Небесный всадник 7 (СИ) - Кири Кирико

Мёртвых практически не было, а те, что бродили по одиночке или вдвоём, были слишком простой целью. Он прошёлся по округе, после чего направился в соседние деревни. Там вообще никого не было, ни единого зомби. Поэтому, немного подумав, он вернулся к месту, где оставил виверну, после чего вернулся к крепости. К тому моменту, как он прилетел, деревенские уже разошлись по деревне вокруг, собирая всё, что могло пригодиться.

— С какой стороны они прут? — спросил он мужика, отвечавшего за немногочисленную личную гвардию.

— Господин фон Хертвёрд говорил, что из соседнего графства.

— Откуда именно? Закат, восход? — он бросил взгляд на серокожую, которая целеустремлённо направлялась к нему. Тупая сука опять ищет причины повизжать, как свинья на бойне. Руки зачесались сломать ей шею.

— Со стороны восхода.

— Отлично. Тогда передай визгле, что я буду к вечеру.

И полетел прочь, а то глядишь, не выдержит и действительно убьёт. Не страшно, конечно, но спасибо ему за это не скажут.

Графства — это всегда много людей. Баронство могло вообще не иметь городов, но в графстве один-два крупных точно будут. К тому же там можно было разжиться провиантом. Поесть он любил, а мясо у этих нищебродов было не бесконечным. На всём экономили. Даже жалко их было объедать. Не потому что их жаль, а потому что они жалкие. Но такова судьба Небесного Всадника, защищать подобных.

По пути он встречал несколько групп заражённых и рубил их, оставляя за собой залитую кровью землю. Добрался до первой деревни, совсем опустевшей со следами трагедии и прошёлся по домам. Кое-где он даже нашёл ледник со свежим мясом, которое пустил вход. Надел кусок на огромную деревяшку и жарил над костром, попутно вырезая голодные рты, которые пришли, но теперь уже за его собственной плотью.

Закончив, затушил костёр по-пионерски, залез на виверну и двинулся дальше, одной рукой держа вертел с мясо, которое ел прямо на лету. Вот такое ему нравится, вот такое ему по душе. Скромно пообедав, он спустился на окраине какого-то города, который был подозрительно пуст. Нашёл таверну и уж оттуда достал вина и пива. Попутно к нему присоединилась орда, которую он рубил налево и направо, не забывая возвращаться к алкоголю.

И так прошёл весь его день. Хорошо быть Небесным Всадником, руби что видишь, лети куда хочешь. Жаль, что и этим денькам однажды придёт конец.

Но даже об этом было рано задумываться, потому что вечером, когда он уже вернулся, к ним пришли гости. Не зомби, а беженцы, человек десять, которые стучали в ворота и умоляли впустить. Вольфган как раз мылся, когда это произошло, поэтому в самой встрече не участвовал и даже не знал об этом. У него были свои дела, которые касались трёх знатных крестьянских барышень, которые и сами были не против прикоснуться к такому мужчине. Многие отчего-то считали, что только мужики хотят затащить красивую девушку себе в койку, но работало это в обе стороны. И если тебе с первого раза удалось поиметь, то значит на охоте сегодня был не ты.

Ночью его разбудили крики и шум. Он проснулся ещё до того, как в комнату к нему с ноги ворвался один из солдат, и когда тот оказался на пороге, Вольфган уже держал меч. Вопрос был только один.

— Откуда⁈

— Со двора!

Ему не надо было объяснять. Если бы мёртвые вторглись бы из-за ворот, то тогда так бы и сказали, что они прорвались. А если со двора, то значит эти кретины впустили кого-то внутрь.

— Закрыть двери в крепость! Никого не впускать! Я сейчас спущусь!

Тот кивнул и бросился прочь, но к тому моменту Ози приказала сделать то же самое.

Сам Вольфган накинул на себя буквально то, что могло спасти жизнь, поддоспешник на голове тело, железные перчатки, сапоги и наручи со шлемом. Для остального попросту уже не было времени. По пути он встретил какую-то перепуганную служанку, которую поймал за локоть.

— Сегодня кого-то впускали?

— Да, десять человек, они пришли…

Остальное он уже не слушал, бросившись дальше. Вот и доигрались с милосердие, впустили заражённого. А теперь в ад отправятся все остальные, если только он не успеет с этим разобраться. Входные двери, понятное дело были заперт, и Вольфган спрыгнул во двор из окна второго этажа.

Внизу царил хаос, люди бегали в разные стороны, кричали сталкивались, а между ними, словно тени, бродили мёртвые, хватая то одного, то другого. Даже сразу было и не понять, кто из них уже зомби, а кто до сих пор человек.

На его глазах одна из тварей выныривает из толпы и хватает девушку, вгрызаясь в плечо и заставляя её зайтись визгами. Через мгновение наваливается второй мертвец и оба валят её на землю начиная своё кровавое пиршество, пока она бьётся и визжит, обезумев от боли. Рядом один из мертвяков вырвал у мужика клок плоти из предплечья, но тот смог вырваться, отдёрнув руку, и скрылся в толпе. А чуть дальше несколько просто дербанили на части ребёнка.

Вольфган окинул взглядом происходящее… и пока он оценивал обстановку, один из мёртвых подкрался к немы с боку. И через мгновение получил такой удар локтем, что его лицо вмяло внутрь черепа. Ещё один мертвец выплыл из мечущейся толпы прямо ему на встречу, и меч тут же обезглавил его.

Его и попавшего под удар юношу.

И Вольфган стал прорубать себе путь среди живых и мёртвых. Одного за другим, оставляя за собой только трупы. Разбираться, кто заражён, а кто нет, у него не было ни желания, и возможности, а в такой давке можно и самому стать одним из обратившихся. А вот рубить всё, что выглядит подозрительно — это эффективно. Целенаправленно мирных он рубил, но если попадали под удар, то что ж… бывает.

Он методично истреблял всё подозрительное, не в силах взять в толк, как так получилось, что столько людей обратилось? Ладно один или два — люди уже знают, что делать и как остановить их. Да даже десять — всё равно остановили бы. Здесь же кромешный ад, где живые перемешались с мёртвыми и стали одним целым хаосом.

А потом он почувствовал, как что-то ползёт у него по ноге. Даже в такой давке, в таком кошмаре обратил внимание, что будто что-то лезет по нему. Опустил взгляд, поморщился и небрежно стряхнул с себя паука. А потом ещё одного. И ещё. Поднял взгляд и увидел целый ковёр членистоногих, которые расползались во все стороны.

И что хуже, забирались на людей. Люди кричали, пытались стряхнуть, возможно успешно, но главным было не это.

На его глазах мужика орал и стряхивал с себя членистоногих, пока не выгнулся дугой, будто у него случились сильнейшие судороги. Упал, начал кататься и замер… чтобы через мгновение медленно подняться уже обращённым. Рядом мальчика лет двенадцати даже не упал: он крутился, скидывая с себя насекомых, а потом просто замер. В этот момент пауки будто потеряли к нему интерес, а мальчик обернулся уже с пустыми глазами.

— Тц…

Он отпрыгнул назад, сбив нескольких человек. Один из упавших тут же стал жертвой пауков, накрывших его, заставив в криках кататься по земле. Вольфган быстро стряхивал с себя тварей, одна из которых попала на прямо на лицо женщине, завизжавшей на всю округу, отступая назад.

А потом развернулся и бросился прочь.

Сейчас ему нужно было только одно. И отбросив меч, он, словно поезд, сбивал всех на своём пути к единственному запертому сараю. Выбил ворота с ноги и заскочил внутрь. Через несколько секунд выскочил уже верхом на виверне. А они говорили, зачем тебе огнедышащая…

Он не пытался взлететь — виверна отлично пробивала себе путь через толпу, иногда давя людей. И едва он заметил первые признаки пауков, даже просто что ему показалось…

Виверна послушно открыла пасть и выдала поток пламени, под которое попали не только пауки и мертвецы. Крики быстро затихали в огне виверны. Может её пламя и не способно было сжечь человека за секунды до состояния пепла, но для смерти хватало и того, что было. Кто-то даже горящим умудрялся выбежать из-под огня, но почти все они падали, крутились по земле и в итоге затихали.

А Вольфган жёг. Методично выжигал всё, что осталось по ту сторону примерной границы. И, кстати говоря, благодаря этому можно было легко вычислить зомби. В отличие от живых, они не горели и продолжали брести, даже когда превратились в обжаренные до мяса фигуры.