Мой властный дракон (СИ) - Гераскина Екатерина

Я застревала каблуками в мягкой земле, запиналась об корни деревьев. Казалось, мчалась целую вечность, на самом же деле едва ли убежала на пару сотен метров в глубь ночного леса.

— Впервые вижу девицу, что так рьяно дразнит зверя во мне. Давненько мне не было так хор-рошо, — рычал позади меня ящер.

Сквозь собственное хриплое дыхание от непривычной беготни я пыталась уловить звуки преследования. Как близко он ко мне?

— Я не сдамся!

— И не надо. Охотник тут я. А ты лети, птичка моя.

Грубый смех дракона басом разнесся по лесу. Мне показалось, все зверьки попрятались по норкам.

— А-а-а-а! — нога ушла в сторону, и я рухнула на колени, но тут же была взвинчена вверх и перехвачена как кукла.

Эрик развернул меня к себе лицом и снисходительно осмотрел.

— Ну вот вся вымазалась. Хотя… — он прищурился. — Это просто невероятно. Не знаю как, но в тебе сочетается роковая соблазнительница и невинная овечка.

— О чем вы? Я не соблазнительница, — помотала головой.

— Да? А что тогда это, м? — он коварно опустил глаза вниз. Я тоже последовала за ним и охнула, вскрикнув.

Вырвалась из его объятий, пытаясь натянуть на свою обнаженную грудь лиф платья, который сполз, когда я упала на колени. Чертова длинная юбка!

— Красивая грудь. Аппетитная.

— Перестаньте. Не говорите так!  — вызверилась я.

— А как я должен говорить, если это правда, — он сложил руки на мощной татуированной груди.

Божечки! У него там была изображена оскалившаяся морда дракона.

Аж перехватило дыхание. Ощущение, что картинка оживет и сожрет меня.

— Вы врете. Вы не можете говорить настолько неприличные вещи.

— Ну могу и не говорить. Но только по мне и так все видно. Грудь твоя производит впечатление, — бесцеремонно выдал дракон и оскалился белоснежными клыками.

Я недоуменно уставилась на него. Он ведь на что-то намекал? Я просто в силу своей неопытности не могла распознать его тонких намеков.

— Вы на что конкретное намекали, да? Я просто не поняла.

— Говорю, что зацепила ты меня. Такая сладкая и невинная, колючая ежевичка, — он стал наступать на меня. Я прижалась спиной к шершавому стволу дерева, немного оцарапывая открытую спину.

Эрик поставил руки по обе стороны от меня, заключая в удушающий капкан своих рук и запах кедра.

Он придвинулся еще теснее. Прижался бедрами ко мне. И я округлила глаза. В меня что-то уперлось.

Что-то большое. Твердое. Могучее.

— Это… это… — я хватала ртом воздух, кажется, я вспыхнула огнем от стыда и смущения.

— Великий дракон. Такого искреннего потрясения я еще не встречал.

— Он… там…

— Да, птичка, дыши.

Я посмотрела вниз и чуть не умерла.

— Оно… огромное. Это… Просто невозможно. Противоестественно. Неправильно.

— Милая, нет ничего более нормального, чем страсть между мужчиной и женщиной. Но мне нравится твое искреннее восхищение.

— Это не восхищение. Это испуг. Мне страшно.

— Не переживай, я успокою тебя, — раскатисто рассмеялся дракон.

— Не хочу-у-у, — взвизгнула я, а потом снова оказалась на руках у дракона.

Но хоть не вниз головой.

Я обхватила его мощную шею руками и вцепилась изо всех сил.

— Эрик, пожалуйста, верните меня домой.

— Именно туда я тебя и возвращаю.

Я сначала не поверила. А потом посмотрела в его серьезное и хмурое лицо.

Неужели и вправду вернет?

Глава 9

Неужели и вправду вернет?

— Верну. Как только мобиль отремонтирую, так сразу.

— Но… а как же крылья?

— На драконе летать может только истинная. Так что, милая, мы еще не настолько близки.

— Вы невозможный грубиян!

— Пусть так, но моя птичка сегодня очень и очень провинилась. А еще она… — он одной рукой держал меня на себе, другую — вплел в мои растрепавшиеся волосы.  Дотронулся сухими губами до мочки уха и прошептал. — …очень грязная. Но я это быстро исправлю.

— Что-о-о-о?

И снова раскатистый смех прокатился по округе, в лесу что-то вскрикнуло и затихло. Волк подавился воем.

Я бы тоже подавилась, но дар речи мне отказал. Я могла только открывать и закрывать рот, как рыба, выброшенная на берег.

— Милая, губки у тебя тоже что надо.

— Молчите.

— Отчего же? — он снова перехватил меня двумя руками. Я держалась за его мощную шею. Шлейф весьма потрепанного дорогого платья свисал и прикрывал наготу дракона.

Хотя его нагота никого, кроме меня, не смущала.

— Вы скажите что-то похабное, — вскрикнула я.

— С каких пор правда стала похабной? Кстати, твои губы так и манят. Хочу попробовать их.

— Ну нет же!

— Прикусить, зализать и снова и снова пробовать твой юркий язычок.

— А-а-а-а!

Но мой крик потонул в порыве страсти, потому как дракон жадно напал на мой рот, и мне только и оставалось, что мычать.

В этом моменте, когда его губы встретились с моими, я почувствовала взрыв эмоций. Они захлестнули меня.

Эрик был неудержимой стихией. Дикой и необузданной. Он смел мое сопротивление. Запах кедра и белого мускуса усилился.

Это был не просто поцелуй. Это было что-то гораздо большее, невообразимо мощное и всепоглощающее. Его жадность не знала границ, и каждое прикосновение казалось исполненным глубокого желания и непреодолимой страсти.

Дракон целовал меня так, словно хотел запечатлеть это мгновение, хотел съесть меня. Его губы исследовали каждый уголок моего рта, заставляя мое сердце биться в унисон с его.

Он и второй мой поцелуй украл! Захватчик!

Я почувствовала слабость в ногах, и если бы не его сильные руки, обвившие меня, я бы, наверное, рухнула на землю. В этом поцелуе было столько страсти, что я едва могла дышать.

Он поглощал меня. Пил меня.

Я не могла сопротивляться ему.

Его жадность, его невероятная сила притяжения, его запах лишь подливали масла в огонь моего собственного желания. Внизу живота начало тянуть. Я попыталась сопротивляться. Но Эрик лишь усилил свой напор, сжал мои ягодицы до легкой боли. Я приоткрыла рот, чтобы вскрикнуть, и тот снова оказался у меня во рту.

Каким же ненасытным и голодным он был. Кожа покрывалась мурашками, а тело наполнялось теплом и тяжестью.

Эрик оторвался от меня и с ноги распахнул дверь. Та с шумом ударилась об стену. Я вскрикнула.

— Ты сломал дверь, — загнанно дыша, проговорила я.

— Ну не тебе же все ломать.

— Я ничего не ломала!

— Да? Ты это скажи моему мобилю. Вернее, груде металлолома.

— Но это вы его когтями вскрыли словно консервную банку.

— Да, потому что все знают, что провоцировать зверя нельзя. Так что первопричина — ты.

— Но я не специально. Оно само так вышло.

— Разумеется. Это мы кстати потом выясним. Само или не само.

— Вы о чем?

— Стоит проверить тебя, птичка. Больно подозрительная ты личность. Такая маленькая, а столько урона от тебя.

А потом он сбросил меня на что-то мягкое. Я снова взвизгнула. Платье опять слетело с груди.

— Так. Платье отличное, как специально подобранное. Только ходить в подобном я разрешаю исключительно в моем присутствии.

— Я не буду ходить в вашем присутствии в подобном.

— Ты права. В моем мы будем только лежать, — оскалился довольно дракон.

Я потянула лиф предательского платья вверх. Но дракон в следующее мгновение потянул подол моего платья вниз, а потом и вовсе навис надо мной. Я вжалась в спинку дивана. А он с особым наслаждением подцепил этот многострадальный лиф и разорвал воздушный фатин, украшенный дорогими кристаллами.

Надеюсь, что кристаллами, а не драгоценными камнями. Иначе я просто не переживу этого. Как я возмещу подруге подобное расточительство?

А дракон тем временем вообще окинул меня таки-и-им взглядом. Наверное, так смотрят сладкоежки, разворачивающие шоколадную конфетку

— Зачем вы порвали платье? Оно же дорогое.

— Я сотню таких тебе куплю.