Путь меча. Том 2 (СИ) - Ангел Илья

Мясо оказалось очень нежным и просто таяло во рту. Мы ели, пили, говорили обо всём и ни о чём. Хай Бо травил байки про экзорцистов, я рассказывал об охоте на зверей. Притом, если поначалу мы немного приукрашивали, то ближе к утру, после третьего ящика настойки, мы в наших рассказах сражались с легионами восставших мертвецов, верхом на драконах.

— Слушай, — Хай Бо отложил в сторону очередную обглоданную кость и вытер жирные пальцы о салфетку. — А давай прямо сейчас и обменяемся техниками? Пока трезвые?

— Ну, не то чтобы совсем трезвые, — улыбнулся я. — Но в целом можно. Пошли ко мне?

— Не хочется долго идти, — поморщился друг, после чего встал и поманил меня за собой. — Пошли на задний двор. Там обычно местные отношения выясняют, так что мы при всём желании ничего не сломаем и не повредим.

— А почему бы и нет? — я немного неуверенно поднялся и отправился с другом.

Мы прошли через запасной выход и оказались на площадке, вымощенной серым камнем. На улице уже начало светать, но всё ещё было безлюдно.

— Смотри внимательно, — сказал я, выходя в центр. — Техника называется «Танец Кружащихся Клинков».

Я призвал мечи, закрыл глаза, делая глубокий вдох, и отпустил рукояти.

Клинки дрогнули, зависли в воздухе на уровне груди, а затем пришли в движение. Сначала медленно, чтобы Хай Бо мог разглядеть траектории, потом всё быстрее и быстрее. «Огненный Вздох» описывал широкие, плавные круги, оставляя за собой багровый шлейф. «Белый Гром» вился внутри этих кругов, словно молния, пронзающая облака.

Я же в это время рассказывал об оптимальной траектории, удалении от тела и скорости.

Закончив, я открыл глаза и щёлкнул пальцами. Клинки замерли и послушно отлетели мне за спину.

Хай Бо смотрел на меня круглыми глазами.

— Это… — выдохнул он. — Это невероятно. Очень хорошо продуманная техника. Ты сам сделал все эти расчёты?

— Не совсем, — отмахнулся я. — Помогла Юнь… — я осёкся, вовремя вспомнив, что Хай Бо не знает о моём духе-помощнике. — Помогло понимание меча, которое я получил в одном опасном месте.

— Понимание меча, — задумчиво повторил Хай Бо. — Да, я слышал об этом. У нас, экзорцистов, есть нечто похожее — «Глаз Духа». Мы видим потоки энергий, незримые для обычных практиков.

Он вышел в центр павильона, встал там, где только что стоял я, и закрыл глаза.

— Попробую представить, что моя светлая Ци — это твои клинки, — пробормотал он. — Что она может двигаться также, повиноваться воле, не расплёскиваясь.

Он поднял руки. Между его пальцами начали мерцать золотистые искры — та самая светлая энергия, которой он очищал духов. Искры закружились, пытаясь повторить траектории моих мечей, но выходило у них плохо. Они сталкивались, гасли, разлетались в разные стороны.

— Не получается, — Хай Бо открыл глаза, разочарованно глядя на свои ладони. — Я чувствую, что делаю всё так же, как ты, но энергия не слушается.

— Покажи ещё раз, — попросил я, внимательно наблюдая.

Он повторил попытку. Золотистые искры снова заметались в воздухе, пытаясь описать круги, но получалось коряво и неестественно.

— Вообще, не так, — меня почему-то рассмешили попытки друга.

Хай Бо вопросительно посмотрел на меня.

— Ты пытаешься заставить энергию двигаться по идеальным траекториям, — объяснил я, сам удивляясь тому, как чётко формулируется мысль в моём состоянии. — Но ты забываешь о главном.

— О чём?

— Об окружающем мире.

Я подставил ладонь под лёгкий ветерок, шевеливший листья деревьев.

— Технику всегда нужно немного подправлять, — продолжил я. — Каждый раз она немного другая. Потому что ветер дует с разной силой. Потому что ты не всегда стоишь прямо. Потому что в саду пахнет цветами, и этот запах, как ни странно, тоже влияет — он меняет моё настроение, а значит, и движение Ци. Я не контролирую клинки жёстко. Я просто чувствую их, чувствую мир вокруг и позволяю им двигаться в этом мире, а не вопреки ему.

Хай Бо замер, обдумывая мои слова.

— Ты хочешь сказать… я слишком стараюсь?

— Ты слишком сильно давишь, — поправил я. — Ты не даёшь свободы. Ты командуешь, а нужно взаимодействовать. С ветром, со светом, с собой. Тогда рождается истинная гармония и танец клинков, — я замолчал, и в этот момент меня словно озарило.

Мир вокруг, ветер, свет и запахи. Всё это влияет на клинки. И я это чувствую. Всегда чувствовал, даже когда не отдавал себе отчёта. Мои мечи танцуют не потому, что я ими управляю. Они танцуют, потому что я часть этого мира, и они часть меня, а значит, тоже часть мира. Мы не отделены от всего сущего. Мы с ним — одно целое.

— Вот оно… — прошептал я, чувствуя, как внутри что-то меняется.

— Что? — Хай Бо встревоженно шагнул ко мне. — Е Хань, что с тобой?

Я не ответил, просто закрыл глаза, потому что мир вокруг вдруг стал слишком ярким, слишком громким, слишком настоящим.

Теперь я видел связь во всём. В камнях, в каплях воды, в самом воздухе. Всё было связано тончайшими нитями, и эти нити тянулись ко мне. К моему сердцу. К моим клинкам.

«Танец», — подумал я. — «Я назвал технику танцем, потому что чувствовал это. Чувствовал, что мы движемся в такт чему-то большему. Чему-то, что объединяет всё».

Мой настоящий Путь всегда был со мной. Это Путь Гармонии. Не подчинения, не насилия, не грубой силы, а умения стать частью мира и направить его течение, не ломая, а дополняя.

Осколки даньтяня у меня внутри закрутились в воронку. Их скорость всё возрастала и возрастала, пока не дошла до пика, и весь мой внутренний мир не залил ослепительно яркий свет.

— Твоя Ци нестабильная — донёсся до меня откуда-то издалека голос Юнь Ли. — Я больше не могу удерживать маскировку.

Но я не мог ответить. Я слушал, как шумит ветер в кронах деревьев, как журчит ручей, как поёт свою тихую песню камень. И в этом многоголосье я слышал себя.

«Огненный Вздох» и «Белый Гром» за спиной загудели. Они тоже менялись, впитывая новую энергию, проходя трансформацию вместе со мной. Когда я открыл глаза, мир был прежним и совершенно иным одновременно.

Хай Бо стоял в двух шагах.

— Е Хань? — осторожно позвал он. — Ты в порядке?

— В полном порядке, — голос прозвучал глубже, чем обычно, и я понял, что маскировка спала. — Прости, что скрывал лицо.

Он вдруг улыбнулся той самой открытой улыбкой, за которую я и проникся к нему симпатией.

— Экзорцисты видят больше, чем другие. Я знал, что ты что-то скрываешь, с самой первой встречи в шахте. Но я также знал, что ты спас мне жизнь. Этого достаточно.

Я рассмеялся, чувствуя, как напряжение последних дней отпускает. Рядом с Хай Бо всё казалось проще.

— Спасибо.

В этот момент тишину рассвета разорвал резкий, неожиданный звук. Кто-то медленно, насмешливо хлопал в ладоши.

— Трогательная сцена, — раздался голос со стороны входа во двор. — Просто до слёз.

Я резко обернулся. «Огненный Вздох» и «Белый Гром» послушно скользнули в ладони, готовые к бою.

Недалеко от нас стоял практик. Судя по всему, тот, что гулял на втором этаже здания. В дорожной одежде тёмных тонов, без опознавательных знаков, но с такой аурой, от которой воздух вокруг становился гуще.

— Кто вы? — спокойно спросил я, не давая голосу дрогнуть.

— Самый умный старейшина семьи Цзинь. Цзинь Пинь, — он картинно поклонился. — Я с самого начала знал, что ты будешь проматывать сокровища в таких заведениях и рано или поздно узнаю тебя по ауре.

— Пекло, — выругался я. Похоже, действительно произошло просто неудачное стечение обстоятельств, из-за которого с меня слетела маскировка именно в тот момент, когда он был рядом.

— Вам нужен только я. Пусть экзорцист уходит, — я шагнул вперёд, заслоняя собой Хай Бо, но тот положил руку мне на плечо и отодвинул в сторону.

— Заткнись, — перебил он с неожиданной твёрдостью. — Ты мой друг. А мужчины семьи Бай друзей не бросают.

Он поднял руки, и его пальцы сложились в сложную печать. Золотистый свет, такой знакомый по очищению склепа, хлынул из его ладоней и окутал нас обоих.