Возрождение (СИ) - Гущина Яна

Память Арджуна вернула его в те события, которые предшествовали Очищению. В тот момент, когда процесс должен был начаться, и он стоял, прикованный к столбам, Арджун вдруг ощутил головокружение и внезапно оказался в той самой беседке, где они были в первый день пребывания в Роштамстуссере. Перед ним стояла Наташа — растерянная, перепуганная, заплаканная.

Единственным его желанием было броситься к ней и обнять, но почему-то он подумал, что уже началось Очищение и у него возникли галлюцинации. Парень не рискнул прикоснуться к любимой, боясь, что она, как призрачный мираж, растворится в небытие.

Ему хотелось навсегда сохранить её образ в своей памяти, если эта самая память останется при нём после тех процедур, которым его подвергнут. Он улыбнулся и приблизился к ней. Всё казалось таким настоящим! Происходящее казалось реальностью! Арджун даже мог ощущать аромат роз! Протянув руку к цветам, он сорвал один бутон.

Но тут головокружение усилилось, и парень вновь оказался прикованным к столбам. Прекрасное видение закончилось. Неожиданно для себя он почувствовал, что сжимает что-то в руке — мягкое и нежное. Он с удивлением глянул на зажатую ладонь. Белые лепестки примятой розы проглядывали сквозь неплотно сжатые пальцы.

И тут он понял, что беседка, Наташа, розы и свобода были реальными. Но, к сожалению, ни он, ни она не догадались об этом в тот момент. Каждый из них думал, что это запретное свидание — маленький подарок судьбы перед вечным расставанием. Стоило только Магистрам запустить адскую машину Очищения, и парень должен был навсегда лишиться памяти.

Только три человека знали, о причинах внезапного исчезновения парня: сами участники и Эрдис. Он видел, что в то время, когда исчез Арджун, пропала и Наташа, и он всё понял. Но Моуди не желал выдавать их маленький секрет. Парень понимал, что если эти двое захотят огласить происшедшее, то сделают это сами. Он считал, что не имеет права вмешиваться.

Внезапно дверь в Общий Зал Отдыха распахнулась. Мистер Мортистон вошёл в него твёрдой поступью и, немного пройдя вперёд, остановился. Ученики столпились перед ним, ожидая, что скажет преподаватель. Он обвёл их покровительственным взглядом и объявил:

— Как вы уже знаете, Главного Магистра вчера арестовали для расследования его деяний. Полагаю, что разбирательства не сулят ему ничего хорошего. Император усомнился в его компетентности по вопросам воспитания. Так же были удалены из Магистратуры все приближенные к нему лица, и те, кто не пытались препятствовать процедуре Очищения. В Магистратуре всегда было тридцать Магистров. Именно это количество должно быть соблюдено и сейчас, так что в ближайшие несколько дней прибудут девять новых Магистров на смену тем, кого сняли с занимаемых постов. Согласно решению Императора, я назначен на должность Главного Магистра, так что прошу любить и жаловать.

После его слов раздались бурные аплодисменты. Молодые люди были рады за своего учителя. Он — добрый, понимающий человек, и если кто и был достоин занять столь почтённый пост, так это он!

— Поздравляем, Господин Главный Магистр! — раздалось со всех сторон.

Мужчина улыбнулся и сказал:

— Все именно так меня и будут называть, но вашей группе дозволенно обращаться ко мне как прежде — мистер Мортистон. Я надеюсь, что мне разрешат закончить обучение вашей группы хотя бы по основным предметам. Я постараюсь совместить две должности — управленца и преподавателя.

Вновь раздались овации. Всем было приятно, что у них не сменится учитель, которого они любят, и что он, как оказалось, тоже дорожит ими, коль решил обучать их дальше.

— Ну вот, в общем, и все новости, которыми я могу поделиться с вами. Надеюсь, что преподавательский состав наберётся хороший, и вы будете довольны новыми учителями. Их предметы по духовному очищению, направленности мыслей и медитации не менее важны, чем мои.

Тут взгляд учителя заскользил по лицам присутствующих и выловил из толпы лицо Арджуна.

— Ну, как ты себя чувствуешь, Саксена?

Парень неопределённо развёл руками.

— Вроде, нормально. Пока я не заметил каких-то изменений в своём поведении или сознании.

Магистр пристально смотрел на него, прищурив глаза. Пауза, взятая им, грозила затянуться.

— Я рад за тебя, — произнёс учитель, нарушив томящую тишину.

Но Арджун уловил в его словах нотки сомнения. Что бы это значило? Значит, не всё так хорошо, как думалось? Неужели какие-то скрытые дефекты начнут проявляться позже?

Арджун почувствовал, как предательски дрогнуло его сердце. Он не знал чего ожидать от себя, а это было страшнее всего. Не зря мистер Мортистон поинтересовался его здоровьем. Хотя, возможно, Арджуну показалось, что в словах учителя скрыты сожаление и печаль?

— Через пятнадцать минут ожидаю вас в Светлом Зале. — Внезапно учитель запнулся, вспомнив, что Зал уже не Светлый, а больше похож на комнату средневекового замка. — Ну, я хотел сказать, что собираемся в нашем классе.

При этом учитель глянул на Арджуна и подмигнул ему.

Если изначально мистер Мортистон хотел привести Зал в первозданный вид, то теперь передумал. Раз уж Арджуну захотелось видоизменить Светлый Зал, так пусть тот остаётся таким. Учитель проникся уважением к парню, дерзнувшему бросить вызов всей Магистратуре. Уж больно пришёлся ему по сердцу этот юный бунтарь.

Глянув ещё раз на Арджуна, мистер Мортистон вышел, оставив своих подопечных. Он знал, что сейчас начнётся бурное обсуждение новостей, которые он принёс им. И он не ошибся: не успела за ним закрыться дверь, как в Общем Зале раздался приглушённый гул голосов. Все были потрясены услышанным.

Пятнадцать минут, данные учителем, пролетели, как один миг. Придя к общему выводу, что «так ему и надо, этому Главному Магистру», можно было и на занятия отправляться. Молодые люди вышли на террасы и поспешили к одной из маленьких башен. Теперь вход в учебный класс не надо было разыскивать и дожидаться, когда он пропустит учеников внутрь. Отныне всё стало намного проще — заходишь в башню и сразу же оказываешься в учебном кабинете! Правда, теперь класс секретности помещения стал ниже, но это мало кого волновало, ведь здесь все свои, так к чему нужны потайные входы?

Оказавшись внутри класса, ученики расселись по скамьям, расставленным вдоль стен, и стали дожидаться мистера Мортистона. Тот не заставил долго ждать себя и появился в свойственной ему манере — широко распахнув дверь, вошёл порывистым твёрдым шагом.

— Итак, полагаю, что вчерашний день, проведённый без занятий, не слишком расслабил вас!

Слова учителя были восприняты роптанием. Про вчерашний день вообще стоило бы забыть. Ничего кроме переживаний он не принёс.

— Надеюсь, что вы готовы к новым заданиям, — продолжил учитель. Сделал пас в сторону двери и она с шумом захлопнулась. — Сегодня будем вновь заниматься перемещением.

Резко развернулся на каблуках и вернулся к двери. Выждав секунду, распахнул её. И тут оказалось, что за ней плещется море! Его волны начали переваливаться через порог и солёная вода растеклась по полу. Ученики торопливо влезли с ногами на скамьи, не понимая, чего от них требует учитель. Если речь идёт о перемещении, то куда, если классная комната здесь.

А вода всё пребывала. Уже высота скамеек не могла сберечь сухость ног. Вода была настолько холодной, что, казалось, колола иглами. Учитель по пояс стоял в воде, не проявляя признаков беспокойства или переохлаждения.

— Нам не понятно задание, мистер Мортистон, — выразил всеобщее мнение Филси. Ну, если ему — одному из самых успешных учеников не понятно что делать, то чего уж говорить об остальных?

— Я рад, что вы наконец-то озадачились происходящим, — усмехнувшись, произнёс учитель. — Урок заключается в том, чтобы вы все вместе, используя общие силы, переместили наш класс в надлежащее ему место. Полагаю, задание ясно? Работайте!

Слова учителя насторожили подопечных. Одно дело — перенести собственное тело, что каждый ученик делал уже без особых усилий, но совсем другое — передвинуть огромное помещение на террасу Магистратуры. Даже не классную комнату, а саму башню, в которой находилась комната!