Никаких запретов - Мортимер Кэрол

Эва, кажется, еще не видела фотографий со свадьбы Рейфа и Нины. Неудивительно, она же растит полугодовалых близнецов, и у нее ни на что не остается свободного времени. Майкл понимал, что не должен скрывать от нее факт женитьбы Рейфа.

Эва рассердилась:

– Мне нужно немедленно с ним поговорить.

Майкл кивнул:

– Все, что вы хотите сказать Рейфу, можете сказать мне.

– Я уже обозналась один раз! – выпалила она.

От нетерпения у Майкла раздувались ноздри.

– Я обязательно передам брату все ваши чаяния в ближайшей беседе, а пока…

– Нет, – твердо ответила Эва, резко встав с дивана, – так не пойдет, мистер Д’Анджело, – добавила она в ответ на его вопросительный взгляд, – мне нужно поговорить с ним сейчас, – настаивала Эва, – а не после вашей с ним ближайшей беседы.

Нужно отдать этой девушке должное – упорства ей не занимать! Уверенный взгляд голубых глаз говорит, что она не отступится и пойдет на все, чтобы поговорить с Рейфом.

– Я уже сказал, что сейчас это невозможно.

Ее глаза заблестели.

– В таком случае почему бы вам не сделать так, чтобы это стало возможным, мистер Д’Анджело?

– Мне не нравится ваш тон, – резко ответил он.

Эва пожала плечами:

– Тогда, может быть, вы дадите мне самой поговорить с вашим братом?

Майкл старался держать себя в руках и не злиться.

– Близнецам уже полгода. Почему именно теперь вам так необходимо поговорить с человеком, который, по словам вашей сестры, является их отцом?

– Он и в самом деле их отец, – упрямо твердила Эва.

Почему именно теперь? Хотя Эва и старалась изо всех сил, хотя и отказывалась признавать поражение, в глубине души она знала, что без посторонней финансовой помощи и моральной поддержки ей больше не справиться.

Разумеется, она не станет признаваться в этом самоуверенному и холодному Майклу Д’Анджело. Разве мог такой мужчина, как Майкл, понять ее боль и горе, какой беспомощной Эва чувствовала себя с близнецами, при всей ее к ним любви?

К тому же ее доходов не хватало на то, чтобы просто-напросто обеспечить близнецам должный уход ни сейчас, ни в будущем.

Эва больше не принимала заказы на фотосъемку, потому что не могла надолго оставить близнецов. Стало сложнее работать даже на таких скучных, хотя и хорошо оплачиваемых мероприятиях, как свадьбы и крестины. Близнецы росли, и брать их с собой становилось практически невозможно. Не всякой невесте понравится, если на ее свадьбе во весь голос будут кричать младенцы! А если Эве и удавалось найти для детей хорошую няню, то ей Эва отдавала почти все заработанные деньги.

Нет, Эва как следует все обдумала, прежде чем ехать на встречу с Рафаэлем Д’Анджело. Каким бы скверным ей ни казалось принятое решение, она не придумала лучшего выхода из положения, чем обратиться за помощью к отцу ее племянников.

Эва лишь хотела, как и прежде, растить малышей и больше не тревожиться за то, где заработать на это денег.

Поговорив с Майклом Д’Анджело, она утвердилась в мысли, что с семьей Д’Анджело хорошо бы общаться как можно меньше и малышам, и ей.

Она покачала головой:

– Я должна поговорить с вашим братом Рейфом, а не с вами, мистер Д’Анджело.

Майкл понятия не имел, о чем Эва размышляла в эти минуты, но явно о чем-то неприятном. Она снова побледнела, под глазами резче проступили темные круги, а пухлые губы чуть подрагивали. Какой беззащитной она сейчас выглядела! Если бы она знала об этом, то ужасно бы разозлилась.

Майкл прищурился:

– Вы ели сегодня?

Она удивленно уставилась на него: почему он так внезапно сменил тему?

– Что?

Майкл пожал плечами:

– Скоро обед, а вы такая бледная, вот я и спрашиваю, вы сегодня ели?

Эва взмахнула длинными, черными как смоль ресницами.

– Я… Да, кажется, я перекусила тостом, пока кормила детей.

Наверняка на бутербродах сидит целый день. С двумя-то детьми!

– В гостинице?

Эва саркастически усмехнулась:

– Это больше ночлежка, чем гостиница. На большее мне не хватило! Нельзя же всем жить в пентхаусах и летать на частных самолетах! – принялась защищаться она.

Майкл и его братья именно так и жили, видимо, поэтому Эва и решила найти отца близнецов и попросить у него помощи.

– И где находится эта ночлежка?

– На одной из улочек за Северным вокзалом, – неохотно ответила она, – послушайте, если бы я могла поговорить с вашим братом…

– Насколько я понимаю, вы хотите попросить у него денег?

Ее щечки вспыхнули.

– Я хочу напомнить ему о том, что у него есть финансовые обязательства перед его детьми… Не смотрите на меня так! – огрызнулась Эва, так сильно сжав кулаки, что костяшки пальцев побелели.

– А как я на вас смотрю? – невозмутимо спросил Майкл.

– Как будто я приживала какая-то, которая только и мечтает о том, как бы вытянуть из вашего брата побольше денег! – Она с отвращением покачала головой. – Мне тяжело далась поездка сюда, знаете ли. – Эва вскочила и принялась мерить шагами кабинет. – Меньше всего мне хочется иметь дело с человеком, которому безразличны его собственные дети.

– Хотите сказать, что Рейф знает о близнецах? – Майкл посмотрел на нее сквозь прикрытые веки. Если его брат знал о том, что Рейчел беременна, и ничего не сказал ни ему, ни Нине!

Эва вдруг замолчала, чуть погодя ответила:

– Я… Нет, думаю, он не знает.

– Но вы не уверены в этом?

– Нет, не уверена, – она скривилась, – но предполагаю, что не знает. Рейчел не очень-то распространялась на эту тему, она только назвала имя своего любовника и сказала, что беременна, когда их отношения уже закончились. – Она с грустью добавила: – Я была за границей, когда Рейчел поняла, что ждет ребенка. Она как бы между прочим сказала об этом в одном нашем телефонном разговоре. Когда я вернулась в Англию, она была на пятом месяце беременности, именно тогда врачи обнаружили у нее рак. – Девушка вздохнула. – Тогда мне казалось выпытывать у Рейчел подробности об отце малышей не очень-то и необходимым.

– Все правильно, – кивнул Майкл, – а куда вы уезжали?

Почему-то ему стало очень интересно, где так долго была Эва, если не в родной Англии.

Она нахмурила брови:

– Какая разница?

Он пожал плечами:

– Хочу знать подробности.

Эва раздраженно посмотрела на него. Она была уверена, что Майкл не из тех, кого интересовали подробности, и заботу о них он поручал другим. Майкл командовал, и ему подчинялись.

– По работе приходилось много путешествовать. Раньше, – добавила она, – последние полгода Рейчел была очень слабой, и забота о малышах легла целиком на мои плечи.

– Вы так и не вернулись к работе после смерти сестры?

– Не в полной мере, нет, – откровенно призналась она.

– Чем вы занимаетесь?

– Послушайте, я не собираюсь обсуждать с вами ни свою работу, ни жизнь, – раздраженно выпалила она.

Эва души не чаяла в близнецах, но только потому, что они – это все, что осталось у нее после сестры. Фотография – мужская профессия, и Эва работала не покладая рук, чтобы сделать себе имя. Пауза в работе в девять месяцев негативно отразилась и на самой Эве, и на ее с таким трудом заработанной репутации.

– Напрасно вы так, – ледяным тоном возразил Майкл, – если, а, насколько я понимаю, это пока под большим вопросом, – с угрозой в голосе продолжал он, – окажется, что Рейф отец близнецов, то о вашей работе и жизни будет много разговоров.

Эва замерла, с тревогой глядя на Майкла. Она встретила непреклонный взгляд его темных глаз, на его губах застыла мрачная ухмылка, и девушке стало не по себе.

Она медленно покачала головой и сказала:

– Перед смертью Рейчел сделала меня законным опекуном близнецов.

Майкл изумленно поднял темные брови.

– Их биологический отец имеет на них больше прав, чем тетя по матери.

Невидимая рука стиснула сердце Эвы, девушка запаниковала.

– Вы мне угрожаете, мистер Д’Анджело?

Разговор принял совсем неприятный оборот, у Майкла возникло щемящее чувство, как будто он грубо отпихивает от себя маленького голодного котенка. Хотя этот котенок может больно укусить его при случае.