Диагноз: Смерть (СИ) - Корд Виктор

— Вольт?

— Ага. Орет дурниной.

Я кивнул Вере:

— Присмотри за пациентом. Если дернется — вколи седативное. Если начнет звонить своим кураторам в Канцелярию — пристрели. Это эвтаназия, он нам спасибо скажет.

Вера молча щелкнула предохранителем автомата.

Волков открыл глаза и посмотрел на нее. Потом на меня.

— Я не буду звонить, — тихо сказал он. — Я хочу счет.

— Что?

— Ты выставил мне счет за лечение. Я хочу выставить счет Империи. За досрочное расторжение контракта.

В его глазах зажегся огонь. Не тот, что был раньше — сытый и ленивый. А злой, холодный огонь человека, которому нечего терять, кроме мести.

— Я открою тебе хранилища, Кордо. Не просто деньги. Компромат. Логистика. Имена агентов Канцелярии, которым я платил зарплату в конвертах. Мы утопим этих ублюдков в их собственном дерьме.

— Вот это уже конструктивный диалог, — я улыбнулся. — Добро пожаловать в Сопротивление, партнер.

Я вышел в коридор и направился в серверную.

Ноги гудели. Операция выпила последние силы, но я держался на коктейле из злости и любопытства.

Вольт сидел за терминалом, обложившись мониторами. На экранах транслировалась картинка с дронов, которые наемники Волкова запустили над лесом.

— Смотри, — ткнул он пальцем в центральный монитор.

Лес вокруг бункера изменился.

«Куклы» перестали бесцельно бродить.

Они строили.

Но не зиккурат, чтобы перелезть через стену.

Они строили Гнездо.

Из поваленных деревьев, искореженного металла и земли они возводили сложную, геометрически правильную структуру. Она напоминала муравейник, вывернутый наизнанку. Стены, переходы, норы.

И в центре этого сооружения, на расчищенной поляне, они складывали… тела.

Трупы своих собратьев, погибших при штурме. Трупы наемников.

— Зачем? — спросил я, чувствуя, как холодок ползет по спине.

— Это не склад, — голос Вольта дрожал. — Это… процессор.

— Что?

— Смотри тепловизор.

Он переключил фильтр.

Куча трупов в центре Гнезда светилась.

Но не теплом гниения.

Она пульсировала ритмично, в такт… сердцебиению?

— Они соединяют нервные системы мертвецов, — прошептал хакер. — Используют их мозги как кластер. Они строят биологический суперкомпьютер, Витя. Чтобы усилить сигнал. Чтобы пробиться к тебе. Или… чтобы создать свой собственный разум.

— Коллективное бессознательное обретает «железо», — констатировал я. — Мой вирус дал им цель «Найти Отца». Они поняли, что поодиночке они тупые. И они решили объединить вычислительные мощности. Буквально.

Это было гениально. И отвратительно.

Некро-био-инженерия на уровне инстинктов.

— Если они закончат этот… Мозговой Центр, — продолжил Вольт, — они смогут взломать защиту бункера. Не физически. Цифровым путем. Они подберут коды к замкам за секунды.

— Сколько у нас времени?

— Судя по темпам строительства… к ночи они запустят систему.

Я достал из кармана рубин, извлеченный из Волкова.

Красный камень, теплый и скользкий от крови.

— У нас есть еще одна проблема, Вольт.

Я положил камень на стол перед ним.

— Это сидело в печени нашего банкира. Это передатчик. И накопитель.

Вольт поправил очки (где он их взял? А, нашел у Орлова) и склонился над камнем.

— Активный?

— Да. Я чувствую фон.

Хакер взял щуп анализатора и коснулся грани кристалла.

Экран ноутбука зарябил помехами. Пошли строки непонятных символов. Не двоичный код. Руническая вязь.

— Ого… — Вольт отдернул руку. — Это шифрование уровня «Империал». Квантовая магия.

— Куда он стучит?

— Сейчас…

Вольт начал перебирать частоты. Его пальцы танцевали над клавиатурой.

— Сигнал уходит… не в город. И не на спутник.

Он развернул карту региона.

Луч трассировки уходил на север. Далеко за пределы городской черты. В «Серую Зону» — территорию, заброшенную после Магических Войн прошлого века.

Там не было ничего. Радиоактивные пустоши, руины заводов и аномалии.

Но сигнал упирался в точку посреди пустыни.

— Координаты: 54.32 северной широты… — пробормотал Вольт. — Там пусто. Голая степь.

— Там не пусто, — я прищурился, глядя на карту. — Там «Объект Ноль».

— Легенда? Секретная тюрьма для полубогов?

— Нет. Это бункер «Судного Дня» Тайной Канцелярии. Место, где они хранят то, что нельзя уничтожить. И, судя по всему, именно туда сливалась жизненная сила Волкова.

— Зачем? — спросил Вольт. — Зачем Императору мана банкира? У него своей хватает.

— Императору — да. Но, может, там сидит не Император? Может, там сидит То, Что Жрет?

Я забрал камень.

— У нас два фронта, Вольт. Снаружи — армия зомби, которая строит био-компьютер, чтобы взломать нас. Внутри камня — ниточка к главной тайне Империи. И где-то в городе — взбешенная Инквизиторша, которая скоро поймет, что я ее кинул.

— Мы в заднице, — резюмировал техномаг.

— Мы в эпицентре событий.

В этот момент динамики системы оповещения ожили.

Голос капитана наемников Волкова был напряженным:

«Внимание! Движение на периметре! Сектор Юг! К „Куклам“ прибыло подкрепление!»

— Еще зомби? — спросил я в микрофон.

«Нет. Это… техника. Тяжелая техника. И люди. Они не атакуют Рой. Рой расступается перед ними.»

Я метнулся к экранам.

Камера южного сектора показала дорогу.

Сквозь строй застывших «Кукол» ехала колонна.

Черные джипы. Грузовики.

И на дверях машин была эмблема.

Не Змея Гильдии. Не Орел Империи.

Это был Череп, расколотый молнией.

— «Техно-Анархисты», — выдохнул Вольт. — Те самые, на которых Орлов списал взрыв завода.

— Они существуют? — удивился я. — Я думал, это выдумка для прессы.

— Они существуют. И они фанатики. Они считают, что магия — это болезнь, а технология — лекарство.

— И что они делают здесь?

— Судя по тому, что они везут на прицепе… — Вольт увеличил изображение. — … они привезли нам подарок.

На платформе тягача стояла установка.

Громоздкая, уродливая конструкция из катушек, антенн и генераторов.

— ЭМИ-пушка? — предположил я.

— Хуже. Резонансный излучатель. Если они его включат, он выжжет мозги всем: и нам, и «Куклам», и тебе, Док. Это «Лоботомия по площади».

— Зачем им это?

— Они хотят зачистить скверну. Всех нас.

Дверь головного джипа открылась.

Вышел человек в кожаном плаще и зеркальных очках.

Он поднял руку, приветствуя Рой.

И «Куклы»… поклонились ему.

— Какого черта? — я замер. — Я — их Отец. Почему они кланяются ему?

— Потому что он хакнул твой сигнал, — тихо сказал Вольт. — Или… у него есть такой же Кристалл.

Гул нарастал.

Это был не звук мотора. Это был звук самой физики, которую насиловали в особо извращенной форме.

Резонансный Излучатель на прицепе Анархистов начал раскручиваться. Катушки Теслы, установленные по периметру установки, засияли фиолетовым.

Воздух в бункере стал наэлектризованным. Волосы на руках встали дыбом. Во рту появился привкус алюминиевой ложки.

— Частота 400 Герц, — прокомментировал Вольт, не отрываясь от мониторов. Его пальцы дрожали над клавиатурой. — Они входят в резонанс с мозговой активностью «Кукол». Они не просто перехватили управление. Они их форматируют. Стирают личность под ноль.

— А нас? — спросил Борис, который стоял у окна, сжимая в здоровой руке автомат.

— Нас они просто выжгут. Любой, у кого есть активная мана-схема в крови, получит микро-инсульт. А потом макро-смерть.

Я посмотрел на экран.

Лидер Анархистов — человек в зеркальных очках — поднял руку с микрофоном.

Его голос, усиленный динамиками джипа, прогремел над лесом:

— Жители бункера! Вы заражены. Ваша магия — это вирус, который пожирает реальность. Мы пришли, чтобы исцелить этот мир. Сдавайтесь, и процедура очищения будет безболезненной. Сопротивление приведет к полной дезинтеграции.