Сердце отваги измеряется численностью. Книга 4 (СИ) - "allig_eri"

Отлично. Хотя бы там всё идёт так, как должно.

Себб к этому моменту покинул нас, ополченцы подошли ближе.

— Нильтас, Кимул, нужна ваша помощь, — пристально изучил я подошедших мужчин, попутно направив за Себбом нескольких мух. Не хотелось, чтобы он подкрался ко мне снова. Ну и проследить, конечно же, стоило.

Парочка переглянулась, а потом молча уставилась на меня.

Я знал этих людей с самого детства. Мы не слишком-то общались, всё же разница в возрасте и положении играла весьма большую роль. Это как… двоюродный дядя, живущий где-то в другом городе, который приезжает не чаще раза в год, на крупный праздник, дарит символическую игрушку и долго общается с отцом на кухне, за запертыми дверьми.

Безусловно знакомый человек — о котором, тем не менее, ты почти ничего не знаешь.

Эта двойка казалась мне именно такой. Но в данный момент сие не играло ровным счётом никакой роли.

— Ребис дал задание. — И эти волшебные слова позволили «двери на кухню» распахнуться пред моим лицом.

Спешить, впрочем, я посчитал максимально непродуктивным. Вместо того, чтобы тут же срываться к кораблю Хранителя, выискивая пленников, направил побольше насекомых-шпионов в порт, как обычно гудевший жизнью. Множество людей занималось своими делами. Толкучка, громкая ругань, вонь рыбы, крики чаек — всё знакомо и привычно. Мои насекомые давно здесь отирались, подъедая испорченную органику, коей тут было больше, чем во всём остальном городе вместе взятом.

«Сломанный ветер» и ранее не был исключением моего интереса, однако до нужды освободить Ведьму я не направлял мух на борт. Зачем? Я изучил корабль Камбииза ещё в прошлый раз, чего теперь тратить на это время?

Ныне пришлось изменить своё мнение. Я обновил в памяти карту этого внушительного и весьма большого судна, а также тщательно оценил всех его обитателей. Не считая крыс, их было немного: скучающий старпом-здоровяк, управляющий жизнью «Сломанного ветра» в момент отсутствия капитана; судовой врач, в данный момент вкалывающий пленникам какую-то дрянь, — видать, чтобы владельцы Ауры не буянили и не пытались сбежать; пожилой кок, готовящий на всю команду; трое матросов.

Последние занимались мелким ремонтом: починка ящиков, бочек, мебели в каютах; плели верёвочные лестницы, чинили сетки и гамаки. Не прям на уровне рабов, которых лупили хлыстом за любой миг простоя, но и без особой лени. Довольно молодые парни казались заинтересованы работой, а по обрывкам разговора мне стало ясно, что за подобное, во-первых, им хорошо заплатят, а во-вторых, они были новичками и попросту радовались попасть в команду Хранителя.

Ха, теперь понятно, почему бедолаги остались на корабле, покуда остальная команда развлекается в Худросе!

Пленников было четверо. Все сидели в разных камерах, но относительно близко друг к другу. Я подождал, пока медик покинет их, чтобы осмотреть более внимательно.

— Надо же, даже не прикованы к брёвнам, — припомнил я прошлое своё наблюдение за «Сломанным ветром» в такой же ситуации. Скорее всего причина в том, что прошлые пленники не открыли Ауру.

Будучи накаченными алхимией никто из этого квартета особо не общался. Просто сидели с отсутствующим видом и пялились на прутья решётки. Вид имели бледный, измождённый.

Видать, «добрый доктор» пичкает их на редкость убойной отравой, раз даже руку лишний раз поднять не могут.

Это было ожидаемо, иначе как контролировать владельца Ауры? Никакие оковы не смогли бы такого надолго сдержать! Разве что целиком заливать в металл, оставляя лишь голову, да жопу.

Тоже такой себе способ, как по мне…

Оценив пленников чисто визуально, стало очевидно, что моя основная цель явно НЕ красномордый мужчина и точно не второй мужчина, чья кожа была покрыта маленькими трещинками и местами отслаивалась.

Дальше было немного сложнее, однако путём серьёзного умственного напряжения, я осознал, что коротковолосая женщина, которой шёл уже четвёртый десяток, тоже не соответствует виденному мной ранее портрету.

Итог очевиден.

«Ведьма» или же Вертрана Ка́устиль была молодой черноволосой девушкой с затуманенным алхимией взглядом, острыми скулами и искусанными губами. На правом плече была заметна татуировка в виде трёх рваных ран — типа от когтей. Чрезмерно тощая, единственная из всех прикованная цепью-ошейником, она молчаливо раскачивалась на своём месте.

Изучив обстановку, я направил мух «заселяться» на «Сломанный ветер». Они массово проникали под доски и обшивку. Я хотел, чтобы к моменту, когда нужно будет действовать, они могли вылететь и тут же оказать мне помощь. А потому, тратя энергию, я создавал в не просматриваемых местах «заначки» насекомых. Пока без яда, самых обычных.

Ха-а… то есть… Последнее время я тратил все излишки сил, чтобы создать своим мухам естественный яд, но пока что результат был до невозможности скромным. Ключевую роль, видимо, ещё долгое время будет играть алхимия.

Направившись на склад, я занял отдельную комнату на втором этаже — вдали от всех. Здесь, в полумраке, пропитанном пылью и эхом шагов внизу, я принялся наносить на мух несмертельный яд Вияльди, — действующий даже на владельцев Ауры, — уделяя внимание и жалу, и челюстям.

Процесс не быстрый, но жизненно необходимый. Благо удалось его оптимизировать: насекомые всё делали сами — словно солдаты, чистящие оружие перед боем. Их жужжание сливалось в единую вибрацию, отдающуюся в костях.

Я закрыл глаза и выпустил второй рой — на разведку по Худросу. Где-то там, среди этого муравейника, скрывался Хранитель. И от того, найду ли я его первым, зависело очень и очень многое.

Глава 26

Хозяин паутины

'Умерший Бог истекает кровью. Смертные почитатели пьют его кровь, а потом проливают в страшных сечах, преобразив так, что Умерший может снова вобрать её в себя. Вот тайна кровавого приношения. Бог даёт, смертные возвращают. Всё прочее… всего лишь облачение, всего лишь обман зрения.

Умирайте, далёкие друзья. Умирайте во множестве. Мы почти достигли своей цели'.

Его первый помощник, Вергадэйн аим Ивет.

1139 год от сотворения мира, остров Миизар, Худрос, взгляд со стороны

Первый министр Райнер Силиват отложил перо — медленно, словно давая Химберу Порану время прочувствовать паузу. Чернила на бумаге ещё не высохли. На миг Химберу захотелось использовать Ауру Наблюдения, чтобы прочесть текст, но он не решился. Он сам не знал, почему. Силиват ведь никак не мог бы этого почувствовать, так чего бы не удовлетворить любопытство?

И всё-таки нет. Интуиция, покалывающая в глубине его кишок, упорно кричала, что это очень дурная идея.

Невольно Химбер вспомнил, как впервые, ещё будучи обычным стражником, увидел министра, занявшего свой пост. Это было сразу после завоевания Миизара. Тогда новоявленный наместник Аделард Вермитракс поставил Райнера Силивата по правую от себя руку.

И тот Силиват, из его памяти, будто бы имел точно такой же вид: аккуратная небольшая борода, короткие волосы, лёгкая седина. Как давно это было? Почему министр совершенно не изменился за все прошедшие годы? Подводит память? Силиват использует качественную алхимию?

Много причин, много объяснений. Но теперь, глядя на министра вблизи, на кожу без морщин, на пальцы без возрастных пятен, Химбер чувствовал, как что-то первобытное внутри него сжималось в комок и выло: «Беги!»

Но он, конечно же, не бежал. Он был воином Миизара. Он был…

«…никем», — прошептал предательский голос в глубине сознания.

Химбер невольно сглотнул.

Временный кабинет министра в Худросе был скромен: арендованная комната над конторой местного торговца, пропахшая пылью и солёным ветром с моря. Ставни давно треснули от засухи. Стол шатался. В углу, возле карты побережья, паук сплёл свою паутину, накрывая ей всю восточную часть Миизара и кусочек западной.

Но Силиват сидел здесь так, словно восседал в своих покоях в столице — спина прямая, взгляд с извечной хитринкой, пальцы сложены домиком.