Царство Зыбучих Песков (СИ) - Минин Андрей

Вот и еще одно дело вычеркнуто из длинного списка задач которые я пообещал себе решить во что бы то ни стало.

Задумавшись о будущем, я поморщился. Власти острова Чайка выставили против меня препоны из кипы документов заверенных серьезными подписями и устрашающими печатями. И у них была на это причина…

Пришла весть из Республики Северная Земля. Моя ссылка окончена, и я волен сам выбрать место новой службы. Одно лишь НО омрачает эту ситуацию. Кто же меня отпустит? Я зачем-то нужен здесь. Зачем — мне не говорят.

Я надеялся что мне удастся обмануть всех и покинуть остров до того как здесь вспыхнет пожар войны, но не судьба. Незримый советник Аргус Пух напомнил мне о нашем соглашении и заклинаниях которые я получил — прямо угрожая мне тем, что в случае моей неявки на бой за город, сама магистр Янь Цветок вырвет из меня задаток, разрушив мой Атолл в назидание тем кто не выполняет свои обязательства.

А ведь я соглашался не на это! Предметом договора было заклинание телепатии. Участие в войне за остров Чайка шло лишь довеском. Как я думал — необязательным.

Волнуюсь я что-то. Плохие предчувствия.

Вчера был день вырубки. Вывезли лес и новый урожай фруктов, созревших к этому времени. Удалось поговорить по душам с медведеподобным капитаном зеленых касок. По его словам — ни сегодня, завтра — мою роту сдернут отсюда. Времени совсем не осталось. Едва успел провернуть небольшую авантюру, обокрав контрабандистов. Эти крысы попрятались и так и не заплатили мне за последнее дело. Хорошо что я никогда им не доверял и заранее выяснил где проходят протоптанные ими дорожки из укромных шхер через весь остров в город. Вот я и обчистил несколько их тайников.

— Хе-хе, — хмыкнул я самодовольно прежде чем нагнуться и подобрать с земли шишку и стебелек с невзрачного кустика.

Талант зельевара дает о себе знать.

Когда я вернулся в свой разбитый в центре леса лагерь у меня в руках, карманах и из полей шляпы-гриба торчали пучки трав, о ценности которых я мало что знаю, но талант заставил меня их собрать, нашептывая мне на ухо — пригодится. Еще. Больше. Бери. Дурак! Куда ты откинул этот цветок? За пазуху пихай!

С талантом вообще все не просто. Нужно лишь оглядеться, что я и сделал. За эту пару недель я собрал около тридцати килограммов трав и кореньев. Вот, висят на деревьях словно гирлянды. Сушатся, источая вовне запах перепрелой листвы, мокрой соломы и не берусь даже сказать чего еще. Одним словом — пряностей.

Заглядывая в себя я вижу что украденный талант зельевара прижился во мне, окреп, и расцвел буйным цветом. Ветка на дереве в которую он видоизменившись превратился — покрылась мириадами цветочных соцветий, отражая глубинную суть всех тех изменений что во мне произошли. Каких?

Талант подстегнул мое творческое начало. Ту часть души, о которой обычно забывают.

Я вчера собирал хворост, набрал веток для костра, но вместо ветки в руках мои глаза увидели в ней ворону, выпрашивающую у меня хлеб. Рука сама потянулась к ножу и через какое-то время под ногами у меня была горка свежей древесной стружки, а в руках — деревянная ворона, рассматривающая меня с каким-то голодным интересом, очень уж выразительные получились у нее глаза.

С камнем работать получалось еще легче. Никаких инструментов. Только руки и стихия.

И все дело в таланте…

А, не важно!

Если предчувствия меня не обманывают, скоро я покину этот лес навсегда. Приходится торопиться. Укрепив и высадив несколько новых поясов обороны из мрачных осин вокруг таких мест как, поляна танцующих грибов, я заново провел ритуал зарождения волшебного лесосада. Это НУЖНО было сделать так как я теперь не ученик, а полноценный бакалавр. Моя магия стала гуще. Злее. И это дало свои результаты. Лес стал разумнее.

Навещал я и своих комариков, тайно вывезенных из Царства Зыбучих Песков. Раздеваясь по пояс, я добровольно жертвовал им литры крови, получая взамен взвесь стихии воды оседающую в моем Атолле. Так что волшебной водицей я запасся впрок. Пригодится. Да и талант зельевара этого требовал.

Когда этим же вечером со мной связались из мэрии, сообщив что утром за нами вышлют транспорт, я лишь пожал плечами, и начал переносить все свои вещи в расположение роты.

Лес грустил, как и я, чувствуя, что мы расстаемся. На деревьях потеки сока и смолы — слезы. Ветки цепляются за одежду, не желая меня отпускать. Лес вел себя словно ребенок, прощающийся с отцом.

— Ну-ну. Все будет хорошо. Обещаю.

На то чтобы успокоить разволновавшийся лес ушло несколько часов. Наступила ночь.

Прозвучала команда отбой. Солдаты спали в своих палатках, а вот мне не спалось. Я проверял караулы — пугая их, смотрел на звезды и выгонял из себя поселившуюся в сердце хандру.

Проверив солдат на посту уже в четвертый или пятый раз, я заставил себя остановиться, присел на бревно у затухающего костра, и чтобы отвлечься перечитал письмо от Рогеды.

«Угадай, где я?» — спрашивала она меня, вложив в конверт рисунок. На нем она лежала на старом топчане рядом с покосившейся печью в какой-то разваливающейся на глазах сложенной из бревен хижине. Когда я читал письмо в первый раз, я долго недоуменно моргал, не понимая что она хотела этим сказать… А уж потом как понял! Это была Плешь Ведьмы!

«Представив на суде доказательства преступлений Жана Голяша — меня частично оправдали, но как видишь, не без нюансов… Я лишилась всего. Всех накоплений. Задабривала судью. И по итогу, упомянув тебя как своего поручителя — спасибо, кстати, за это — я ненароком попала под твою опеку-присмотр. Жду. Целую. И надеюсь на тебя. Рогеда».

«Ах, да! Познакомилась тут с твоими родственниками. Хи-хи. Они ждут не дождутся когда ты приедешь и заберешь у них своего петуха забияку и бодающуюся козу».

«И как мне к этому отнестись⁈» — спрашивал я у себя не первый день, борясь с противоречивыми эмоциями. Рогеда «забыла» упомянуть что она не просто под моей опекой как неблагожелательное лицо. Нет. Ей каким-то образом в обход меня получилось стать моей официальной ученицей. На этом основании она и дожидается меня в Плеши. Вот же хитрая лиса!

Рассветает.

У солдат побудка. Время для личной гигиены (утренний туалет). Осмотр штатным врачом — нет ли заболевших или получивших травму? И плотный завтрак. Каша на молоке. Кусок хлеба. Компот и сдобный пирог с маковой начинкой.

Я от завтрака отказался. Перекусил горстью орехов и яблоком. Разве что не отказался от компота.

— Спасибо, — сказал я повару.

А потом были сборы. Палатки. Походная кухня. Арсенал. Закопать за собой выгребные ямы. Привести поляну на которой была расквартирована рота в приличный вид. Убедиться что после нас не осталось мусора и ждать… не обращая внимания на людей, рассматривающих меня и мою шляпу. Не часто они видят своего странного капитана.

Гул мощных движков я услышал заранее. В деревню заехала вереница грузовиков Морского Приказа наматывающих на широкие колеса грязь. Кузов закрыт тентом из крепкой парусиновой ткани — защита от ненастья и солнца. В этих же грузовиках мы вывозим отсюда лес и фрукты, но сейчас они пахнут кровью. Выходит уже началось? Эфир как ни странно спокоен.

Моим лейтенантам пришлось ехать в кузове вместе с солдатами. В штабной машине присланной за мной место было только для меня.

Заняв сиденье сразу за водителем, я вежливо поздоровался с незнакомым мне бакалавром, что должен ввести меня в курс дел и тот кивнул, но не смог удержать лицо (слишком красноречивый взгляд). Только бы это и ладно (привык уже), но нет. Рассмотрев меня подробнее, он стал пахнуть чистым, без примесей, запахом кислятины. Я был ему до омерзения отвратителен, что забавно, но раздражает.

Ну-ка.

Выпустив за пределы тела свою волю, я надавил на него Атоллом Основания и не почувствовал ровно никакого сопротивления. Наши Атоллы вошли в резонанс и его Атолл сжался. А он этого даже не почувствовал. Очень слабый бакалавр с «жидким» фундаментом. Я было подумал что он из какой-то значимой семьи магов (теплое место при штабе говорит само за себя), но это или не так, или он позор семьи.