Газлайтер. Том 41 т(СИ) - Володин Григорий Григорьевич

Вдруг полог шатра резко отлетает в сторону, и внутрь вихрем врывается Гепара. На гибкой девушке её любимая «легкая броня»: короткие кожаные шорты и майка с гербом Багрового Филина на груди.

— Лакомка, ты должна это видеть! — кричит она, задыхаясь от бега. — Снаружи небо кипит! Это Астрал!

— Что ты говоришь такое? — хмурится альва. — Мелиндо закрыл старый Астрал.

— Я знаю! Но фонит именно оттуда! Это точно старый Океан Душ! Я его ни с чем не спутаю!

Сердце Лакомки пропускает удар. Неужели?..

Забыв о грации и статусе гранд-королевы, она выбегает из шатра, едва не запутавшись в ткани полога. Вместе с Гепарой альва вскидывает голову к небу.

Прямо над лагерем закручивается гигантская черная воронка. Точно такая же зловещая дыра висела над старой усадьбой Филиновых полгода назад.

— Материализация! — выдыхает Гепара, в ужасе и восторге округлив глаза.

Воронка с хлопком сжимается в точку и исчезает. А на её месте в небе зависает фигура. Черноволосый мужчина в простых джинсах и черной футболке. Такой земной и такой родной.

— Успели соскучиться?

Его мыслеречь касается сознания мягкой, властной волной. Лакомку накрывает эйфория, граничащая с экстазом. Ноги чуть не подкашиваются. Это он. Телепат, вернувший ей дочь и подаривший сына.

— Мелиндо!!! — крик вырывается из груди сам собой. Слезы счастья застилают глаза. Да и кто еще мог прийти из закрытого Океана Душ?

— Смотрю, весело у вас тут, — усмехается Даня, с высоты окидывая хозяйским взглядом поле битвы, кишащее врагами. — Ладно, принимайте подкрепление. Освободите место под полки. Вон тот холм с плоской вершиной подойдет идеально.

Тот холм занят резервами, но большая их часть уже втянута в битву, так что вершина почти пуста. Лакомка реагирует мгновенно. Ментальный приказ летит к Студню, тот отдает команды по цепочке своим гвардейцам, и за пару минут остатки отрядов освобождают плацдарм.

— Муж сказал — Лакомка сделала, мой мелиндо! — смеется она. Альва объята эйфорией. Ей должно быть стыдно за этот неуместный смех, когда вокруг кипит кровавая бойня и смерть, но она ничего не может с собой поделать. Стыда нет. Есть только торжество. Даня вернулся, а значит, скоро всё это прекратится.

— Отлично, — кивает Даня. Его фигура в небе вспыхивает насыщенным синим светом псионики. Концентрированный луч ударяет точно в плоскую вершину холма, пробивая ткань реальности. Земля дрожит, и из сияющего портала начинают выходить материализованные когорты. Четкий шаг, стальной блеск глаз. Лакомка узнает идущих в авангарде: Воронов, Егор-кровник, Стоеросов, Аврал… А за спинами командиров маршируют тысячи и тысячи новых, незнакомых бойцов. Бесконечная река магов.

Гепара в шоке округляет глаза:

— Сколько же их⁈

— Легион! — выдыхает Лакомка с благоговейным трепетом.

* * *

Мои перепончатые пальцы! Я вернулся!

Бросаю взгляд вниз, на счастливых Лакомку и Гепару. Девушки еле стоят, колени дрожат, бедра судорожно сжимаются. Да уж, судя по реакции моих благоверных, «ночную смену» я прогуливал слишком долго. Заждались! Придётся отрабатывать в тройном размере.

Тем временем когорты моего Легиона, разросшегося в сотни раз, с ревом кидаются на Демонов. Материализация прошла на ура.

Здесь, в реальности, пролетело всего полгода. А там, в старом Астрале, время не поддается исчислению. Для меня это была вечность. Но я вытерпел. Взломал древнее мега-Расширение, именуемое Океаном Душ, переписал код и ввел новые протоколы. Теперь Астральные боги заперты навсегда, а я получил доступ к энергии системы для материализации Легиона.

Пополнение знатное — миллион чистых душ. Тех, кто сумел не оскотиниться в Астрале: пленники из стазис-коллекций, отшельники, спрятавшиеся в пустоте. Я просто не мог оставить их там гнить вечно. Это, кстати, и была главная причина моей задержки.

Добрый ли я? Лакомка наверняка заверила бы что так. Но если глянуть с практической стороны: теперь вся эта армада вольется в мой Род, в мое королевство. Да и сам я стал несоизмеримо сильнее. Так что запишите меня в здоровые эгоисты, хех.

Легион получил второй шанс и щедро благодарит меня за это, истребляя последних Демонов мироздания. Орды тварей в панике пытаются бежать, но куда там — капкан захлопнулся наглухо. Королевская гвардия, не ждавшая поддержки, ликует, видя, как их врагов перемалывают в фарш.

Мои легионеры всегда были хороши, но сейчас они вышли на совершенно иной уровень. Века непрерывной войны в Астрале превратили их в идеальные машины убийства. Взять хоть Воронова — теперь он полноценный Грандмастер. Его черные сферы перемалывают врагов тысячами, оставляя лишь пустоту. А Егор-кровник? Этот вообще вымахал в настоящего кровавого спрута-кайдзю! Пусть он и уступает кайдзю Грандику пару метров в холке, но мощь просто колоссальная. Сильны, чертяки!

Бастион, кстати, при этом совсем даже не опустел, но об этом позже. Битва ведь кипит!

— Скоро буду! — помахав Лакомке, я срываюсь вниз, к своим центурионам. Лечу, создавая опору прямо в воздухе. Материализацию я освоил в абсолюте — куда там старику Хоттабычу. Жить захочешь — и не так раскорячишься в Астрале.

Внизу всё кончено. Орда разбита, последние стаи Демонов добивают, а осадные башни-Пыхтуны уже догорают в магическом пламени солнечников.

Я мягко приземляюсь рядом с Вороновым.

— Ну как, нравится дышать полной грудью?

— Знаешь, шеф, в твоем Бастионе было не хуже, — удивляет меня темник. — Ты хороший телепат. И заботливый.

— А то. Ты получил второй шанс, легат. Не подведи.

— Обижаешь, шеф, — Воронов качает головой. — Теперь я живу исключительно по твоим заветам.

— Это по каким?

— Спасай людей, а красавиц еще вдобавок и тра…

— Не продолжай, — качаю головой.

Нас плотным кольцом окружают зверолюди: тавры, шакхары, ликаны… Великогорыч с ревом бросается ко мне и сжимает в медвежьих объятиях. Ребра трещат. Я аж пожалел, что при создании тела не армировал скелет титаном.

— Конунг! Конунг! — слезы счастья текут по его густой бороде. Сентиментальный он мужик, наш воевода.

Я утешающе хлопаю тавра по плечу, но тут из толпы пулей вылетает горячая брюнетка в черном топе. Без лишних слов и предупреждений она впивается в мои губы жадным поцелуем. Вокруг гремит уважительный рев толпы:

— Хищница! Хищница!

Я даже сообразить ничего не успеваю, как чувствую на языке отчетливый вкус лучшего на свет кофе. Ох, этого божественного напитка мне в Астрале не хватало больше всего! Когда воздух заканчивается, брюнетка нехотя отрывается от меня, и я снимаю с языка маленькую голубую чешуйку.

— Так секретный ингредиент был в чешуе? Всё гениальное просто, — усмехаюсь я.

— Мазака… Ты вернулся! — Змейка прижимается ко мне всем телом, и я по-хозяйски обнимаю её за обнаженную талию. Конечно же, это она. Моя личная хищница.

— Смотрю, Мать выводка, ты времени зря не теряла. Говоришь чисто, носишь подобие одежды… — я киваю на узкий черный топ и ленту, едва прикрывающую её бедра. Комплименты пришлись Змейке по душе — вон как замурлыкала.

— Даня! — радостный вопль сверху.

Не только Змейкой мы богаты. С небес пикирует крылатая огненная комета. Приземление, вспышка — и вот уже Светка виснет у меня на шее, едва не сбивая с ног. Я еле устоял, отшатнувшись от четырехформационной Горгоны, — инерция у этой «ракеты» будь здоров.

— Данечка! — а это уже Настя. Она несется верхом на Псе. В шортиках, футболке, обтягивающей небольшой животик, а мордашка вся в крови — явно успела перекинуться в волчицу и знатно попировать. Она кубарем скатывается с черного бока зверя, спотыкается на бегу, и мне приходится ловить её в охапку, чтобы она не пропахала носом землю.

Целуемся, обнимаемся.

— Великогорыч, я смотрю, Боевой материк объединен? — киваю я на разномастную толпу зверолюдей, но тут раздается звонкий окрик:

— Это моя работа, мой Король!