Восхождение Морна. Том 8 (СИ) - Орлов Сергей

Вот это уже сюрприз. Лисичка ушла с рассветом по своим делам — она всегда так делает, потому что лучшие слухи в Сечи ловятся утром, пока торговцы раскладывают товар и языками работают активнее, чем руками. Поэтому я и отправил за ней Игната. А она, поди ж ты, уже вернулась — и по прищуру у неё было видно, что не с пустыми руками.

— Доброе утро, — кивнул я ей. — Ты сегодня быстро.

— Доброе, господин Морн. По городу с утра такие слухи пошли, что я подумала — лучше вас предупредить. А то ввяжетесь опять в какой-нибудь блудняк, а точной информации ноль. Мне, знаете ли, мёртвый хозяин ни к чему — кто мне тогда жалованье платить будет?

Я усмехнулся про себя, так как именно за это я её и держал. Любой другой на её месте сейчас изобразил бы тревогу за моё драгоценное здоровье, наговорил бы три абзаца уважительной чепухи, и я бы из всей этой словесной ваты вылавливал зёрнышко по полчаса. А Лисичка с порога выкатила, что именно её на самом деле волнует.

— И о чём же говорят на улицах?

Лисичка чуть устроилась на лавке поудобнее, поправила рукав, и только после этого начала рассказывать.

— Да знакомые ходоки рассказали, что Кривой и Щербатый положили глаз на владения мадам Роза, но раз эта дама уже здесь, — она кивнула в сторону Карины, — то вы уже и сами обо всём прекрасно знаете.

— В общих чертах, — подтвердил я. — Но это ведь не всё?

— Не всё… — протянула Лисичка. — Один торговец с дальнего конца ряда рассказал, что Кривой в последние несколько дней повадился ездить на старые склады, что в западной части города. И туда же, насколько я поняла, приезжает и Щербатый. Так что думаю, что эта неразлучная парочка что-то мутит. Причём, совместно.

Быстро соображает девочка. Молодец.

— Спасибо. Что-то ещё?

— Ещё одно. И вот это уже не про Кривого с Щербатым. Вчера ближе к вечеру в «Источниках» был помощник Гнедича. Заказал девочку — Юлю, рыженькую, она в заведении всего полтора месяца работает. Полежали, поговорили, и под конец он ей знаете что выложил? Что пусть, мол, не привыкает к новому месту слишком сильно, потому что совсем скоро у заведения сменится хозяин, и тогда он её к себе заберёт.

Я медленно выдохнул. Ну вот и третий гость на этом празднике жизни. Как, в общем-то, и ожидалось.

А вот Карине услышанное совершенно не понравилось. И дело не в амбициях коменданта, и даже не в непрофессионализме её девочек. Сейчас Карину куда больше волновал тот факт, что этой информацией Юля поделилась с Лисичкой, а не с ней.

А значит, ей самой пока что совершенно не доверяют. Или не чувствуют за ней силы, что в целом одно и то же.

— Карина, — я решил сразу перехватить инициативу. — Если ты задумала наказать девочку за болтливость, то о нашем с тобой сотрудничестве можешь забыть. Мне не хочется рушить собственную информационную сеть из-за твоей уязвлённой гордости.

Карина чуть удивлённо посмотрела на меня.

— Да я и не собиралась…

— Ещё как собиралась — по глазам вижу.

Карина выдохнула через нос.

— Поняла, господин Морн.

— И ещё. То, что Юля не пошла к тебе, это пока нормально, удивляться тут нечему. Доверие девочек ещё придётся заслуживать, само оно вместе с должностью не выдаётся, такие вещи быстро не делаются. Так что не торопись, не наседай, не дави, и докажи им потихоньку, что ты достойная замена мадам Розе. Только вместо страха, на котором работала твоя бывшая хозяйка, попробуй сработать на доверии. Поверь мне, сама увидишь, насколько они будут тебе за это благодарны.

— Поняла.

Я повернулся к Лисичке.

— А ты в следующий раз думай, что и при ком говоришь. Такие вещи вообще лучше докладывать, когда мы наедине.

Лисичка невозмутимо пожала плечами, как пожимают плечами кошки, когда им объясняют, что на стол лазать нельзя.

— А что такого? Я же вижу, как эта дамочка на вас смотрит. Она же в вас влюблена по самые уши. А такие, я вам точно говорю, обычно не предают. Проверено.

Карина залилась краской до самых ушей. Я медленно повернул голову к Лисичке и так же медленно покачал ею из стороны в сторону.

Вот же зараза рыжая. Язык как у торговца перед закрытием рынка, когда уже всё равно, кто и что услышит. Хотя нет, тут я очень несправедлив к торговцам — у тех хоть какой-то фильтр между головой и языком обычно стоит. У Лисички его, по всей видимости, изъяли ещё на стадии сборки.

— Ну лааадно-лааадно, — протянула рыжая и улыбнулась всем своим прищуром. — Может, и перепутала. Бывает.

— Бывает, — согласился я ровно.

Лисичка чуть подвинулась на лавке, поёрзала, как будто примеряясь, и заговорила.

— Господин Морн… тут, значит, такое дело. Есть пара толковых ребят на примете. Из моих… бывших коллег по рынку. Двое мальчишек, одна девчонка. Все трое ловкие, дерзкие, и информацию добывают как настоящие профи. Я вот думаю, может, возьмём их, как вы там говорите, — она поморщилась, ловя слово, — «в штат»?

— Зачем тебе они?

— Ну чтобы не носиться самой по всему городу. Я ведь не успеваю всё делать сама. Ещё тренировки, учиться вы зачем-то заставляете… когда мне успевать-то? А с этой троицей дела пойдут в разы быстрее. И это только для начала, у меня есть ещё ребята на примете, но их сначала надо самих как следует прощупать.

— Логично. Сколько нужно?

Лисичка чуть замешкалась. Глаза стрельнули в сторону, потом обратно, и она заговорила чуть тише, с этакой деликатной заминкой, как будто ей и правда было неловко произносить вслух такие неприличные цифры.

Только глаза, заразу, выдавали с потрохами. Не было там ни капли смущения — был профессиональный замер «как зайдёт». Хорошо играет, надо отдать должное.

— По десять золотых в месяц на нос.

И замерла.

Сидит вся такая собранная, лицо ровное, плечи расправлены, а в глазах одновременно две вещи: отрепетированное «я готова услышать любой ответ» и совершенно неотрепетированное «господи, только бы не перегнула». Цифру она явно крутила в голове не один день. Я почти видел, как она сбивала её то пониже, то обратно повыше, торгуясь сама с собой, и в итоге выкатила то, что у неё в голове проходило по статье «нагло, но попробовать стоит».

Я же мысленно расхохотался.

Тридцать золотых в месяц на троих. По меркам Сечи это, вообще-то, деньги. Слабый ходок столько и получает — тот, что таскается на границу Мёртвых земель за травками да мелкой требухой, и каждый раз не знает, вернётся ли домой к своим родным. А если взять какого-нибудь помощника торговца, или девушку легкого поведения, то они точно никогда подобных денег не видят.

Только вот моя рыжая, походу, не до конца понимала, какой товар продаёт.

Информация — это ведь не обычный товар, нет. Это когда ты заранее знаешь, у кого какие проблемы и намерения. И стоит такой товар намного дороже, чем беготня за травками в первом или втором порогах. Просто Лисичка всю жизнь мерила цены шкалой улично жизни, вот и выкатила мне это «много», ориентируясь на то, сколько у них там получали взрослые мужики за тяжёлый трудовой день.

А по факту выходило, что за тридцать золотых в месяц девочка мне готовила полноценную заготовку под будущую разведсеть. Такую, которую через пару месяцев можно будет довести до состояния, когда в городе без её ведома и собака не тявкнет.

Красота!

Я выдержал короткую паузу, чтобы дать ей немного понервничать. В следующий раз будет думать, прежде чем мне неловкость отыгрывать.

— Лисичка…

— Да? — она напряглась.

— Беру всех троих. Плачу по двадцать золотом на нос.

Лисичка несколько моргнула, ошалело на меня уставившись.

— По… по двадцать?

— По двадцать. За хорошую работу будут премии сверху, за плохую, соответственно, минус из жалованья, тут всё как у людей. В остальном условия простые: сильно не зарываться, моим именем при решении своих грязных дел не пользоваться. Все спорные вопросы решаются через тебя. И если кто-то из этой троицы уже что-то задолжал Кривому, Щербатому или ещё какой-нибудь местной достопримечательности, пусть сегодня же сядет и всё спокойно расскажет. С долгами я разберусь, но если кто-то соврёт сейчас — в будущем помогать не стану.