Практикум (СИ) - Федотов Алексей Александрович

Мы зашли в первую мастерскую. Затем во вторую…

Из первой нас выгнали цены, которые не то что кусались — бросались как свора собак. Во второй, нам просто покачали головой, сказав, что у них мастера готовят все по старым лекалам, по которым мебель делали видимо их прадеды.

Повезло нам только в пятой мастерской, затерявшейся в конце переулка близ рыночных складов. Там, немолодой мастер принял нарисованные мною чертежи, почесал голову, и пообещал, что ровно через неделю все будет готово к установке. Кою он и два подмастерья готовы будут осуществить за скромную плату в два золотых.

Я согласился, вручил ему задаток, и мы, пожав друг другу руки, разошлись полностью довольными друг другом.

Потом я, опять выбрав темный и узкий переулок, переоделся, сменил облик, и мы пошли в недавно посещенный императорский банк. Там ничуть не удивившись, выдали мне в кредит еще пятнадцать тысяч под расписку.

Вместе с остатком от предыдущего кредита у меня было двадцать восемь с небольших золотых рублей, и я вручил эти деньги Маркусу, с наказом поставить на сегодняшний тотализатор. Гулять так гулять.

Опасался ли я сегодняшней дуэли?

Естественно опасался. Тот, кто ничего не боится долго не живет. Долгоживущие берсеркеры бывают только в фантастической литературе, а в реальности такие бесстрашные умирали очень быстро.

Нет, я конечно был уверен в своих способностях. Меня за два дня научили вплетать в файербол воздушную стихию, и действительно заклинание стало значительно сильнее по своей разрушительной мощи. Кроме того, я под присмотром Разумовской разучил и потренировал еще два заклинания, которые, уверен, станут большим сюрпризом для моего оппонента.

Да и плюс у меня была Мия, как средство ультимативного спасения. Но, бой нередко может идти не так, как ты планируешь, и его величество случай может напрочь перечеркнуть все твои планы. Так что да. Я опасался.

Я посмотрел на часы. Время до дуэли было еще два часа и зашел в любимый «Пескарь». Конечно перед боем наедаться не с руки, но и драться на голодный желудок так себе идея. Да и к тому же мы договорились здесь встретиться с Силаковским.

Трактир встретил меня густым запахом пищи и громким гулом разговоров. Правда, когда я появился в дверном проеме наступила тишина, и я шел к дальнему столику с мрачным Романом провожаемый любопытными взглядами и тихими перешёптываниями.

— Привет, — Силаковский встал и протянул мне руку.

— Привет, — ответил я на рукопожатие.

Я сел на лавку и жестом подозвал к себе полового. Заказал порцию жаренных колбасок и кружку квасу.

— Ну что, ты готов? — Роман дождался, когда парнишка в фартуке, выслушав мой заказ, отойдет.

Я пожал плечами, но все равно ответил на этот риторический вопрос:

— Готов.

Силаковский сокрушенно покачал головой.

— Ты уверен? Я все еще могу поговорить с Юркой. Может я смогу отменить дуэль и…

— Ром, — сказал я, положив ладонь на его подрагивающею руку. — Не стоит! Все будет нормально.

— Обещаешь?

— Обещаю!

— Ну и мразь же этот Старский! — В сердцах выплюнул мой друг. — Ну, ничего! Такая подлость ему с рук так не сойдет!

— Сойдет. Очень даже сойдет, — хмыкнул я. — Он слова Рудого не нарушал. Напрямую. То, что меня вызвал другой студент, то его род как бы ни при чем. У ректора нет причин вмешиваться и тем более наказывать этого урода. Дудка будет нем как рыба на тему того, что его наняли, а наши домыслы выслушают конечно, но… Доказательств сговора же нет.

— Ну так же нельзя! — Вскипел Роман. — За это надо наказывать!

— Добро пожаловать во взрослую жизнь, — усмехнулся я.

Как он умудрился то дожить до этих лет с таким отношением к жизни⁈ Хотя, он же из провинции. Там взаимоотношения должны быть попроще чем здесь в столице. Наивнее.

Но как он два года проучился в этом академическом серпентарии и не огрубел душой? Загадка загадок.

От дальнейшего глупого разговора меня спас половой, принесший мой заказ, и мы с полчаса просто ели, негласно заключив пакт о том, что разговоры о дуэли потом.

Колбаски, кстати, были выше всяких похвал. Нежное, рубленное мясо, поджаренное на углях, все еще скворчало на деревянной тарелке. К колбаскам были поданы соленья в виде квашенной капусты и трех соленых огурчиков. Завершал этот натюрморт здоровенный кусок мягкого ржаного хлеба. Самое то чтобы утолить голод, но без переедания.

Перед Силаковским, когда я только зашел, и так стояли несколько блюд, которые он теперь с аппетитом уплетал. Правда, пива он не пил, довольствуясь квасом. Ответственно относиться к роли секунданта.

Я регулярно поглядывал на часы и за час до назначенного срока, мы расплатившись вышли. Неторопливо прошлись до полигона.

Мать моя женщина!

Нет, у меня было подозрение, что эта дуэль привлечет внимание, но что бы настолько!

В ворота, ведущие на полигон, вливалась река из человеческих тел. Кого тут только не было.

И студенты всех курсов, поблескивающих своими значками, и празднично одетые аристократы, и простолюдины, проходящие говорливыми группами и поодиночке.

На самом полигоне, на трибунах амфитеатра, яблоку негде было упасть. Такое ощущение, что тут собрался если не весь Тир, то точно его добрая половина. Я-то думал, что на моей прошлой дуэли было много народу и теперь только понял, как я ошибался.

Интересно, откуда они все узнали. Ну ладно студенты, в среде которых новости разлетаются как горячие пирожки в обед. Но аристо… Простолюдины… Откуда⁈

Я поискал глазами этой шумной толпе Разумовскую.

Ага… Вот она. Сидит в центральной ложе рядом с Рудым.

Резников и Никонов тоже там. Так же, как и большая группа магов — судя по всему, сотрудников и преподавателей Академии.

Резников поймал мой взгляд и подмигнул.

Вот дьявол. Похоже он не зря настоял на том, чтобы дуэль состоялась не на следующий день. Ох не зря.

— Ну, что теперь? — Спросил я у Ромы.

— Ждем, когда выйдет распорядитель.

Я кивнул и снова бросил взгляд на центральную ложу. Странно. А куда делся Резников с Никоновым?

Я заметался взглядом по рядам.

— Гляди. Тут этот урод Старский, — Силаковский привлек мое внимание толчком в плечо. — С сыночком из-за которого весь этот сыр бор.

— Где?

— Вот же, — я посмотрел в направлении, которое указал Роман.

Ага. Как же они могли не прийти! Вот, детеныш Старский со зверской рожей смотрит на меня и усмехается. Выпустили что ли уже из карцера?

А этот высокий и седой мужик с лицом словно высохшая груша сам глава Рода?

Маг огня, четвертого ранга. Серьезно⁈

Не удивительно, что он нанял бретера. Самому вызвать на дуэль слабо? И Рудой не велит и кишка тонка?

Ну, что ж. Это упрощает.

Рудой же велел передать ему, что бы он не предпринимал действий в мою сторону? А мне-то ректор ничего не говорил! У меня руки то развязаны.

Я встретился глазами со старшим Старским, подмигнул ему с самой мерзкой ухмылкой, но он никак не отреагировал. Сидел в расслабленной позе, сложив руки на трости и смотрел на меня как на вошь.

Ну-ну.

В этот момент публика в возбуждении заревела.

— Смотри! — Привлек мое внимание Силаковский. — Распорядитель!

Я оглянулся на поле. Там лениво шел Резников в своей неизменной синей хламиде.

Что? Он распорядитель⁈

Олег Федорович встал в центре полигона. Осмотрелся и над всеми раздался его усиленный магией голос:

— Добрый день, уважаемые граждане города. Сегодня мы собрались здесь по поводу смертельной дуэли между нашими студентами — студентом первого курса графом Демидовым и студентом четвертого курса боевого факультета, бароном Дудкой. Прошу выйти участников сего события, а также их секундантов.

Мы с Романом перешагнули через каменный бортик и пошли к Резникову. С другой стороны, шел Дудка с неизвестным мне студентом.

— Господа. Не хотите ли решить все миром и отказаться от дуэли? — Спросил Олег Федорович нас. Публика на рядах замолчала, дожидаясь нашего ответа.