Тактик 12 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar"

Война — это работа. И лень там дорого стоит. Война требовала от магов Земли после утомляющего марша, где им разрешалось ехать верхом или на телеге, буквально пахать. Воздвигать земляные валы, выравнивать грунт под лагерь или отводить воду там, где она мешала, засыпать овраги или, наоборот, создавать небольшие рвы.

Это приучило магов вкалывать, это понуждало их и сейчас формировать громадный фундамент, куда другие маги под руководством гномов тащили каменные блоки, чтобы воздвигнуть стены из камня. И камень тоже добывали маги. Фактически, Пантеон тянула на себе Магическая рота, которая стала ударными темпами расходовать ману из накопителей.

Гномы-маги (а их было немного) соорудили приборы, позволяющие осушить загутай-камни, вытянуть из них ману и теперь камень уходил мешками, зато и стройка по Пантеону велась ударными темпами.

Когда я «отстрелялся» с Быками, создав там, если не защитный барьер от вражеских нападений, то, по крайней мере, несколько замедляющих факторов, то переместился к западной части Быков.

Гномы, те из них, кто был заинтересован в добыче полезных ископаемых, изучили несколько десятков шахт. Там добывались олово, медь, железо и уголь, другие ресурсы. Шахты конфисковала за долги казна Газарии ещё при Ирзифе.

Прежний наместник пытался их продать, чтобы деньги прикарманить. Однако проблема была в том, что иные потенциальные покупатели тоже были гномами. Разумеется, гномы между собой быстро находят общий язык и те, другие гномы, понимали, что Ирзиф выпотрошит их так же, как прежние кланы.

В общем, сейчас, после проверки шахт, гномы вынесли вердикт, что добыча вполне рентабельна, только добывать некому.

Докладывал мне главный по шахтёрству Гейрккин, который, кстати, таскал за собой Старых шахтёров, те так и остались в составе Штатгаля. Пока что Стариков никто не гнал, они в чём-то были похожи на детей, такие же любопытные, но в плане работы шахт — бесценны.

— Друг-гном Гейрккин, — спросил я главного по шахтёрскому делу гнома с неожиданно иссиня-чёрной бородой. — В архивах герцога Ирзифа остались данные об ушедших кланах. Мы можем узнать, где они сейчас?

— Известно где. Гномы обмениваются новостями и в общине в Порт-Арми есть такие слухи. Скорее всего, эти слухи будут верны и мы знаем, кто перебрался копать торф в приозёрный край, кто подался копать серебро по субподряду в Маэн, кто в Северных горах.

— А если мы их позовём назад, они вернутся? — спросил я и Гейрккин крепко задумался.

— Трудно сказать. Гномы — народ обидчивый.

— Ну, обидел-то их Ирзиф. Я попрошу тебя написать письма всем этим кланам, суть простая. Я зову их вернуться, Ирзиф арестован и сидит в темнице, налоги снижены… Всем, кто вернётся — двухлетнее освобождение от всех налогов, кроме портовых сборов и рыночного сбора при продаже на центральном рынке Порта-Арми. Каждый клан регистрирует собственный торговый знак, клан вправе торговать на экспорт без всяких ограничений и покупать, что вздумается. Время на раздумья до второго месяца весны. Кто вернётся, пусть станет частью Газарии, собственность будет им возвращена бесплатно, все долги по налогам аннулированы, начнут с чистого листа. Кто не вернётся, шахты будут проданы на открытом аукционе.

— Кстати об этом, мы видим как минимум шестнадцать потенциальных разработок под горную добычу. И они, как бы сказать… ничейные.

— Встречный вопрос, мастер Гейрккин. Есть желающие заняться добычей?

— Ну, — гном глянул хитро, — надо пообщаться с местными общинами, на половину желающие найдутся. Какую ставить цену?

— Хм. А сколько бы поставил Ирзиф?

— Мелкие участки по двадцать тысяч, большие по пятьдесят. Было так.

— Давай так же, но в рассрочку на пять лет. Будут получать доход и с него платить в казну.

— Так это получается скорее аренда? — вздёрнул кустистые брови гном.

— Это получается, что не надо пупы рвать, чтобы собрать всю сумму сразу и можно начинать работу с минимальных вложений.

— А если я скажу, что Старые гномы хотят создать свой клан? Собрать бескланников, вложить своё жалование, занять у нас и начать работу по крайней мере по драгоценным камням?

— Я буду только рад. Газария — страна возможностей, пусть будут новые кланы.

В центральной части Газарии была пустыня, но пока я был в горах, Деций взял под личный контроль герцогскую библиотеку, систематизировал её и добавил туда многочисленные трофеи.

Начиная с первых захваченных замков, мы забирали книги и теперь наш верховный писарь их систематизировал. В какой-то момент писарь нашёл книгу с историческими хрониками в который попала ретроспектива древних событий, в том числе и Газарии, которая тогда называлась Треда.

И вот, первым кто меня встретил на пути обратно с гор Быки в Порт-Арми, был Деций, который выдвинулся навстречу, чтобы поделиться важными на его взгляд сведениями.

Мы встретились, и я объявил небольшой привал. Кроме Деция с ним была охрана и гоблин-маг из магической роты, но он пока что держался в стороне.

— Согласно этой книги, территория внутри Треда была поросшей густыми лесами, — Деций махнул в направлении полупустыми мимо которой мы сейчас ехали.

— Прости, но в это вериться с трудом, — уклончиво ответил я.

Деций кивнул, но не спешил замолкать. Ради этой важной новости он прискакал полсотни миль с вооружённым сопровождением. Как чиновник первого класса, глава государственной канцелярии он имел право на вооружённую охрану и Новак выделил ему четырёх головорезов. Причём подобрал таких, которым в голову не пришло сказать Децию худое слово или бросить косой взгляд. Так что он с комфортом выдвинулся мне навстречу и встретился примерно на середине полуострова. На пустом тракте, где с одной стороны лениво текла Швырица, а с другой начиналась Газарийская пустошь. Не особенно суровая, не очень большая, не убийственная, но всё же пустыня.

— В том-то и дело. Тут был лес, которому были тысячи лет. Высокий, густой, мощный, тут даже водились слоны-лаксодоны. Правда, к чести сказать, слоны это мелкие, они размером с корову, взрослый самец был человеку по плечу. Слоны исчезли, как только пропал лес.

— Не пойму. Лес был, пропал. Ты знаешь что-то конкретное?

— Да. Проклятье.

— Что-то в мире Гинн дофига проклятий.

— Ну, командор, — Деций поправил очки, которые достал, чтобы прочитать мне выдержку из здоровенного фолианта. — Проклятие — это остаточное явление после негативного магического воздействия. Так сказать, отравление на энергетическом уровне. Если окружающая среда не может самостоятельно её устранить, то проклятие остаётся и не может никуда деваться.

— А в какой момент ты, мой друг-человек Деций, так стал здорово шпарить в магической теории? — искренне удивился я.

— Всё дело в марке, — потупился он.

— Что за Марк?

— Марка. Вы мне платили премию два, три, а то и пять марок серебром, а это приличные деньги за перевод книг.

Деций был здорово мотивирован на свою работу, но я пока что не понимал, куда он клонит.

— Ну, да, — вспомнил я. — Ты, в сущности, стал нашим основным переводчиком древних текстов.

— Возможно, — вздохнул Деций, — что единственным. И перевёл ни много, ни мало двести сорок шесть древних книг и масштабных текстов. Читая их и переосмысливая, я и разобрался в основах магии… Но на уровне теории. Колдовать я не умею, но рискну предположить, что магическую теорию я знаю лучше, чем мэтр Фомир и мэтр Ластрион.

— Очень запросто, — не стал спорить я. — Они никогда не заявляли, что круто подкованы в ней. Один отчислен в процессе обучения, второй был троечником и изгнан из своего магического ордена. При всём уважении. Так что же произошло с лесом?

— В эпоху войны Богов тут произошло крупное столкновение. Магия выжгла лес.

— И он не восстановился?

— Нет, Вы же видите, — Деций повёл плечами. — Почву спекло в камень, пепел развеял ветер, к тому же осталось проклятие. Но! Босс, я хочу сказать, что Пустошь занимает по меньшей мере шестьдесят процентов Газарии, сельское хозяйство есть только на побережье. И вот я поделился информацией со своим собуты… приятелем Кольги, гоблином-природником. И он сказал, что Магическая рота умеет убирать проклятие, что на Кмабирийских болотах половина работы магов в том и заключалась.