Я подозвал орклинов и велел им разгружать повозки.
Сварг, кряхтя, полез на башню. Он был из тех, кто не доверяет чужим словам, пока всё не увидит сам.
Я поднялся на стену следом за ним.
Отсюда открывался хороший вид. Тракт просматривался на несколько лиг вперёд. Узкое ущелье, лес, холмы вдалеке. Всё как на ладони. Именно здесь и должна была стоять эта застава. Чтобы видеть врага задолго до того, как он подойдёт.
Сварг тоже стоял у края стены, опершись на зубец.
— Хорошее место, — сказал он, не оборачиваясь. — Простреливается отлично. Если поставить пушку вон там, — он махнул рукой, — можно накрыть весь ход. Даже наводить не надо.
— В этом и смысл, — кивнул я.
В этот момент внизу что-то загремело, следом послышался отборный орочий мат.
Мы спустились вниз. Курги как раз начали устанавливать ворота. Двое держали створку, третий подгонял петли, четвёртый вбивал клинья.
Тяжёлая, окованная стальными полосами створка медленно повернулась на смазанных петлях и сошлась с другой створкой так плотно, что между ними не осталось даже щели. В углубления вставили два бруса для укрепления.
Потом в пазы установили тяжёлую дубовую решётку. В кольца продели канаты. Подняли воротом, опустили, снова подняли. Поставили на стопор. Ходила она мягко, без скрипа. Ещё бы, столько жира в пазы натолкать.
Красота!
— Отлично, — похвалил я. — Теперь эти ворота даже тараном не сразу возьмёшь.
Сварг, стоявший рядом, кивнул.
Мы продолжили осмотр. Я проверил каждый угол, каждую секцию стены, каждую бойницу — из тех, что уже были сделаны.
Орклины работали на совесть. Камни лежали ровно, швы были тонкими, а кладка — прочной.
Я как раз осматривал наружную стену и контрфорсы, когда на заставу влетел всадник.
Варг под ним хрипел, сам в пыли с головы до ног. Он спрыгнул на землю, едва не упав, и бросился ко мне.
— Господин комендант! — выдохнул он, прижимая руку к груди. — Враг!
Я обернулся. Сварг уже стоял рядом, положив руку на рукоять тесака.
— Говори, — приказал я.
— К заставе двигается отряд! — всадник сглотнул, пытаясь отдышаться. — Несколько сотен рыл! Идут по тракту, не скрываются. На всех разные тавро, но во главе — сотня Думграда! И сотником у них, этот…
Всадник замялся, вспоминая.
— Разведчика нашего привёл к острогу…
— Болболг? — подсказал я.
— Да, он.
Ожидал я чего-то подобного. Ох, ожидал. С того самого дня, как мы разбили северян, я знал, что Гулдар не оставит нас в покое. Он не простит мне ни спасения, ни освобождения каторжников, и ни того, что я становлюсь сильнее.
Вот, значит, как он благодарит за свою жизнь.
Ну, что ж…
— Сколько у нас времени?
— Часов пять. Может, меньше. Быстро идут.
Я обвёл взглядом собравшийся вокруг народ. Перевёл взгляд на стены. Ворота, которые только что установили. Бомбарду, ещё не поднятую на башню. И остановил взгляд на вестнике.
— Война так война.
Я поднял руку, привлекая внимание всех.
— Готовся к бою! — рявкнул я, и голос мой разнёсся над заставой. — Ворота запереть! Бомбарду — на стену, живо! Налейте масло в чаны и разведите огонь! Все за работу!
И работа закипела.
Орклины, ещё минуту назад неспешно таскавшие доски, забегали как ошпаренные. Таскали по сходням корзины с камнями, поднимали на стены охапки стрел.
Погонщики на кургах хлестнули плётками, крича на своём. Те подхватили бомбарду и потащили её к башне.
Сварг уже стоял у входа на лестницу, раздавая указания, как устанавливать ворот.
Я повернулся к всаднику.
— Что ещё ты видел?
— У них огры. Трое, не меньше. Осадное оружие, всадники, панцирники. Много чего, господин комендант. Подготовились они знатно.
Огры, значит, и панцирники. Гулдар не поскупился. Собрал всё, что мог, чтоб отблагодарить меня за спасение.
Что ж. Пусть попробует.
Я ещё раз оглядел внутренний двор и поднялся на стену. С верхотуры хорошо проглядывалось почти всё ущелье. Лишь в правой части обзор частично перекрывала вздыбившаяся горбом каменистая проплешина.
С левой стороны дальность видимости позволяла зацепить край тракта в полутора лиги от заставы.
И сейчас я видел, как из-за поворота вынырнула голова колонны. Пыль там клубилась сплошным ковром, и над ней кое-где виднелись разномастные штандарты и знамёна.
Я обернулся к Олгрифу, который всё это время стоял рядом.
— Мне нужна земля. Пять полных повозок. И не меньше полусотни крепких брёвен. Разбирайте всё, что есть во дворе. И побыстрее!
Пора показать этому Болболгу, что значит иметь со мной дело.
