) - "Джек из тени"

Димэль пришёл к тем же выводам и не спешил сходиться со мной накоротке. Мрачно осмотревшись, понял, что дела у него не очень. Призраки при помощи демонов добивали его родственников по сорок седьмой хромосоме. В галерее перед тронным залом постоянно что-то рушилось и взрывалось в промежутках между криками умирающих. Паук пошёл ва-банк, понимая, затягивать схватку опасно не только для ментального здоровья.

С каждой лапы в мою сторону сорвались сгустки пламени и ещё один, намного больше, с острия меча. Пришлось знатно извернуться, чтобы всё отбить или уклониться. Вот только ещё два плетения сорвались с его рук в виде коротких каменных дротиков. Один принял на меч, а второй пробил левую ключицу.

Но моментом Димэль воспользовался по-своему, а именно попыткой свалить в закат. Залив позади себя пол огнём, ломанулся в галерею. Снова грохот, а затем мы все услышали нарастающий гул, итогом которого был хлопок преодоления звукового барьера. Кусок стены тронного зала перестал существовать, как и часть внешней стены. А затем я услышал бешеный рёв грифона.

— Назад, вас разорвёт на куски! — осаживаю бегущих демонов.

— Но он уйдёт, Владыко! — протестует старшой.

— Димэль уже мёртв — устало отвечаю рогатым — там сейчас существо пострашнее, явно не блещущий любовью к незнакомым разумным.

Я осторожно вышел из тронного зала.

Глава 24

Крик души не покинет стены Цитадели

Перед смертью вопрос: что же я наделал?

На коленях стою и разбита Скорбь

И рассудок сквозь тьму отбивает дробь

Смеётся Фордринг где-то слева

Но что я вижу — явилась Королева

И вся та ярость, что сразит еë врагов

Моих растопит боль ледяных оков

Fun Mode — Стены Цитадели

Галерея переходов перед тронным залом стильно преобразилась. Каменные завалы от топовых брэндов, авангардные картины на стенах в виде кровавых мазков и раскиданных конечностей по полу от лучших художников.

Было несколько живых эльфов, явно с тяжёлой контузией, все как один пытались уползти подальше от Тайфуна. Грифон рвал на части тело паука, желающих помешать его целеустремлённым действиям видно не было. Финалом стала оторванная голова, запущенная в один из уцелевших проходов, куда стремительно уползали ушастые. Закончив с расправой, здоровяк быстрым шагом устремился в угол помещения, там лежала старая грифина, присыпанная каменной крошкой и пылью, каждый вдох давался ей тяжело. Тайфун сел рядом с телом королевы, печально склонив голову. Медленно подошёл к своему другу, чувствуя его терзания, тот считал, что не успел на считаные минуты.

— Мы не сможем помочь? — спросил у грифона. В ответ пришёл образ: пробиты лёгкое, и повреждено сердце.

А ещё я понимал, Мери на грани и скоро умрёт. От этого стало ещё тоскливее.

Закашлявшись кровью, грифина подняла голову и тихо прошелестела, глядя Тайфуну в глаза, тот внимательно слушал. В это время в оставшихся проходах нарастал шум бегущих солдат.

— Ферзь, эти двери твои — отдаю приказ призракам, поворачиваюсь к демонам — прикройте оставшийся проход в соседнее крыло — слитно громыхнув кулаком о броню, рогатые ушли вперёд.

Смертельно уставшие люди на волевых занимали последний рубеж обороны.

— Господин, не стреляйте! Это Авелор — из-за угла вырулил эльф, на всякий случай с поднятыми руками. Все мгновенно расслабились — Мы вошли в замок, это крыло почти полностью наше.

— Крест, иди с ними, а то ещё рогатые решат, что им в тыл зашли — кивнув, стрелок присоединился к уходящим эльфам — а теперь все, кроме Ферзя, покиньте галерею. Займитесь ранеными, выставьте посты. Если получится, дайте знать местным аристо, что Димэль мёртв, можете башку его с собой таскать. Надеюсь, этот остудит слишком горячие головы. Захотят пообщаться, милости просим, но только на наших условиях.

Призраков почти выносили на руках, люди отрубались на ходу. Вскоре помещение опустело, лишь голоса доносились из соседних залов, быстро ставших походными госпиталями.

— Командир, куда рогатую девать? Тоже вынести? — спросил Ферзь, с сомнением посматривая на Фейри, лежащую без сознания.

— Устрой её где-нибудь рядом — я скривился от воспоминаний. После стольких заключённых контрактов я вполне стал чувствовать разницу. Мамзель буквально впечатала в себя клятву, там не то, что секретов не будет, за косой взгляд будет косить и забивать всех и вся, независимо от званий и заслуг окружающих — ещё очнётся, в момент, когда какой-нибудь эльф будет ей повязку менять на руке.

Сам же, собравшись с силами, взял на руки Мери и перенёс умирающую девушку к умирающей грифине по просьбе летуньи. Аккуратно положил рядом и отошёл, хоть и не понимал, зачем это нужно.

Грифина медленно положила лапу на руку Мери, глаза королевы заполыхали силой. Вокруг них начал закручиваться ветер, с каждой секундой набирая скорость. Поток вбирал в себя пыль, крошку и даже большие обломки камней, превратившись в непробиваемый кокон, светящийся изнутри. Через несколько минут ветер утих, внутри круга лежала бездыханная грифина.

Рядом с ней стояла Мери, за спиной девушки расправились белые крылья.

Тайфун раскрыл свои крылья и низко склонил голову, рядом на колено встал Ферзь. За спиной услышал шипение и яростное бормотание. Фейри с трудом встала, с улыбкой посмотрев на нас. Затем, сказав длинную фразу на незнакомом языке, поклонилась Мери. Та улыбнулась, коротко кивнув в ответ.

Я не знал, что мне делать, поэтому чувствовал себя крайне неловко. Начать суетиться и пытаться встать на колено, по мне буду выглядеть клоуном. Поэтому просто смотрел в глаза Мери, не отводя взгляда.

— Ты что, совсем ничего не чувствуешь? Ты хоть понимаешь, кто она? — начала возмущаться Фейри.

— Ну, крылышки дают понимание — засмеялась Мери — но он не склонится. Не чувствует необходимости, слишком силён. К тому же мы с ним одной крови, верно, Хранитель?

— Это как? — ошалело спросила Фейри. От такого ответа отвисла челюсть даже у грифона.

— Для меня этот мир тоже стал родным сравнительно недавно — пожала плечами Мери, крылья постепенно становились прозрачными, затем вовсе исчезли.

— У меня есть вопросы — единственное, что я смог выдавить из себя.

— Для начала надо представиться? — улыбнувшись, спросила Мери, молча кивнул в ответ. Мери сделал три шага вперёд и сложила руки в молитве.

— Вера Игнатьевна Гейдройц, сестра милосердия, погибла в конце первой Мировой — девушка делает ещё пару шагов вперёд, замирает по стойке смирно.

— Старшина медслужбы Нина Тимофеевна Барвинская, отдельный медико-санитарный батальон двадцать седьмой стрелковой Краснознамённой дивизии — Мери делает несколько шагов и переходит на строевой. Не доходя до меня пару метров, останавливается, «взяв под козырёк».

— Старший лейтенант Мария Александровна Поливанова, позывной «Звезда». Снайпер первой категории — бодро рапортовала Мери. Причём всё это она произносила на русском языке, чем вызвала недовольное бурчание Фейри.

— Сколько «крестов» в блокноте? — машинально спросил, переваривая сказанное ранее. Ответ вывел из ступора, чтобы упороться ещё сильнее.

— Шестьдесят девять подтверждённых объективным контролем — сверкнув глазами, ответила Видящая.

— А если глазами второго номера?

— Сто тридцать шесть. Из них два бородатых генерала, шесть полевых командиров, трое забугорных эмиссаров, четыре снайпера, имеющих статус международных террористов — хищно улыбнулась Мери.

— Она сейчас явно хвастается, а я не понимаю чем — громко возмутилась Фейри — у меня тоже, знаешь ли, есть достижения.

— Вольно, боец — мозг всё ещё работал с большим трудом. Не успел я снова открыть рот, на мне повисла Мери.

— Милый, я так рада тебя видеть! — проворковала девушка, часто хлопая глазами, повергая меня в прострацию.

— Не поверишь, я тоже — усмехнулся в ответ — оставим обстоятельные разговоры на потом.

— Как скажешь, дорогой — сказала Мери, выпустив меня из объятий, затем быстро, вроде как не должен был видеть, показала язык Фейри, чем вызвал гневное сопение рогатой.