Хозяин Стужи 7 (СИ) - Петров Максим Николаевич

Суворов кивнул и пошел дальше, а я начал готовится к бою. Сегодня все решится, и я уверен в своей победе. Кем бы ни был покровитель этой магини, но сегодня он потеряет свою верную слугу…

Сорок минут спустя. Северная окраина города.

Смотря через бинокль на колонны танков и бронетранспортеров, едущих в сторону города, я, честно говоря, не испытывал никаких эмоций. Поляков было много, навскидку не меньше сорока тысяч, однако это значит лишь одно — придется копать большие могилы.

— Ну что, граф, пошли? — Суворов вопросительно глянул на меня, и я кивнул, после чего достал меч из ножен и, положив его на плечо, медленно пошел вперед, навстречу полякам. Да начнется битва!

Глава 26

Несколько минут спустя. Поле перед городом.

— А поджилки-то подрагивают, — расхохотавшись, сказал Ермолов.

На встречу польской армии мы вышли втроем: я, он и Суворов. Эллор тоже рвался с нами, но я оставил его в городе. А то мало ли как пойдет бой с Алой, лучше иметь в рукаве еще один дополнительный козырь. В итоге мне все же удалось убедить дракона, но, кажется, он обиделся.

— Есть немного, — улыбнувшись, сказал Суворов и вопросительно глянул на меня: — А ты что скажешь, Алексей?

— Мы победим, — спокойно ответил я, смотря в сторону поляков.

Те заметили нас, и, судя по тому, что скорость транспорта снизилась, сейчас они пытались понять, что происходит. Они ведь точно не ждали, что из города выйдут всего трое мужчин, вот теперь мучаются, пытаясь понять, что это значит. Жаль только, долго думать они не будут, скоро нас опознают, и начнется веселье. Главное, что мы уже прошли ловушку, а то хрен его знает, как отреагирует система Моисея на бомбардировку. Лучше все же избежать этого.

— В победе тут никто не сомневается, отрок, — Суворов начал покрываться броней, — но разве ты не испытываешь страха?

— Как ни странно, но нет, граф, — я отрицательно покачал головой, — видимо, слишком много эмоций я испытал в последние дни, вот и не осталось места для страха.

Старики переглянулись между собой, и Суворов хотел было что-то добавить, однако поляки наконец-то нас опознали. Как я это понял? Легко, ведь вышедшие вперед танки приготовились к стрельбе, а солдаты польской армии остановились. Что ж, посмотрим, на что способны эти ребята. Ледяная броня появилась по щелчку пальцев, с поднятием уровня мой лед тоже изменился, и теперь он был куда крепче, а значит, можно не бояться прямых попаданий. Меч в моих руках вспыхнул ярким синим светом, а в следующую секунду я почувствовал приближающийся снаряд. Сделав шаг в сторону, я вскинул клинок, и тот играюче разрубил снаряд на две неровные части. За спиной послышался удивленный возглас Ермолова, но в следующую секунду нам стало не до разговоров. Поляки словно с цепи сорвались, нашу троицу накрыл натуральный дождь из снарядов и пуль. Вот только три гранда — это много, очень много, поэтому мы спокойно держались, принимая все на щиты. Поляков это явно злило, но они продолжали, видимо надеясь взять не умением, но числом. Представляю себе, как сейчас чешутся руки у наших гвардейцев, но их было слишком мало, так что мы решили пока придержать их в резерве. Для начала нужно истощить запасы поляков, и только после этого можно выпускать нашу гвардию.

— Ты смотри, граф, бьют как умалишенные! — Я различил крик Ермолова, а в следующее мгновение огромный вихрь из черного песка полетел в сторону поляков.

Видимо, князь не оценил прием и решил ответить. Я и сам мог ударить магией, сильной магией, но не спешил. По легенде я самый слабый в нашей троице, и если сейчас моя магия вдруг убьет слишком много врагов, Алая может насторожиться. Мне же надо, чтобы она гарантированно напала.

Суворов тоже, кстати, времени зря не терял, граф бил редко, но метко, выводя из строя вражеские танки один за другим. У поляков их, кстати, было не то чтобы много, штук семьдесят, может чуть больше. Вот бронетранспортеров у них было побольше, но их броня слишком слаба для того, чтобы сдержать серьезный удар. Но пока потери среди поляков были слишком несущественны, чтобы они это почувствовали, да и, скорее всего, все эти бойцы под чарами Алой.

Вихрь Ермолова тем временем добрался до поляков и, оставив широкую просеку в их рядах, полетел дальше. Даже интересно, чья была идея выводить войска таким плотным строем? На что они вообще надеялись? Нам ведь, по сути, никто не мешал ударить из города пушками, благо их хватало. В принципе, это входит в план, просто удар будет нанесен, когда рядом с нами соберутся больше всего врагов. Нужно, чтобы поляки подтянулись поближе, а то сейчас мы фактически воюем с передовыми частями.

Поляки тем временем поняли, что пушки их танков и пули из автоматов и винтовок не способны нам навредить, и вперед вышли армейские маги. В польской армии их можно было отличить от обычных солдат, потому что все они носили красные мундиры. Как по мне, тот еще идиотизм, позволяющий выцеливать магов среди основной массы, но, видимо, у Владислава была своя точка зрения насчет этого вопроса. Так вот, пока мы держали щиты, польские маги спокойно так вышли вперед и ударили. На наши головы обрушились сотни магических атак, и чего там только не было. Но вот беда, средний уровень армейских магов в Польше был не выше мастера, и поэтому все эти удары фактически ушли в пустоту. Нет, какие-то царапины после этого остались, хотя это вполне могут быть последствия артиллерии, ха-ха.

— Пора, — я глянул на Суворова и кивнул.

Почему-то я был уверен, что под шлемом граф улыбнулся, а в следующую секунду он рванул вперед. Миг, и он оказался вплотную к строю польских магов, а дальше началась натуральная резня. Копье Суворова имело достаточно широкое лезвие, чтобы им можно было не только колоть, но и резать, вот граф и начал резать. Да так бодро, что в течение минуты прикончил человек сорок, а то и больше. Увидев это, поляки озверели и начали уже его поливать огнем и магическими атаками, вот только пробить защиту гранда, даже когда он на нее не концентрируется, было очень сложно. Пока же Сан Саныч оформлял свой перформанс, Ермолов готовил свой удар. Все эти маневры были рассчитаны заранее, так что каждый из нас знал, что делать дальше. Главное — правильно рассчитывать силы, к сожалению, запас не бесконечный.

— Ну пошла, родимая! — Ермолов расхохотался, а тем временем огромное облако из черного песка медленно поплыло в сторону поляков.

Суворов же, увидев это, тут же вернулся обратно, и как раз вовремя, потому что в следующую секунду по нам ударили чем-то серьезным. Не знаю, что это было, но щит хорошо так просел, а значит, пора включать в игру наших бойцов.

— Скажи Жене и Меньшову, что можно бить, — я мысленно обратился к Эллору.

— Хорошо, человек, — немного недовольно ответил он, а через несколько секунд земля под нашими ногами начала дрожать, а потом на поляков начали падать с неба уже наши подарки. Ха-ха, вот это другое дело, совсем другое дело!

Это же время. Где-то за спинами польских солдат.

— Это безумие! — Ходкевич вздрогнул, когда очередной снаряд упал на голову его солдат, и уставился на Алую недовольным взглядом: — Ты обещала нам победу, но пока что трое магов спокойно держат мою армию, а теперь еще и артиллерия города включилась. Полчаса такого обстрела, и от моих дивизий ничего не останется!

— Хватит ныть, Ходкевич, — Алая хмыкнула, — убивая твоих никчемных солдат, они тратят свои силы. Еще несколько минут, и в игру вступите Вы. Или я зря наградила тебя силой?

Глаза Януша сверкнули злобой, а сам гетман с трудом удержался от того, чтобы не атаковать магиню. Лишь здравый смысл остановил его, ведь эту лярву не победить, не его силами.

— Хорошо, — сквозь зубы процедил он, — Я готов терпеть еще несколько минут, — Ходкевич демонстративно глянул на наручные часы, — а потом пойду в атаку. И никто меня не остановит.