Сотая просьба - Славная Мира

– Спасибо за отклик на вакансию, – сказала я, откладывая в сторону резюме. – Мы рассмотрим вашу кандидатуру и в случае положительного решения свяжемся с вами.

Я говорила подчеркнуто-деловито и холодно. Для любого соискателя это могло означать только одно: вы нам не подходите. Поняла это и Анна Сергеевна. Она подняла на меня свои огромные глаза. Казалось, она вот-вот расплачется.

– Мне очень нужна эта работа, – дрожащим голосом произнесла девушка. – Дайте мне шанс, пожалуйста!

От неожиданности я вздрогнула. Просьба! Еще один маленький шажок в направлении к Евгению Шереру. Ну почему все это так не вовремя? Конечно, принимать на работу эту кандидатку было непрофессионально. Но что делать, если так хочется простого семейного счастья? И ведь не прошло и часа, как я решила сворачивать Монбланы на пути к нему. И что теперь, вот так вот сдамся?

А, была не была! В конце концов, работаю я здесь так долго, что наверняка меня не уволят за этот маленький промах. Ну, решат, что у меня временное помутнение, да и простят. Наверное.

– Хорошо, – с трудом произнесла я, все еще борясь с тобой. – Но учтите, приступить к обязанностям вы сможете только после личного собеседования со Степаном Викторовичем.

– Спасибо! – с чувством воскликнула девушка, и я испугалась, как бы она в порыве чувств не бросилась мне на шею. Уж слишком большой радостью светились ее глаза.

Провожая девушку в кабинет директора, я все еще удивлялась себе. Учитывая мое вчерашнее, отнюдь не блистательное выступление на оперативке, было бы разумнее не навлекать на себя новую беду. Кажется, сейчас у Степана Викторовича развеются последние сомнения в моей некомпетентности.

Я даже была готова свернуть на полпути и выгнать эту так не вовремя подвернувшуюся девицу. Но вспомнила замечательные бархатные глаза Евгения Шерера, и решила идти дальше по этому пути, выстланному позором.

Собеседование директора с секретарем явно затягивалось. Полчаса я я сидела в приемной, нервно отбивая ногой Марш Мендельсона и недоумевая, о чем можно так долго разговаривать. Надеюсь, эта странная барышня не упала ему в ноги, умоляя не выгонять с теплого места.

Наконец, дверь в кабинет отворилась:

– Значит, Анечка, жду вас утром, – довольным голосом произнес Степан Викторович, придерживая дверь перед девицей.

Он повернулся ко мне и коротко кивнул:

– Оформляйте. Удовлетворен.

Я перевела взгляд на нашего новенького сотрудника, светящегося как новогодняя елка.

– Степан Викторович – великий человек, – с придыханием сообщила Анечка и счастливо улыбнулась.

Глава 6

Найти информацию об Евгении Шерере мне в тот день так и не удалось. Отправив счастливицу Анечку домой собирать документы, я еще долго отвечала на вопросы коллег. Все-таки, секретарь директора – фигура на предприятии ключевая.

– Так и сказал, «удовлетворен»? – смеялась Лариса.

– Угу, – мрачно ответила я. Чувство, что проблемы с этой девицей обеспечены, меня не покидало. Наверняка Степан Викторович даже не спросил ее о наличии детей, и теперь во время каждого ее больничного будет проклинать меня. Хорошо, если все ограничится только этим.

Любовь Викторовна мои опасения разделяла.

– Вер, ну ты, конечно, дала маху, – недовольно произнесла она. – Ты что, специально это делаешь сейчас, когда у нас такие проблемы с Зеленовым?

– Все будет хорошо, – повторяла я. – Дети у нее закаленные….

Ну а что еще я могла сказать? Только, боюсь, на мою начальницу это объяснение подействовало так же, как и на меня, когда я в первый раз его услышала. Хотя, нет, ей было не так смешно. Запах валерианы, разлившийся по кабинету, явно указывал на то, что и у нее на сердце неспокойно.

– Раз, два, три… – демонстративно отсчитывала Любовь Викторовна, капая темную жидкость из пузатого пузырька в свою чашку.

В этот момент дверь порывисто распахнулась, и на пороге возник сам Зеленов собственной персоной.

– Здравствуйте, дамы! – провозгласил он. – Давайте-ка проведем мозговой штурм. Что бы нам такого интересного организовать!

Как всегда он был излишне бодр и весел. Вот этот точно свернул бы любую гору, вставшую на его пути.

Но мы были настроены не так оптимистично, как начальник производственного цеха. Я непроизвольно глубже завернулась в шаль. Краем глаза отметила, что остальные девушки повторили тот же жест. По сравнению с нашим гостем мы выглядели, как спокойное болото, которое он всколыхнул своим внезапным появлением.

– Ну, что вы придумали? – спросил он и обвел нас глазами.

Без приглашения он схватил первый попавшийся ему под руку стул и, вытащив его в центр кабинета, устроился, сев на него как на лошадь, задом наперед и положив руки на спинку.

Вообще-то, мы так ничего и не придумали. И сказать нам было нечего. Так что в кабинете воцарилась тишина, прерываемая лишь шепотом Любови Викторовны, так и продолжающей отсчитывать капли:

– … тридцать восемь, тридцать девять, сорок….

– Ну, барышни, скажите, хоть что-нибудь, пожалуйста… – протянул Зеленов.

И я, услышав заветное слово, сделала стойку. Просьба! Еще одна и снова так не вовремя! Да что ж такое? Но упустить такой шанс я не могла.

– А давайте устроим КВН! – не долго думая, предложила я. – Это весело. А заодно пригласим студентов и выпускников. Пусть посмотрят, как у нас весело.

Вообще эта идея зародилась у меня в голове только что. Мы с коллегами, конечно, пытались что-нибудь придумать сообща, но в итоге все заканчивалось обсуждением того, какой противный и мерзкий тип этот Зеленов.

– КВН? – враг смерил меня внимательным взором и ухмыльнулся. – А, может, «А ну-ка, девочки»?

– Может и их, – ответила я, не заметив в его предложении насмешки.

– КВН – это вчерашний день, – припечатал тот, подтвердив свое звание наипротивнейшей личности предприятия. – И никто из студентов уж точно смотреть на это не придет. Сейчас у молодежи другие развлечения. Если они и смеются, то смеются над стендапом.

– Ну так давайте устроим стендап, – предложила я. – Какая разница?

– А давайте! – неожиданно согласился Зеленов. – Вот эта мысль мне нравится. Вы тут посовещайтесь и решите, кто мне будет во всем этом помогать. А я побегу с директором нашего клуба договариваться, чтобы он нам помещение предоставил.

– А что тут совещаться то? – подала голос Любовь Викторовна. – Пусть Вера и помогает. Она у нас самая активная.

По голосу начальницы я поняла, что возражать не стоит. Кажется, я начала здорово ее раздражать.

– Ну… если больше никто не хочет… – пробормотала я и с надеждой посмотрела на коллег.

Те же исправно делали вид, что их очень интересует узор на полу. Да уж, инициатива явно должна выглядеть как-то иначе.

– Вера, значит, Вера, – кивнул Зеленов и выскочил из кабинета так же стремительно, как и ворвался в него.

Как только дверь за ним захлопнулась, в кабинете повисла тяжелая тишина.

– …сорок два, сорок три, – продолжила отсчет Любовь Викторовна, и в каждом слове мне чудился укор.

До конца дня я действительно просматривала резюме. Отвлекаться в сложившейся ситуации на поиски личной информации было бы, по меньшей мере, неразумно. Коллеги со мной не разговаривали. Словно, согласившись работать в одной команде с Зеленовым, я себя запятнала.

Да уж, дел за этот день я наворотила немеряно. Может, эта идея послушать гуру Юру была не так уж и хороша?

Впрочем, все сомнения развеялись, стоило мне выйти из офиса. Вдохнув холодный осенний воздух, я словно зарядилась энергией. Этот вечер явно должен быть лучше, чем день. Я планировала позвонить Евгению Шереру. Ведь это нормально, что вопросы по воспитанию собаки у меня появились так быстро, правда?

Но сначала мне нужно было кое-что приобрести. Хотя я была начинающим собаководом, но смутно догадывалась, что котлеты и пирожные – не лучшая еда для маленькой собачки. И вообще наверняка ей нужно что-то еще. Нужно сделать так, чтобы один мой знакомый адвокат был уверен, что я стараюсь быть хорошей хозяйкой. Как раз недалеко от моего дома располагался магазинчик с говорящим названием «Один хвост, четыре лапы». Туда-то я и забежала по дороге.