Темный бог академии (СИ) - Руд София

— Когда я наткнулась на демона…

— Да. Так и было. — перебивает меня Дэмиан.

Сжимаю камертон с такой силой, что пальцы болят. Но бога не смотрю. Не понимаю, какого демона он сейчас вмешивается. Пытается выгородить меня? Зачем? Чтобы я была ему потом должна? В хорошие намерения он не оставил мне шанса поверить.

— Куратор Ранд! — резко поднимаю голову, решив признаться во всем, кроме самого разговора.

— Не сейчас, Яра. Я разговариваю с братом, — жестко отрезает он и испепеляет Дэмиана взглядом. — Объясни-ка мне, как ты мог промахнуться? Ты ведь лучший в меткости!

— Поскользнулся, — ровным тоном отвечает Дэмиан.

Однако злость, которую он пытается скрыть, я чувствую каждой клеточкой тела. Отхожу еще на пару шагов подальше, чтобы, наконец-то, не чувствовать его. Не вдыхать омелу.

Темный бог, как назло, дергается, будто собираясь преследовать, но, к счастью, остается на месте. А в воздухе появляется какой-то горьковатый привкус.

Странно, что я все чувствую сейчас так остро. Уж не появилось ли еще кольцо или хотя бы намек на увеличение силы?

Задираю рукав униформы, но на запястье пока ничего не изменилось.

— Мы будем обсуждать мои ошибки или искать врага? — тем временем спрашивает Дэмиан.

Теперь я не чувствую запаха и жара, зато кожа реагирует на голос. Убить его что ли, чтобы жизнь не отравлял?

Было бы славно.

— А как его искать прикажешь? Сиганул на дерево, ушел по веткам. Там дальше водоем, за ним след не взять, — рычит Ранд.

— Я столкнулась с ним! — на поляну выбегает растрепанная Бьянка в подранном костюме и с камертоном наготове. — В той стороне! Только что!

— Где⁈ — спохватывается Нотт.

Но едва он шагает к ней, как Дэмиан достает камертон и, не мешкаясь, выпускает вспышку прямо в Бьянку.

Бьянка рефлекторно отбивает вспышку защитным куполом из камертона и в ужасе пятится.

— Что ты творишь⁈ — вспыхивает Нотт.

Кидается к брюнетке, но Дэмиан еще одной вспышкой останавливает того.

— Не подходи к демону! — рычит темный бог.

Блондин замирает и переводит на Дэма ошарашенный взгляд.

— Ты с ума сошел? — вопит с обиды Бьянка. — Совсем ослеп? Это же я!

— Где подвеска, Бьянка? — с леденящим душу спокойствием спрашивает Дэмиан, не сводя камертона с брюнетки.

— Подвеска? — шепчет Нотт.

Ранд не вмешивается наблюдает.

— Та самая, которую я дал каждому в группе, — напоминает Дэмиан.

— Не знаю. Сорвалась. Упала. Я только что дралась с демоном! Он трижды нанес удар черным дымом! — злится Бьянка.

В глазах слезы и обида на несправедливость. Но белка не могла нанести удар. У нее не хватает части души. Если бы у нее были силы, то она атаковала бы и меня, и остальных, чтобы замедлить преследование.

— Назови фамилию профессора по демонологии, — требует Дэмиан.

— Ты издеваешься? — фыркает Бьянка, и складывается последний пазл.

— Демон может притвориться другим человеком, но, не завладев телом, не может получить его воспоминания, — шепчу себе под нос.

— Именно, — отзывается Дэмиан.

Услышал, хотя я стояла неблизко?

Нотт и Ранд поднимают камертоны против Бьянки. Точнее, против иллюзии с ее лицом.

— Куда ты дел Бьянку, демон? — спрашивает куратор.

Брюнетка косится на Дэмиана, на Нотта, на всех остальных, а затем расходится хохотом. Небо, почерневшее в какой-то незаметных для меня момент, расходится громовым раскатом и молнией. Ноги окутывает холодный туман.

— Лучше о себе беспокойтесь, — скалится демон в обличии Бьянки, а в следующий момент его лицо и тело передергивает черной дымкой.

И вместо девушки перед нами стоит Максимилиан с безумным взглядом и хищным, пугающим до ужаса оскалом.

— Ну, что, желторотики, хотите спасти ту знойную брюнетку? — с издевкой спрашивает он.

Щелкает пальцами, и с одного из деревьев выпадает тело. Бьянка. Она не долетает до земли, повисает на веревках и взывает от боли.

— Не верь! Это иллюзия! — приказывает Дэм, но стоит Нотту дернуться, как он исчезает из виду.

— Это еще что? — охает Ранд, а вместе с ним и я.

— Контролируй эмоции, — велит Дэмиан.

А сам заслоняет меня своим телом от демона.

Контролировать эмоции? Но они же не нужны высшим демонам, чтобы питаться. Однако могут использовать их для усиления собственной магии. Особенно, такие древние демоны, как Табриус… Точно!

Я должна им это сказать!

— Это Та… — выкрикиваю, и в этот же миг что-то скользкое обвивает мою ногу и дергает вниз.

Отчаянный крик вырывается из недр души. Земля под ногами проваливается. Лечу вниз, но горячие пальцы смыкаются на моем запястье.

Однако вверх не вытягивают. Падение продолжается. Зрение окутывает темнота. Тепло с руки исчезает, все вокруг холодеет. Дэмиана рядом больше нет. Со мной лишь свистящий в ушах ветер.

А затем голову пронзает невыносимая боль. В глаза бьет вспышка…

Глава 49

Иллюзия

Перед глазами возникает незнакомая местность. Город, или скорее окраина, совершенно мне незнакомая.

Вместо привычных каменных и деревянных домов с двускатными крышами, белые строения в один-два этажа без всякой видимой крыши. Вместо берез и тополей и елей — деревья: толстые высокие стволы, а вверху огромные будто разрезанные листья зонтиком. Вокруг много песка, а в бледно-голубом, почти белом безоблачном небе так ярко светит солнце, что приходится щуриться.

— Я вернусь и заберу тебя. Заберу вас. Ты только дождись.

Голос. Уже знакомый. Максимиан!

Разворачиваюсь рывком, но вижу вовсе не демона, а заботливого мужчину с огненными волосами. Они не растрепаны, собраны в пучок. Нет формы заклинателей, есть что-то похожее на парадный изумрудный халат, расписанный золотой вышивкой и ботинки с загнутыми вверх острыми носами.

Рядом с Максимилианом стоит женщина в зеленом платье-халате. Красивая брюнетка с необыкновенными аквамариновыми глазами. С ее смуглой кожей смотрятся изумительно. А слезы с улыбкой пробирают до глубины души.

Эти двое совершенно меня не замечают, будто меня тут вообще нет. А может, и в самом деле нет. Это же иллюзия.

— Ты же знаешь, что дождусь, — шепчет женщина Максимилиану голосом, в котором слышится любовь.

Тянется к нему и целует. Целует так, будто в первый и последний раз. И он не менее эмоционален. Держит ее голову обеими руками, вдыхает ее запах. Он даже чем-то сейчас напоминает мне Дэмиана…

Так, не об этом!

— Береги его, — с трудом прервав поцелуй, просит Максимилиан.

Нежно касается рукой плоского живота своей возлюбленной. Она беременна? Женщина не отвечает, но по улыбке понятно, что непременно сбережет.

Макс, с трудом, попрощавшись, запрыгивает на коня, и иллюзия меркнет.

Я снова оказываюсь в темноте. Ничего не видно и не слышно. А затем оглушает крик. Слезы, истерика.

Пламя врывается в темноту, опаляет справа, исчезает. Появляется вновь, но уже слева, прожигая костюм и кожу. Отстраняюсь, пытаясь спастись, ведь боль как настоящая. И запах жженой плоти… Горло сдавливает тошнота. Нечем дышать, а огня все больше и больше.

Затем силуэт. Темный страшный, но лица не видно. «Я предупреждал тебя, Измия»…

Пламя исчезает так же резко, как и появилось.

Я вновь стою на той самой улице города Песков. У последнего дома, где прощались дворе возлюбленных, толпится народ в этих странных южных одеяниях. Раздается топот копыт — слишком быстрый.

Максимилиан слетает с коня на ходу, едва не переломав себе ноги. Раскидывает толпу, влетает за деревянный забор, но от дома возлюбленной остались лишь закоптившиеся стены, да тлеющие головешки вместо оконных рам.

Ужас застывает в его карих глазах на секунду. А затем Макс срывается с места, влетает в здание, разбирает балки обвалившегося потолка, не взирая на то, как плавится кожа на его руках. Головешки еще не остыли.

Он зовет ее, срывая голос. Зовет отчаянно.

— Измия! Измия!