– Кто-то превратил сокурсника в скунса? – смеясь, спросила девушка, чьего имени я не запомнила. Внешность была незаурядной, такая, каких сотнями встретишь на улице, они как блики: проскочила и забылась.
– Ах-ха-ха! – рассмеялся красавчик в ответ. – Нет, но почти. Были не очень приятные случаи, когда сюда сбегались толпы преподавателей и пытались исправить результаты горе-экспериментаторов.
– Расскажи! – снова рыжий, а за ним и другие подтянулись. – Расскажи, расскажи!
– А-а-а! Ну ладно, – Феликс Гартье задумался, вспоминая, о чём бы нам поведать. – В прошлом году одна адептка решила провести обряд по некромантии. Она готовилась к экзамену и решила, что потренироваться лишний раз… лишним не будет. В общем, она нарисовала пентаграммы, сделала необходимые эликсиры и в качестве жертвы выбрала мышь. Бедняжку она днём ранее поймала с помощью мышеловки, после чего умертвила. Так вот, обряд девушка провела замечательно, если не считать того, что, помимо этой мыши, восстали и другие, что когда-либо помирали в академии, и потом по общежитию бегало полчище грызунов разной степени разложения.
– Фу, какая мерзость, – фыркнула одна из девушек.
– Пришлось вызывать профессора некромантии, ибо у нерадивой адептки не хватило ума обратить ритуал вспять, – Феликс, несмотря на свою аристократически красивую внешность, не казался заносчивым, совсем наоборот, он выглядел внимательным и готов был отвечать на все глупые вопросы первокурсников. Может, именно за эти качества его характера он является старшим у водников? – Здесь я с вами прощаюсь, точнее, передаю в руки коменданта, мисс Минель распределит вас по комнатам и выдаст все необходимые вещи.
– Добрый день, адепты, – к нам подошла старушка лет шестидесяти пяти, полностью седая, с низкой кичкой и в светлом платье, поверх которого на плечи была накинута шаль. Точь-в-точь бабушка с лавочки у подъезда, неужели она обладает магией? Ведьма? Старая ведьма!
– Мисс Минель, оставляю первокурсников вам, за исключением адептки Ирэн Смольяновой, мне необходимо отвезти её в ректорат, – сообщил Феликс, а мне так и захотелось шикнуть на него, я Ирина, Ирина, а не Ирэн. Хотя стоит признать, мне понравилось, как это прозвучало.
– Да-да, Феликс, я понимаю, – старушенция окинула меня оценивающим взглядом.
Ну да, моя одежда кардинальным образом отличается от принятой здесь: знаете ли, я на море ехала, и не просила меня сюда перемещать. Интересно, с точки зрения закона, это можно считать похищением человека? А что, меня без моего на то согласия притащили сюда, а теперь ещё собираются и удерживать здесь. В ректорат? Это даже хорошо, вот там-то я и задам все свои вопросы, и только пусть попробуют не дать мне ответов. Я тогда… Я тогда их… Ух, я тогда… А что я тогда? М-да, да ничего.
Всю дорогу до ректората я старалась продумать стратегию поведения, понять, как мне следует себя вести, чтобы ненавязчиво получить ответы и при этом не навлечь на себя ещё большие неприятности. По мере того, как мои ноги ступали по лестнице на четвёртый этаж административного корпуса, я всё больше и больше осознавала, что нахожусь в другом мире. Сознание наконец проснулось и теперь начало выдавать мне панические картинки на тему того, что я совсем не знаю законов мира, в котором пребываю, и в любой момент могу ненароком их нарушить, и кто знает, чем мне такое нарушение может аукнуться. Сколько у меня здесь прав? И есть ли они вообще?
– О чём задумалась, Ирэн? – голос Феликса Гартье вывел меня из оцепенения. – Волнуешься? – сам спросил, сам ответил. – Не стоит, посещение ректората для иномирян – обычное дело, они зададут тебе несколько вопросов, заполнят анкеты, внесут в сметы. Ничего страшного, не бойся.
– Спасибо, после твоих слов мне стало значительно легче. – Фи-и, и где это я такого понабралась, сроду так не говорила. Вот что с людьми делает кардинальная смена обстановки. И нет, мне ни чуточки не стало спокойнее.
– Вот и замечательно, – он улыбнулся улыбкой, как говорят в народе, от уха до уха. – Мы пришли.
Подняв глаза, я увидела золотистую табличку «Ректорат» на белоснежной двери. А-а-а… я хотела спросить у Феликса подробнее, что мне предстоит говорить, но он уже спускался вниз по лестнице. Ну да, глупо было полагать, что такой красавчик хоть на мгновение задержится рядом дольше, чем того требовали его обязанности старосты. Ладно, глубоко вздохнула, выдохнула и постучала по двери.
Тишина.
Постучала ещё раз. Снова тишина.
О, все ушли, и я пойду.
– Заходите, – раздалось за дверью.
Легонько толкнув внутрь дверь, я очутилась в небольшой, но уютной приёмной. За столом сидела уже знакомая мне блондинка в платье с глубоким декольте. Видимо, секретарши, одевающиеся как проститутки, актуальны для всех миров.
Аккуратно прикрыв за собой дверь, я прошла мимо шкафа со стеклянными дверцами, сквозь которые отчётливо было видно множество бумаг. В приёмной находилось несколько кресел, сейчас они все пусты. Наверное, мне стоило сесть в одно из них, но я направилась прямо к секретарше.
– Вы сказали мне прийти, – напомнила я ей.
– Почему так долго? У меня, что другой работы нет, кроме как тебя ждать? – вместо адекватного «приветствия», набросилась она.
– Извините, меня только сейчас староста отпустил, – даже не знаю, чего это я стала объясняться и извиняться за то, в чём моей вины нет.
– Понаедут тут все кому не лень, а я потом разгребай. Мне что, больше всех надо? – женщина кинула на стол папку и достала оттуда несколько листов. – Заполняй.
– А-а-а…
– Чернильница на столе, – было сказано таким тоном, словно говорила она прописную истину полной дурочке. Хотя отчасти так оно и было, я понятия не имею, как пользоваться чернильницей и пером.
– Простите, а карандаша у вас не будет? – сейчас я, наверное, испортила о себе мнение окончательно. Впрочем, какое мне дело до того, что там обо мне думает эта расфуфыренная краля.
– Кошмар, вы там в своём иномирии совсем дикие, что ли? – она достала карандаш и положила на стол.
Это мы-то дикие? Да у нас уже больше века никто не пользуется чернильницей, давно все перешли на шариковые ручки. Как я только сдержалась, чтобы не высказать ей все это в лицо? Наверное, не хочу наживать врагов в первый же день. Вероятно, один у меня всё же уже есть: блондинистый такой, с косой.
Анкета касалась личных данных, такие, как дата рождения, семейное положение, адрес проживания. Сколько у меня родственников, и кто они. Мой рост и вес, чем болела в детстве, какие есть хронические заболевания.
«17 вопрос. «Первое проявление магии», – прочерк, она у меня никогда не проявлялась, и не факт, что вообще есть, может, эта ваша «жемчужина» сглючила.
«21 вопрос. «Как вы соотносите себя со своей стихией?» – Вы серьёзно? Как я могу соотносить себя с тем, что узнала всего несколько минут назад? Какой идиот составлял этот опросник? «Никак».
Заполнив всё с горем пополам, отдала бумаги блондинке обратно. Она быстро пробежалась по строчкам, периодически цокая языком, мои ответы определённо её не удовлетворяли. С другой стороны, я ей что, мужчина? Пусть довольствуется тем, что есть.
– Почему некоторые вопросы пропустила? – женщина ткнула изящным ноготком в пункты, на которые я не ответила.
– Я не знаю, что здесь написать, – пожала плечами. – Эти вопросы связаны с магией, а я о её существовании узнала всего пару часов назад.
– Дар только пробудился? – уточнила она.
– Не знаю, наверное, – снова пожала плечами.
– Ты, вообще, хоть что-нибудь знаешь? – блондинка размашисто писала в моей анкете, что именно, мне было не видно. – И на какой факультет тебя ставить?
– Факультет? Водный, – как мне показалось, умно ответила я, однако блондинка издала какой-то не совсем членораздельный стон.
– Вода – это твоя стихия, а факультет –это направление магии, которое ты будешь изучать, – она полистала мою анкету. – В своём мире ты училась на врача, у нас это называется лекарь, пойдёшь на целительство.
