Real-Rpg. Айвенго (СИ) - Елисеев Алексей Станиславович

Но что всё это значит, если они реальны? Примем за абсолютную десятку гений Альберта Эйнштейна или какого-нибудь Леонардо да Винчи, выходит я, Иван Шабаев, отстаю от них всего на три жалких пункта? Это мнение Системы о моём уме было донельзя лестно, но верилось в него с огромным трудом. Я надолго задержал мысленный взор на этой цифре. На мой взгляд она была незаслуженной.

Я вновь и вновь всматривался в цифру, пытаясь отыскать в ней подвох. Может, Система ошиблась? Или это какая‑то особая шкала, где семь — вовсе не высокий результат, а лишь средний? Но нет, справочные данные ясно указывали, что предел — 10. Значит, семь — это действительно немало.

С возрастающим интересом я продолжил изучать присвоенные характеристики. Если бы в реальной жизни существовали подобные объективные измерители, если бы я с юности знал, что мой мозг оценён на семь из десяти… Пошёл бы я в науку? Зарылся бы в книги, в формулы? Кто знает, что из меня бы получилось в итоге. Быть может, я бы не таскал сейчас мешки на станции, а делал открытия или менял мир своими идеями.

Эта мысль кольнула так больно, что я поспешил перейти к следующему параметру, стараясь не думать о призраке другой, не случившейся жизни.

Живучесть — отвечает за заживление ран, иммунитет и продолжительность жизни. Первый предел для человеческой расы — 10.

Двойка. Жалкая, унизительная двойка. Всего два балла из десяти возможных. Что за…? Почему так мало?

Не сказать, чтобы я когда‑либо мнил себя обладателем бычьего здоровья, но и чахлым доходягой меня тоже не назовёшь. Скорее наоборот. За всю сознательную жизнь я не припомню, чтобы болел чем‑то серьёзнее сезонной простуды, да и та навещала меня далеко не каждый год. Даже зубы — все свои, за вычетом пары пломб — сидели в дёснах мёртвой хваткой.

Странно это… От параметра «Живучесть» я ожидал чего угодно — пятёрки, шестёрки, но никак не позорной двойки. Будет грустно, если этот показатель и впрямь отвечает за продолжительность жизни. Если так, то выходит, что мой фитилёк уже почти догорел. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

Я попытался найти логическое объяснение. Может, Система учитывает не только текущее состояние, но и накопленный ущерб? Годы тяжёлой работы, недосыпы, стрессы… Всё это могло сказаться на итоговой оценке. Но даже с учётом этих факторов двойка выглядела чересчур суровым приговором.

Следующий параметр принёс долгожданное облегчение.

Выносливость — снижает накопление усталости, необходимое для отдыха и сна время. Первый предел для человеческой расы — 10.

Восьмёрка. Добротная, честная, заработанная потом и кровью восьмёрка. Закономерное последствие, прямой результат моего многолетнего тяжёлого физического труда. Иных объяснений у меня не было и быть не могло. Клеймо рабочего скота, оцифрованное и занесённое в протокол.

Но в этой цифре была своя гордость. Она говорила о том, что годы лишений и тяжёлой работы не прошли даром. Я мог выдержать нагрузки, которые сломили бы многих. Мой организм умел восстанавливаться, приспосабливаться, выдерживать испытания. Возможно, именно эта выносливость станет моим главным козырем в новом мире.

Восприятие — отвечает за органы чувств и внимание к деталям. Первый предел для человеческой расы — 10.

Шестёрка. Не густо, но и не пусто. Вполне себе сносный результат. Хотя, конечно, в этом деле важен баланс.

Я представил себе воина, вооружённого двуручной секирой. Обладая высокой силой, он с лёгкостью орудует могучим оружием. Но если при этом его восприятие оставляет желать лучшего, его удары будут лишь бестолково высекать искры из вражеского доспеха, так и не найдя в нём уязвимого места.

Удача — отвечает за вероятности. Первый предел для человеческой расы — 10.

А вот и она. Королева бала. Здесь у меня была всего лишь единица. Одна‑единственная, сиротливая единица.

М‑да… Расстраиваться тут, впрочем, не имело ни малейшего смысла. Я давно выработал иммунитет к капризам этой ветреной дамы. Параметр был сродни восприятию. Сам по себе он, вроде как, ни за что конкретно не отвечал, но незримо участвовал в расчёте всех вероятностей.

Каких вероятностей? Вопрос вопросов…

Я никогда не верил в эту чепуху. Ни в чёрных кошек, ни в баб с пустыми вёдрами, ни в прочую мистическую дребедень. Верил только в себя — в сумму собственных качеств, в крепость мускулов и, как я до сего момента считал, в трезвость ума. Если что‑то в жизни не получается, значит, ты приложил недостаточное количество усилий для решения насущных проблем. Точка.

Списывать собственные провалы — плохую работу, неудачи в личной жизни, вечное безденежье — на невезение, дурное влияние звёзд или плохую карму — занятие для слабаков. Намного эффективнее провести честную работу над ошибками и попытаться их исправить.

Но ведь… у меня‑то не очень и получилось, верно? Моя жизнь — наглядная иллюстрация тотального краха. Я стою на руинах всего, что когда‑то строил.

Так может, я был неправ? Может, вся моя философия — лишь самообман, способ примириться с действительностью? Может, во всём и впрямь виновата она? Эта проклятая, выжженная на моей душе невидимым клеймом единица?

Интуиция — позволяет принимать решения, основываясь на косвенных фактах. Первый предел для человеческой расы — 10.

А вот этот параметр меня ничуть не удивил и не расстроил. Чем я в жизни ни разу не пользовался, так это интуицией. Я всегда справедливо полагал, что начисто лишён этого сомнительного дара, предпочитая полагаться на трезвый расчёт и железную логику.

Поэтому четвёрка в этом параметре озадачила. Это было действительно много для качества, которым я, по моему глубокому убеждению, никогда не обладал.

Так что же это выходит? Всё это время она у меня была? Этот тихий внутренний голос, который я всегда принимал за трусость или сомнения, был ею?

Ещё одно открытие, сделанное в этой бестелесной пустоте. Открытие, которое мне совершенно не понравилось. Оно ставило под сомнение всё, что я знал о себе. Может, я не так рационален, как привык считать? Может, в моих решениях всегда присутствовала доля неосознанного предчувствия, которую я просто не хотел замечать?

Я замер, переваривая эти мысли. Новый мир не просто давал мне характеристики — он заставлял пересматривать всю прежнюю жизнь, переосмысливать себя. И это было едва ли не страшнее, чем любые грядущие испытания.

Глава 3

Выбор Оружия

Мои тягостные размышления о собственной никчёмности были прерваны очередным информационным окном, предлагавшим сделать выбор.

Внимание! Выберите первоначальный навык (74 %)

Так… И что у нас тут на десерт?

Меню Навыков (74 %)

Малый магический дар(F, 15) Владение мечом(F, 15) Владение кинжалом(F, 15) Владение топором(F, 15) Владение булавой(F, 15) Владение копьём(F, 15) … Рукопашный бой(F, 15)

Что и следовало доказать. Пулемёт «Максим» или хотя бы завалящий «Наган» мне никто не предложил, что, в общем-то, меня практически не расстроило. Я был готов к тому, что придётся иметь дело с холодным оружием. Однако, когда я не обнаружил в списке ни владения луком, ни арбалетом, ни чем-либо ещё стрелково-метательным, я, признаться, удивился. Система явно имела свои, весьма специфические представления о ведении боя.

Я долго и задумчиво пялился на строки «Владение булавой» и «Владение копьём». При должной сноровке и недюжинной силушке оба этих предмета можно было и метнуть в супостата. Кинжал же в качестве метательного орудия я даже не рассматривал. Это было оружие последнего шанса, инструмент для тихого удара в спину, но никак не для открытого боя на дистанции.

Выбор, откровенно говоря, был не то чтобы огромен, но хотелось остановиться на чём-то действительно стоящем. Я прекрасно понимал, что в подобных играх успех зачастую зависит от того, насколько правильно и дальновидно игрок делает самый первый, самый важный выбор. Роднило все предложенные варианты одно — я ничем из этого списка толком пользоваться не умел. Разве что рукопашный бой, но его я по совершенно очевидным причинам даже не рассматривал. Что делать, если на тебя выйдет здоровенный детина с топором? Переть на него с голыми кулаками? Оно, конечно, можно, но что-то мне подсказывало, что такой фокус пройдёт только один, ну, максимум, два раза. А дальше — бесславный конец.