Идеальный мир для оценщика 2 (СИ) - Раух Натан

Стук не прекращается.

— Вот же настырные, — переворачиваюсь набок и кладу на ухо подушку. — Белла, скинь на них кирпич, пожалуйста. А меня не будить…

Глава 14

Просыпаться всегда неприятно… Ну, может, в детстве в день рождения или на Новый год, когда предвкушаешь подарки и веселье, пробуждение не вызывает отторжения, но в зрелом возрасте оно всегда бесит.

Так хочется вернуться под теплое одеяло, досмотреть хороший сон. Мир грез куда привлекательнее серой реальности, где нужно идти на работу, платить по счетам, быть взрослым и ответственным.

Это все при условии, что ночью спал, а если нет? Тогда пробуждение будет просто омерзительным.

Вот сегодняшнее утро таким и было. Я открыл глаза, едва в комнату забрался первый солнечный луч. Все тело затекло, каждая мышца и косточка болели.

Вообще непонятно, спал я в итоге или нет.

На коленях лежит арбалет, рядом с правой рукой меч. Сам я не лежу на кровати, а сижу на полу, прислонившись к ее спинке. Сижу так, чтобы контролировать и дверь с лестницы, и окно.

Стук, который разбудил меня посреди ночи, продолжался до самого утра. Спать, естественно, я не мог.

Притащил оружие к кровати, сам переместился на пол, то и дело проваливался в полудрему, когда вроде и слышишь все, что происходит вокруг, но и будто бы спишь. Ключевое слово «будто бы».

На деле же — ни хрена я не спал. Я бдел всю ночь…

Теперь же, при свете дня, нужно спуститься на первый этаж, выйти из башни и попытаться определить, что же там такое творилось.

Ладно, стучать мог особо упрямый зомби, к этому я почти привык, не обращаю внимания, но смех… до сих пор от одного воспоминания по спине дерет.

Когда возле храма квазаров я поднял проклятую монету, тоже услышал смех, но тот был другой, человеческий, что ли. А от этого становилось совсем не по себе. Зомби и скелеты не смеются.

Собравшись с духом и прихватив целый арсенал, спускаюсь на первый этаж — тут все в порядке: двери заперты, решетки на окнах не повреждены. У стен куча камней и палок — то, что вчера в подвал не поместилось. Сам люк подвала плотно закрыт, без каких-либо признаков взлома…

Входная дверь такая же, как вчера: нет следов повреждения или проникновения.

Открыв дверь, осторожно выглядываю на улицу. Тут вроде все в порядке — обычный солнечный день, все прекрасно.

Что умеет этот мир, так это создать умиротворяющую картинку: в небе солнышко, мелкие легкие белые облака, похожие на барашков. Зеленая трава колышется на ветру, издалека доносится щебет птиц — пасторальная красота.

Однако, по моему опыту, такая благодать и тишина ничего хорошего не предвещают…

Выхожу из башни, осматриваюсь. Все отлично — не толпится у башни орда мертвецов, не падает с неба черной смертоносной тенью гарпия, не вырос поблизости лес, полный деревьев и трав, что хотят убить неосторожного путника, ни других каких-то мерзких чудищ не видно — вообще ничего страшного и подозрительного. Мои мертвяки трудились всю ночь, и теперь под стеной башни собрался приличных размеров холм всякого. В основном камни и палки, но есть и несколько кусков железа…

— Какие молодцы все-таки мои зомбари, — бормочу я, — пока я сидел наверху с арбалетом в руках, эти двое продолжали выполнять мой приказ. — Благодарность, что ли, им объявить, вручить памятный подарок, премию выписать…

Успокоенный, поворачиваюсь ко входу, чтобы вернуться в башню и подкрепиться, но тут вижу внешнюю сторону двери. По спине пробегает стадо мурашек, огромных таких, холодных, будто толпа зомби-слонов пронеслась.

На двери глубокие борозды от верхнего левого угла к нижнему правому. Они глубокие, ровные, по краям древесина чуть обуглилась.

— Черт, тут словно топором рубили, — я притрагиваюсь к бороздам, — но тогда я бы услышал треск и грохот, а тот шум, что я слышал, на треск не похож.

В царапину спокойно входит мой палец целиком. Кто мог такое сотворить? Словно дверь была не из прочной древесины, обшитой стальными полосами, а из мягкого масла, по которому кто-то водил раскаленными ножами. Медленно так, плавно, погружая в дверь, без усилий, даже нежно…

А до этого по двери лупили и зомби, и огромный медведь… и это только то, что я знаю. Пока меня не было, сюда тоже могли наведываться всякие неприятные личности. Те же разбойники, которые недавно меня подстерегли, упоминали, что целый день пытались проникнуть в башню. Сомневаюсь, что они просто вежливо стучались.

Мне становится не по себе. Я уже привык считать башню неприступной, что дверь, благодаря ручке, на максимальной магической защите, и чарами она укреплена, просто у меня пока уровень оценки не настолько высокий, чтобы понять, что за защита стоит и где предел ее прочности.

Теперь же уверенность разрушена. Кто-то или что-то смогло серьезно повредить дверь.

А что, если оно вернется? Если это не случайная проверка, а какая-то тварь учуяла мой запах, к примеру, и теперь будет сюда возвращаться каждую ночь, ломать дверь, до тех пор пока все же не прорвется в башню.

Похоже, что я в полной заднице.

Быстро возвращаюсь в башню.

— Белла, у нас проблемы, — поднявшись наверх, обращаюсь я к своему убежищу, — ты, наверное, в курсе, но ночью нас посетили странные гости, очень опасные, судя по состоянию двери. Надо укрепить периметр. Двери сделать надежнее, стены упрочить… утолщить, короче, сделать толще и прочнее. Дверь бы целиком из стали сделать, или мифрила, или адамантия — чего тут у вас самое прочное есть? Такое, чтобы никаким тараном не пробить, чтобы даже лазерный резак ее не брал.

Из-за магической ручки я считал дверь неразрушимой, но, оказывается, и на старуху бывает проруха.

— Полная непруха вообще, — перебираю зелья на полке в поисках нужного, — а я, дурак, расслабился, поверил, что у меня все схвачено. Ничего тут не может быть схвачено. Стоит только расслабить булки, как сразу прилетит.

Найдя сонное зелье, отмеряю немного — часа на три-четыре. По крайней мере, надеюсь. Оценка таких точных параметров не выдает.

Пока я готовил необходимую порцию лекарства, мои зомбари забивали подвал материалами — тем, что лежало на первом этаже, и тем, что мертвяки притащили за ночь.

— Так Костя, Борис — остаетесь за главных, — сообщаю двум мертвякам на первом этаже, — двери никому не открывать, даже если песенку вам споют, друзей не приглашать: я сегодня не в настроении для вечеринок… Сторожить, если будет прорываться враг — стоять насмерть… хотя кому я это объясняю.

Тщательно проверив, заперта ли входная дверь и дверь на второй этаж, выпиваю зелье и ложусь на кровать.

Два-три раза моргнул и провалился в сон.

Встаю с кровати. Я по-прежнему в башне, только теперь уже во сне. Или, может, назвать это режимом строительства? Неважно. Важно, что надо заняться делом.

— Белла, я понимаю, что тебе важно создавать уют и все такое прочее, но сейчас у нас реальные проблемы и не до красивостей. Надо укрепить стены и особенно дверь. Дверь или ворота — это всегда слабое место в любом замке или башне.

Мысленно показываю Белле, что и где хочу укрепить. Железа в подвале вроде как хватает на усиление двери. Представляю укрепленную бронепластину с металлическими нашлепками, и не из простого железа, а из какой-нибудь высоколегированной стали с примесью титана и вольфрама — для жароустойчивости…

— Не знаю, есть ли в этом мире такие сплавы, но, может, аналоги подберешь?

Белла хранит молчание, непонятно, то ли думает, то ли офигевает от моих запросов.

Сам же я хожу от стены к стене:

— Так, с дверью более или менее понятно, а что насчет стен? Вдруг камень для этой ночной твари как хлебный мякиш? Прорвет и не заметит? Надо стены укреплять, второй ряд сделать.

Передаю картинку башне — крупные серые блоки должны выстроиться вокруг внутренних стен, у крыши и окон нужны откосы — такие, чтобы не забраться…