Практикум (СИ) - Федотов Алексей Александрович

По приказу деда Демидова, его спрятали в обычной больнице для простолюдинов, коих на территории города было семь штук. Конечно к нему приставили шесть человек охраны из наказующих, но имя больного в больнице знал только главный врач. Там же лежала и пассия Демидова, которая весьма пострадала во время боя между синоби и отрядом охраны Алексея.

Илья Аркадьевич вполне справедливо считал, что хочешь что-то спрятать — прячь на виду. Никому бы и в голову не пришло, что их положат в соседних палатах. Тем более, что охрана была как бы приставлена для охраны раненной девушки. Единственно, кто был в курсе того, что и Демидов находился там же, была Троекурова и произошедшее за последний час «похищение», Белоусова сильно смущало. То, что Елена могла помогать некоему неизвестному похитителю девушек из больницы, он само собой не верил. Единственным разумным объяснением этой ситуации было то, что Демидов неожиданно очнулся и ушел из больницы прихватив с собой обеих пассий. Но вот что должно произойти, чтобы он так прорывался на выход? Силовым путем и с применением боевой магии? Тем более, что приставленная охрана на запросы по артефактам не отвечала, что уже само по себе было грозным сигналом.

Тем не менее, Илья Аркадьевич не стал торопиться с окладом Святославу. Сначала надо разобраться в ситуации, а потом уж докладывать. Иначе можно таких дров наломать. Он конечно был далек от мысли, что император помчится насаждать за единственного внука доброе и вечное, но… но такой случай уже был, и чтобы бы весь город не заснул вечным сном надо сначала разобраться.

Белоусов открыл сейф и стал надевать на себе артефакты.

Конец интерлюдии

— Как ты себя чувствуешь? — Я склонился над Аней, которая непонимающими глазами переводила взгляд то та меня то на Лену.

— Где я? — чуть слышно прошептала она.

— Мы едем домой из больницы! — сказал я ей, поправляя на ней одеяло. Кстати, после коррекции сделанной имплантом выглядела она значительно лучше. Нет, худоба никуда не ушла. Зато лицо порозовело и не выглядело как у свежих трупов в морге. Даже ее дыхание выровнялось — грудь под одеялом равномерно вздымалась.

СОСТОЯНИЕ ЭТОГО РЕЦИПИЕНТА НЕ ВЫЗЫВАЕТ ОПАСЕНИЙ!

Да заткнись ты уже! Мы с тобой потом отдельно потом поговорим насчет того, о чем надо предупреждать хозяина.

Как там говорится? Поправим твои настройки?

Имплант на мою мысленную тираду промолчал.

— А как я там оказалась? — Спросила Аня пытаясь приподняться на локтях. Лена заметив это аккуратно обняла ее и приподняла, облокачивая на себя. — И почему я голая?

— Прости, родная! У меня не было времени искать тебе одежду в больнице — Я взял ее руку в свою. — А оказалась ты там, потому, что была ранена в бою отравленным клинком.

Лена кивнула, подтверждая мои слова.

— Понятно, — тихо сказала Аня. — Я помню бой. Помню, как меня ранили и все… Дальше темнота. А где Маркус?

— Должен быть дома. К нам никого не пускали, кроме Лены.

— К нам?

— К нам. Я лежал в соседней палате в таком же состоянии. Ань, давай расспросы оставим на потом? Ты все еще слишком слаба. Доедем до дому и там я тебе все расскажу. Ладно?

— Ладно, — кивнула девушка. — А далеко до дому?

Я посмотрел на Лену, которая посмотрела в окно и сказала:

— Да уже подъезжаем. Где-то через минуту будем на месте. Перед воротами Академии.

— Хорошо, — Я тоже посмотрел в окно. — Лен, я выйду и попытаюсь договорится с охраной, насчет того чтобы карету пропустили к нашему дому. Если не удастся, то будем придерживаться плана. Я иду первым, ты с Аней за мной.

Лена кивнула, а Аня снова переводила ничего не понимающие глаза, но вопросов не задавала.

Через минуты карета остановилась. Раздалось кряхтение — старый возчик слезал с козел. Я не стал его дожидаться. Сам открыл дверь и вышел навстречу.

— Отец, будь добр подожди здесь. Я попытаюсь договориться с охраной,чтобы нам проехать до парадного нашего дома. Сам видишь в каком состоянии больная.

— Дак что не понять то. Если угодно барину, то я сам могу договориться с охраной за небольшую плату.

А что? Так можно было⁈

— Отец, договорись! Я тебя не обижу!

— Адрес дома куда ехать скажешь? — деловито спросил возчик. — И фамилии бы назвать охране.

— Демидов и Троекурова. Студенты первого курса Академии. — Назвался я и сказал адрес дома.

— Полезайте барин в карету. Сейчас все сделаем в лучшем виде.

Я посмотрел на скучающих магов охраны, оглядел окрестности — нет ли погони, хмыкнул и залез в салон, оставив дверь открытой.

Возчик не торопливо дошел до поста охраны, поговорил и вернулся с одним из магов — суровым мужиком в боевых доспехах. Маг привстал на ступеньку кареты, оглядел нас троих приостановив взгляд на значке студента у Лены. Посмотрел на меня одетого в больничную пижаму и Лену, закутанную в одеяло. Потом кивнул, соскочил со ступеньки, закрыл дверь кареты и громко сказал:

— Проезжайте.

Возчик поклонился ему в пояс и полез обратно на козлы.

— Н-но! Пошли родимые! — Свистнул кнут, и карета медленно поехала в ворота.

Чудеса! Оказывается, можно и на территории Академии ездить в общественном транспорте. Но по-видимому в исключительных случаях, потому что я раньше не видел ни карет, ни двуколок на ее территории.

Мы проехали ворота. Лошади перешли в неторопливую рысь и где-то через пять минут мы были у дверей нашего особняка.

— Лен, у тебя есть золотой? — запоздало спросил я девушки. Она улыбнулась и залезла в кошель, висящий на поясе. Достала оттуда монету и передала ее мне.

Дверь в карету открылась, и я увидел неизменного Родиона, сидящего с мечом на лавочке у входа. Вот только меч он выронил, увидев вылезающего из кареты меня.

— Спасибо, отец! — поблагодарил я возчика и сунул ему в руки монету. — Быстро доехал. Родион, помоги Аню перенести!

Довольный возчик отправился на свое место, а Родион без лишних слов подскочив, принял Аню, закутанную в одеяло из рук Лены, тогда как я внимательно оглядывал дома вокруг, улицу и идущих по ней прохожих. Похоже ничего опасного, но тем не менее я спиной шел к дверям контролируя ситуацию.

Глава 5

Ну, где-то так я и думал, — пробормотал я, барабаня пальцами по столу в гостиной.

После нашего, скажем так, неожиданного возвращения радости конечно было много. Хоть и не скажешь, что суровые мужики из моей будущей гвардии могут проявлять столь острые эмоции как неподдельная радость. Ан нет… Родион даже отвернулся, стирая втихую слезу, после того как положил Аню в кровать ее спальни. Маркус был внешне спокоен хоть я и видел, что эмоции его переполняют. Остальные члены отряда искренне улыбались. Обнимали Аню и пожимали мне руку. Да я и сам был рад, что вернулся из больницы, хоть по моим ощущениям ушел отсюда только вчера. Рад был и тому, что Ане теперь не угрожает опасность хоть до ее физического восстановления был ой как далеко. Хотя, она же теперь маг-абсолют, а у нас все чуть иначе чем у обычных людей. С другой стороны, был еще и ее ребенок. Как беременность повлияет на ее восстановление мне пока было неизвестно. Подумав об этом я помрачнел. Как все не вовремя-то… Хотя такое событие как беременность редко бывает запланированным.

Когда радость чуть поутихла, я предложил собраться всем в столовой и обсудить вопросы, которых лично у меня скопилось очень и очень много. Возражений не последовало и оставив Аню отдыхать мы спустились на первый этаж. Родион пошел на свой пост сменив Еремея, который заменил его на время пока он относил Аню.

Лену, которая хотела уйти домой я попросил остаться. Во-первых, не стоило до выяснения всей обстановки ей куда-то ходить. Не нравилось мне происходящее и я хотел, чтобы близкие мне люди были рядом. Во-вторых, я ей доверял и считал, что она может участвовать в нашем совете.

Марфу, которая прослезилась, увидев меня, я попросил побыть с Аней на втором этаже — чем меньше посторонних ушей, тем лучше. Проверил заодно помещения первого этажа на предмет шпионских артефактов. Кто его знает, что могли припрятать за те два месяца, что я отсутствовал. Но все было чисто. Да и имплант молчал. То ли был согласен с моим выводом, то ли обиделся. Хотя, как железка в моей черепной коробке может обижаться?