Шаг легиона (СИ) - Метельский Николай Александрович

А во-вторых — Аргус Белосий, из древнего графского рода Белосиев, ответственен за плачевную ситуацию в сфере здравоохранения Атолы. Фактически его нужно наказать в любом случае. И как можно скорее. Здравоохранение — очень важное направление для любого государства, и исправлять в лучшую сторону его надо как можно быстрее. И тут как со Стратусом я терпеть не могу. Стратус, этот старый говнюк, хотя бы своё министерство держит в ежовых рукавицах, и работает это самое министерство на благо Атолы. Ещё и на один конкретный род, но не суть, главное — королевство не страдает. А Белосию, кажется, вообще на благо страны плевать. Атолийская медицина в данный момент переживает не самые лучшие времена. Больниц мало, целителей, в том числе магических, мало, всё, что связано с медициной, дорого, ингредиенты для лекарств привязаны к контрактам с Исеором. Исеором, мать его так! Засилье нелегальных целителей, знахарей, травниц — колоссальное. А всё потому, что для получения лицензии мало иметь кучу денег, нужны ещё и связи. Плюс дикие поборы с частных клиник, буквально заставляющие их задирать цены. Я как-то рассказывал, что зелья лечения в Атоле гораздо дороже, чем в Драуме, но связывал это с тем, что покупал самое лучшее. Думал, что обычные зелья на том же уровне. Так вот, херушки, они тоже раза в два дороже. При этом не стоит забывать, что те же зелья лечения — это костыль, причём костыль только для физических травм. Да и процедуру восстановления, если ты простой человек, а не магический воин, лучше после зелья пройти. Слишком уж оно изматывает тело. Но даже этот костыль стоит чрезмерно дорого.

С этим надо что-то делать. Нам просто необходимо выровнять ситуацию в сфере здравоохранения. Ладно, простые люди, хотя о них нельзя забывать, но мне же скоро с демонами воевать, а тут с исцелением ран проблема! Атола не может, физически не может, полагаться на храмовых целителей, их тупо мало в рамках всей страны.

И вот теперь, сидя за длинным столом, я смотрел на жирного лысого мужика в шёлковых одеждах бежевого цвета и морщился. Я уже час занимаюсь тем, что по пунктам предъявляю ему все ошибки министерства здравоохранения, а он либо отговаривается какой-то ерундой, либо просто отмахивается, говоря, что это не важно. Максимальная наглость. Даже Стратус со своим «малышом» не переходил определённых границ, а этот просто откровенно плюёт на своего принца и главу Военного совета. Видимо, считает, что сидя в гражданской сфере, этот самый Совет, где большинство за партией Стабильности, ничего ему не сделает.

Достав из пространственного кармана папку, положил её перед собой. Отодвинул подальше другие папки, в которых были собранные мной документы с прегрешениями Белосия.

— То есть, граф, вы считаете, что со здравоохранением в Атоле всё хорошо? — спросил я.

— Насколько это возможно, принц, — усмехнулся он. — Всегда есть проблемы, с которыми надо бороться, но в моём ведомстве эти проблемы незначительны.

— И тебя, как я понял, — открыл я лежащую передо мной папку, — совершенно не волнует, что думает по этому поводу наследный принц?

— Вы не специалист, — ответил он с иронией в голосе. — Вам простительно ошибаться.

— А на то, что этот принц является главой Военного совета тебе тоже плевать? — спросил я, переведя взгляд на эту свинью.

— Военный совет не может вмешиваться в дела гражданских служб без одобрения Высшего совета, — пожал он плечами.

— Начнём с того, что я не обычный член Военного совета, а его глава, — улыбнулся я. — Легат империум пропретор. А закончим тем, что состояние медицинских служб напрямую влияет на боеготовность Атолы.

— Я глава не медицинских служб, — ухмыльнулся он. — А целого министерства. А ты принц… Что ж, ты как-то сумел собрать нас здесь, молодец. И что дальше?

Мы, к слову, находились в главном филиале его министерства, а не в моём дворце, так что намёк Белосия по поводу того, что мне даже собрать их в одном кабинете было сложно, имеет второе дно. Собрать-то собрал, но даже не у себя.

Взяв в руки один из двух листов, лежащих в папке, передал его сидящему справа от меня чиновнику.

— Прочитай, — обратился я к Капису Тару — главе отдела организационной работы и контроля. — И перо дай.

— Прошу, Ваше Высочество, — протянул он мне перо для письма.

Подтянув к себе лист бумаги, Капис быстро окинул его взглядом, после чего слегка побледнел и сглотнул. Бросил на меня взгляд.

— Ваше Высо… — начал он, было.

— Читай вслух, — оборвал я его. — Да погромче, чтобы все слышали.

Ещё раз сглотнув, Капис опустил взгляд на лист.

— Исполнительный лист, — начал он зачитывать текст. — Я, Дарий Романо, легат империум пропретор Империи Грома, главнокомандующий…

— Суть, — вновь прервал я его.

— Кхм, — кашлянул Капис. — За подрыв боеспособности империи и провинции Атола, в частности, за предательство и сотрудничество с потенциальным врагом, за кражу государственных…

— Ещё короче, — вновь прервал я его.

Белосий уже не ухмылялся. Было видно, что он не до конца понимает, что происходит, но это что-то ему не нравится.

— Приказываю снять с поста графа Аргуса Белосия. Лишить его всех титулов, должностей, привилегий и казнить по законам военного времени, путём отсечения головы.

— Ты не посмеешь! — вскочил со своего места жирдяй. — Я министр здравоохранения, а не легат! Ты обязан провести приказ через Военный и Высший совет!

— Похоже, — произнёс я, ухмыляясь, — ты не в курсе законов своей страны. Я глава Военного совета, и могу казнить кого хочу. Империя всё ещё воюет, не забыл? И целителей для армии у неё нет. Спасибо некоему Белосию.

— Всё у неё есть! Просто прика…

— А лекарства⁈ — уже я вскочил со своего места. — Какого хера Атола зависит от поставок Исеора в жизненно важной для страны сфере⁈

— Я же говори…

— Да мне плевать, что ты там говорил! — крикнул я, изображая злость. — Исеор по щелчку пальцев может устроить Атоле локальный шок! И виноват в этом ты! Думаешь, мы все дураки? Думаешь, после твоей казни кто-то посмеет защитить твоё имя? Попытается отомстить? У меня. Есть. Повод. А у тебя. Нет. Выбора. Либо я сейчас подписываю исполнительный лист… Заметь, исполнительный лист, то есть никаких судов. Ты уже осуждён. Как только я подпишу эту бумагу. Либо ты уходишь со своего поста добровольно.

После моего спича, Белосий секунд десять молча рассматривал меня, после чего опустился в кресло.

— Ты не посмеешь, — бросил он. — Не переживёшь волну возмущения. Никто не потерпит человека, который может в любой момент казнить кого угодно.

— Горано! — использовал я технику Крика и, не дожидаясь, пока старик войдёт в кабинет, продолжил: — Ты слишком высоко себя оцениваешь, Белосий. Атола тысячу лет жила с тем самым человеком, который мог казнить кого угодно. Я знаю правила, в том числе неписаные, и не намерен устраивать беспредел, но ты… Ты совершил слишком много ошибок. Люди потом спросят очевидцев, — окинул я взглядом подчинённых министра, — как оно там всё происходило. И знаешь, что им ответят? Белосий зарвался. Он не отвечал на вопросы, хамил, оскорблял. И всё это на фоне допущенных ошибок в управлении министерством. У меня есть полное право тебя казнить. Отруби ему кисть руки, — обратился я к подошедшему Горано. — Левую.

Правой ему ещё заявление на увольнение подписывать. Это второй лист в папке, где лежал приказ о казни. Кстати, старика я за дверью оставил специально, знал, чем окончится разговор с министром здравоохранения. Идея была в том, чтобы Белосий не чувствовал давления на себя и действовал ещё наглее, чем мог бы. Получилось, что уж тут.

— Не смей, — процедил злой и одновременно явно испуганный толстяк. — Ты поплатишься.

Обращался он ко мне, хоть и косился на идущего к нему Горано.

— У тебя есть альтернатива, — произнёс он.

— Не трогай меня! — взвизгнул Белосий, когда Горано схватил его за руку.

Меч старик вынул заранее. Заломив Белосию руку, впечатав его мордой в стол, Горано поднял меч и замер, кинув на меня взгляд. Естественно, министр пытался сопротивляться. Но что в такой ситуации мог сделать двухзвёздочный жирный лысый мужик? Только кричать и дёргаться.