Горе-наследница (СИ) - Невер Анна

— Так чего не встала?

— Родовитые аристократки, к сожалению, не сгибаются, — хохотнул другой.

— Это смотря перед кем.

Хохот общий. На него кидали косые взгляды. Только он не желал сейчас обсуждать «темные поцелуи».

«Пришли список всех девиц, что входили в крыло с Золотой купальней. Нужны имена всех, даже служанок. Собери быстрое досье. Рост, род», — написал своему личному помощнику прежде, чем усесться на водные диваны.

Через пять минут пошлые шутки закончились, и тема разговора перетекла в обычное русло — деньги, власть.

С трудом заставил себя успокоиться. Появление Боровского — дробного парнишки, однако с ершистым характером и умением влипать в смертельные авантюры едва заметил.

Под конец трапезы пришел ответ от помощника, который поставил его в еще больший тупик. В здание входили помимо аристократок, организовавших темные поцелуи, еще две женщины прислужницы, прикрепленные к роду ректора. Обе переносили вещи банящихся и развешивали их на дверцы шкафчиков, одной сорок один год, второй пятьдесят лет.

А теперь он лежал тут в одиночестве в комнате отдыха и понимал, что его ловко обвели вокруг пальца. Как? Неизвестно. Однако, гнев испарился, оставив место невольному восхищению. Эта девчонка сплошная загадка. В чем был ее расчёт? Добилась ли она своего? Одно знал наверняка. Он ее запомнил родовым чутьем. Скорее всего, затейница начала с ним некую игру, и очень даже возможно, что в ближайшие дни, а может, и сегодня вечером, снова выйдет на контакт. Если он снова ее встретит, то без ответов уже не отпустит. И конечно накажет — мучительно ласково. Ощутив, что плоть отзывается на воспоминания о поцелуе, ругнулся.

26. Дела

Герман Лыков удовлетворил потребности, отбросил от себя девицу. Он едва сдерживал раздражение. Никто не знал, чего ему стоило сегодня явиться на эту тренировку с кутежом в купальне с Рюриком и держать лицо. Проклятье! Надо признать, неприятности сыпались на род с начала академического года. Сперва немалая денежная утечка в «Смоляной кости», затем пропажа лучших генобов, которых он кинул на особняк Боровских под руководством Силована, нахальный иск за гарантийный случай дирижабля представителем того же бездарного недомерка Марка, как издевательство, утрата доверия завсегдатаев клуба, и теперь грабеж, учиненный в клубе Юлием Виссарионовичем Свердиловым, уполномоченным магом из сильного и опасного рода, стоящего на военной службе у правящего рода! Как показала силосъемка, «усач» вел себя вызывающе. Что это, как не прямой вызов?

Отец спешно стяжал силы, вызывая родовых силовиков из провинций. Они не будут ждать и нагрянут к Свердиловым сами с вопросом. Если они хотят войны, то Лыковы будут готовы!

***

Мурка принимала в кабинете посетителя, которого дедуля Лопаткин нашел на роль управленца.

— Борис Афонасьевич Кусмякин. К вашим услугам, ваше сиятельство, — моложавый шатен пятидесяти лет с небольшим пузиком и в деловом костюме снял шляпу и учтиво поклонился.

— Мой поверенный сказал, что вы не против работать у меня.

Присев на край письменного стола, она с интересом отметила, что мужчина был слишком серьезен и даже ни разу не улыбнулся при встрече, как подобает этикету. Мелькнула мысль, что слишком чопорный. «Можем и не сработаться».

— Да, граф. К сожалению, рекомендательных бумаг предоставить не могу, поскольку… — тут он слегка запнулся, прежде чем продолжить. — Они сгорели при пожаре. Но я двадцать лет служил почитаемому роду Ладонниковых управляющим, тотем белуга. Как и мой отец до меня, и дед, — прозвучало с достоинством. — Это доказать можно, если опросить свидетелей…

— Погодите, секунду, — Мурка свела брови к переносице. — Уж не тот ли это род, что был поглощен при объявлении войны Прытчиными?

— Верно, — только и ответил Кусмякин, поджав подбородок.

Стал понятен серьезный вид. Возможно он даже кого-то потерял из близких или друзей при ликвидации рода. Однако спрашивать о том не стала.

— Тогда у вас огромный опыт, и я заинтересован в таком служащем.

Она привстала и подошла ближе:

— Но, давайте откровенно. Почему пришли именно ко мне? Уверен, вы в курсе, что я единственный Боровский. И есть такие личности, кто не желают мне дожить до старости.

— Понимаю. Должно быть, это выглядит подозрительно, но поверьте, от меня вам не будет худа. Причина такова, что я не хочу служить Прытчиным. Пусть бы они все провалились во тьму! — Борис смял в крупных ладонях шляпу и тут же спохватился, повинился с хмурым видом. — Простите, сиятельство, не сдержался…

— Так и не служите, в чем проблема?

— Вы разве не понимаете? Отказывать такому роду чревато. Я собирался с семьей уехать из столицы сегодня же, чтобы не дожидаться приглашения этих.

Тут надо читать между строк: «собирался бежать», но передумал.

— Как вы узнали, что нам требуется управляющий?

Да, она рисковала, удерживая его в подвешенном состоянии. Ценный кадр в любой момент мог психануть и уйти, однако лучше перебдеть, чем недобдеть.

— Служебные слухи. Жена узнала от знакомых. У них племянник работает у вас охранником.

Как удачно.

— Хотите сказать, что собираетесь прикрываться договором с моим родом?

— Да.

Честный ответ. Да, Марка Боровского тоже могут в любой момент упрятать в склеп к дедушке Пете, но бегать сейчас по более родовитым домам без бумаг, предлагая свои услуги, тоже тот еще квэст. Хм. Выходит, ей сказочно повезло, хотя и способствовал тому трагический случай? Хотелось бы думать именно так. Ключевой проверкой станет принятие клятвы.

— Почему вы считаете, что Прытчины заинтересованы в ваших услугах?

— Я единственный, кто полностью мог бы восстановить полуразрушенный после магической битвы «стеклянный» завод и наладить все процессы с новым штатом работников.

Вот как. «Да судьба мне уже улыбается! Улыбнемся же ей в ответ!».

— С удовольствием заключу с вами сделку, Борис. Вы же позволите мне вас так называть? И прикреплю к роду вас и тех, кто захочет пойти за вами служить мне. Денежное жалование, что вам предложил мой поверенный, возможно, пока не из самых высоких, но если дела пойдут на лад, будет расти в соответствии с доходом. И один нюанс: родовая клятва.

— Я, моя жена и моя родня в количестве восемнадцати человек готовы принести вам клятвы незамедлительно, Марк Павлович, — кажется он облегченно выдохнул, и поклонился ниже, чем того требовалось.

— Отлично! — кивнул довольный Боровский новичку и щелкнул пальцами. — Дедуля, оформляй! Сегодня мы покупаем силоперную мастерскую. Нужно будет обустроить ее в точности так, как я вам скажу. И сегодня же я выезжаю в родовое поместье.

В полдень она, Аркадий Лопаткин и Борис Кусмякин встретились с хозяйкой мастерской Агнессой Карловной и ее поверенным и заключили в имперской нотариальной конторе сделку. Бумага с серебряными магическими нитями перешла в нетерпеливые ручки Марка Боровского, а приличная стопка денег уместилась в сумочку баронессы. Надо сказать, это рослая жилистая дамочка родом из «Неметчины» уже горела поскорее смыться из империи Росс к своему жениху. Ну так, ветерок ей в подол.

Получасом позже на Бачманной улице в старой силоперной мастерской началось движение. Новый хозяин граф Боровский бодро обходил владения и воодушевленно давал управляющему указания по переделке.

— Бери строительную артель, Борис. Тут, тут и тут ломаем стену. Мне нужно пространство и яркий свет. Эта цепочка потолочных светильников разве что дорогу в мир иной способна осветить. Окна и двери проверь: если труха, меняй все. Отхожее сделай на несколько персон с перегородками, и чтобы прилично и прочно. То, что есть, никуда не годится. Проверь воду и отопление. Чтобы в зиму не было сбоев. Пара комнат будет лично моя. Оформляй тут все по-барски. Диваны, стол для переговоров и мой письменный. Водить клиентов сюда будем.

— Понял, Марк Павлович, — ответил управляющий, степенно делая заметки в своей записной. — А сейф-схоронку ставить желаете?