Где моя башня, барон?! Том 7 (СИ) - Харченко Сергей

Валяясь на земле в собственной крови, я нашёл каплю, затем нащупал артефакт, и щёлкнул её в гнездо.

«Руны! Усиление всех рун!» — направил я ментальный приказ вспыхнувшему артефакту, который превратился в концентрированную энергию.

— Даже искры тебе не помогут, свиное дерьмо! Ты обречён! — зарычал Крипер, меняя свою форму. Он начал увеличиваться в размерах, глаза полыхали огнём, руки удлинялись, прекращаясь в лапы. — Как тебе это⁈ Знаком с Горгоном⁈ Скоро узнаешь, что это такое!

Я истекал кровью, а затем всё изменилось. Энергия хлынула в моё тело. Руны вспыхнули. Конечности притянулись на свои места, а кровь вернулась в моё тело.

Я не стал мелочиться. Накинул покров и сразу пять рун «родэ». Успел лишь подхватить Пожирателя, а затем рванул с места словно ракета.

Крипер лишь успел раскрыть глаза от изумления. Он вновь поднял руки, которые я и отрубил, затем врезал Пожирателя в грудную клетку небожителя. Клинок с жадным чавканьем моментально втянул в себя всю костную ткань жертвы.

— Ф-ф-ф-ка-а, — выдохнул из себя Крипер, когда он сдувался, превращаясь в бесформенную массу.

Портал с тварями исчез, торнадо распался на мелкие фрагменты, растаял в пространстве. Серый ограждающий купол над нами заколебался. Тысячи голосов ворвались в голову, зловеще шепча, взвизгивая, обещая страшные муки.

— Отрицаю скверну! — выкрикнул я, теперь уже понимая, как пользоваться «Отрицателем». Направил энергию искр, бурлящую во мне, в эту способность. И всё сразу же исчезло.

Воробей лежал в стороне без сознания. Целы и невредимый, сжимая в руке меч пламени.

— Подьём, сударь, мы победили, — похлопал я по его щекам.

— А? Что? — замотал головой Воробей, затем прополз на четвереньках пару метров и вскочил, выставляя меч перед собой.

— Спокойно, Федя. А то и меня сожжёшь, — засмеялся я.

— Кто это? Это ведь были тёмные маги! А твари? Сколько я их сжёг! Ты прикинь⁈ — кричал он, ища глазами цель. Но её не было.

— Мы справились. Фёдор, опусти меч, от греха подальше, — подошёл я к нему.

— Как… Я видел. Эти суки, они отрезали тебе ноги! — ошарашенно смотрел на меня Воробей.

— Но я ведь целый, как видишь, — улыбнулся я. — Может, почудилось?

— М-может. Я ж поэтому и вырубился, — Федька выдохнул, затем упал на землю.

Я сел рядом с ним на газон. Выдохнул, ещё раз ощупывая ноги. Это казалось невероятным, но ведь они сами притянулись ко мне. Как это бывает у Гоба, но гораздо быстрее.

— Мы справились, — положил я руку на плечо Воробья, взлохматив ему причёску. — Мы уничтожили небожителей.

— Небо… кого? Да ты прикидываешься? — нервно хохотнул Воробей.

— Очень сильных магов, — поправил я сам себя, понимая, что он всё равно не поверит.

Федька приходил в себя долго. Даже когда я проводил его до такси, Воробей всё ещё не мог поверить, что мы выжили после такого месилова.

До вечера я гулял по своему поместью.

Горгон. Я вспомнил, кого назвал Крипер. И прекрасно знал легенды нашего мира. Это было тёмное высокоуровневое существо, невероятно быстрое и хищное, владеющее ментальными атаками. Горгон червал силы из погибших, становясь ещё сильнее. Я не встречался с таким монстром, но как-то и не хочется. В истории прошлого мира говорилось, что лишь толпа в сотню магов смогла остановить это чудовище. И Крипер хотел обернуться в эту беспощадную мразь. Хорошо, что я его остановил.

К тому же я пытался понять, живы ли Гоб и Брумгильда. И в итоге пришёл к печальному выводу. Их больше нет. Нити, которые связывали меня с гоблином и троллихой, всё ещё колыхались в воздухе. Но присутствия этой парочки я не наблюдал. Ни рядом, в материальном мире, ни в астрале.

Пустота внутри меня разрасталась, ком подходил к горлу. Я не знал, куда себя деть, понимая, что вернуть их не в силах. Они пали, спасая своего хозяина. Умерли в сражении. Но горечь от их утраты продолжала терзать меня изнутри.

В итоге я решил утопить своё горе в алкоголе. Созвонился с Шишаковым и Никитичем. Мы встретились в «Пьяном гусе». И там я хорошенько надрался. Отмечая победы и вспоминая забавные моменты из жизни в СОХ, поднимая чарки за очищение Империи от нечисти и оплакивая ушедших Гоба и Брумгильду.

Не помню, как добрался домой. Вроде бы меня тащил на себе Никитич. Всё было как в тумане. Я то открывал глаза, осматривая мутную картинку и слушая бухтение императора под ухом, то вновь закрывал их, проваливаясь куда-то во тьму. В итоге почувствовал под собой мягкую кровать и отключился.

Москва, Дворцовая площадь, две недели спустя

Полмесяца прошло, и вот я уже на большой столичной площади. Свадьба с Островской отгремела по полной. Я дал понять Катерине, Софье и Кристине, что мы остаёмся хорошими друзьями. Погулял и хватит. Теперь я семейный человек.

Юлиана была шикарна в своём платье, сшитом на заказ. А её глаза сияли от восторга, когда нас поздравил сам император и вручил свадебный подарок. Княжеский титул и солидный кусок территории, примыкающей к моему поместью. Которое увеличилось в три раза.

Шум толпы отвлёк меня, я поднял руки, приветствуя жителей Империи. А затем Никитич вышел на сцену и подошёл ко мне с Велесовым, министром обороны.

— Князь Владимир Авдеев! — загремел голос Никитича, разносясь над площадью. — Ты внёс значимый вклад в сохранение Империи! Избавил наш мир от тварей и кровожадных башен! Для каждого из нас, и для меня в том числе, большая честь находиться рядом с тобой!

Он пожал мне руку, прошипев в ухо:

— Что киснешь? Улыбнись, помаши рукой ещё раз.

Я вскинул руку, и толпа заревела ещё сильней, а Романов взял у Велесова из рук большую шкатулку, открыл и вытащил массивный золотой орден с гербом Империи.

— Поэтому я лично награждаю тебя орденом Доблести первой степени! В твою честь звучат овации! Этот вечер посвящён тебе!

Затем микрофон перешёл ко мне, и я обратился ко всем:

— И для меня честь принять эту награду! Благодарю! Но я бы не справился без своей супруги, Юлианы, а также верных друзей. Приглашаю их на сцену, поприветствуйте их!

Юлиана выскочила на сцену, следом потянулись и остальные. Шишаков, Валёк, Буян с Роксаной, Анисим и Трофимка, Воробей, Сергеич, Катерина, Софья и Кристина. И остальные. Все, кто был на моей стороне на протяжении всего нелёгкого пути к цели.

Вспышки фотокамер, ликование толпы и видео-объективы, снимающие нас в прямом эфире. Всего этого бы не было, если б я не очутился в этом мире. Империя погрузилась бы во мрак и кровавый хаос. Кровь и страх расползлись бы по всему миру, забирая жизни пачками и подпитываясь душами растерзанных.

Я это прекрасно понимал, и чувство торжества и триумфа окрыляло. Поэтому вдохнул я сладкий воздух победы и обнял Юлиану, прижимая её к себе.

Затем бросил взгляд в сторону Шиши, который стоял рядом. Он был одет в солидный чёрный костюм, как и подобает аристократу, а рядом с ним в светлом платьице красивая брюнетка.

— Что смотришь так удивлённо? — наклонился к моему уху Шишаков.

— Не понял, а где ж твоя массажистка? Где Марьяна? — спросил я.

— А, пошла она на хер, — улыбнулся Шиша. — Мне не нужны продажные бабы.

Я пожал плечами. Шишаков поднялся, чтобы привлечь к себе Марьяну, чтобы она вернулась к нему. Но, видимо узнал, что она здесь не швеёй работала, и деньги зарабатывала точно так же, как и в Хабе.

И в целом я был с ним согласен.

Ну а затем был потрясающий фейерверк, на котором и завершился праздничный вечер.

Мы вернулись с Юлианой в поместье и закрылись в спальне. Супруга странно на меня смотрела, будто хотела что-то сказать.

— Помнишь, мы говорили о детях? — туманно спросила Юлиана, снимая выходное платье и переодеваясь в свободную одежду. — Я вновь думаю о них. Так прям и вижу, как они бегают по лужайке нашего поместья.

— Ну да, я помню наш разговор, — хмыкнул я, подходя к Юлиане, которая стояла у большого зеркала.