Любимая заноза ректора. Огненный турнир (СИ) - Блейкстар Ирэн

Слова еще звучали в пространстве комнате, а я во все глаза смотрела на украшение, холодея от ужаса, и отказывалась верить в его функцию. Просто этого не могло быть. Ну не бывает так. Не бывает!

— Это брачное ожерелье, Кирьяна, — тихо сообщил Селестин, добивая меня окончательно. — Так что по сути мы с тобой женаты. По древнему закону драконов, Кирьяна, ты моя жена. Законная. И я этому несказанно обрадовался, когда это прочел. Но… знаешь, что больше всего меня поразило?

— И что же это? — уточнила я настороженно.

— Твоё иномирное происхождение, Кирьяна, — глаза Селестина опасливо полыхнули. — И то, что ты мне не призналась в этом сразу.

Моё сердце пропустило удар, а потом зашлось в бешеном ритме. От испуга я вжалась в спинку кровати, с ужасом смотря в глаза закипающему от злости Селестину.

— Я сам дурак. Не сразу сопоставил все факты. Да, у меня было предсказание, — но кто им верит? Потому мне было так сложно поверить, что ты из другого мира. Когда я все же предположил невероятное, то все встало на свои логические места, — произнес Селестин, рассматривая меня словно некую диковинку. — Так поясни, Кирьяна, почему ты не доверилась мне? После того, что между нами было, после того, как ты мне спасла жизнь… Я настолько ужасен? Я не заслуживаю твоего доверия? Ты молчала о том, что из другого мира, не рассказала мне, но явно доверилась другому. Почему? Я настолько тебе безразличен? Или тебе нравится этот другой?

Селестин хлестал вопросами, а мне казалось, что мой мир рушится, складывается словно карточный домик, погребая меня под обломками. В груди пекло, а внутри словно проворачивалась центрифуга, перемалывая внутренности. Мне было больно, обидно и очень страшно.

— Кирьяна, я все еще жду ответ, — донеслось до меня недовольное.

— И что ты хочешь услышать? — спросила, не узнавая собственный глухой голос.

— Правду, Кира. Я хочу услышать от своей любимой женщины правду.

— А ты к ней готов? Готов услышать то, что тебе может не понравиться?

— Какая бы она ни была, но правда лучше, чем ложь, Кирьяна, — мягко сообщил Селестин.

Он сел на краешек кровати с другой стороны и выжидательно на меня уставился. Вздохнув, я спросила:

— Что ты хочешь узнать?

— Все. Я хочу знать все, Кирьяна. Откуда ты. Как появилась тут. Как твое настоящее имя. Я хочу знать о тебе все.

— А о том мире, откуда я пришла, не хочешь узнать? Про те знания, умения, технологии, возможности моего мира. Это не важно для тебя?

— Ну отчего же, — усмехнулся лорд, а у меня неприятно заныло в душе. — Не скрою, это тоже очень интересно, Кирьяна. Но это вторично. Меня интересуешь ты и твоя прежняя жизнь. Что же до твоего мира… Мы потом про него поговорим. После… А сейчас я желаю знать все про мою любимую женщину и её прошлое.

Я почувствовала, как центрифуга внутри меня останавливается, а в груди утихает пожар.

«Желаю знать все про мою любимую женщину и её прошлое», — мысленно повторила про себя последние слова Селестина, ощущая, как губы сами собой расползаются в улыбку.

Теперь рассказ о себе, как и признание уже так не пугали. Собравшись с духом, я набрала побольше воздуха и принялась рассказывать, погружаясь в воспоминания с головой.

Глава 76

Кира

— Мое настоящее имя — Кира. Фамилия — Соболева, — начала я свой рассказ, чувствуя дежавю. — Мой мир, наверное, в параллельной реальности. Не знаю… Но название моей планеты Земля. У нас нет магии, зато у нас технологии и немагическая техника. Именно поэтому я не боюсь ваших магмобилей. Наши автомобили не сильно отличаются от ваших, — на душе стало тепло, от нахлынувших воспоминаний.

— Кирьяна, — позвал меня Селестин. — Не нужно говорить про свой мир. Расскажи про себя. Мне интересно, как ты жила.

— Ну хорошо… — задумалась я, кусая губы и раздумывая с чего начать. — В своем мире я родилась двадцать шесть лет назад в семье инженеров. Название города тебе ничего не скажет, потому я его опущу. В детстве родители меня очень любили и баловали…

Отчего-то я начала рассказ с самого раннего детства. С того момента, как малышкой была счастлива в любящей семье. Рассказала, как меня баловал отец, и, как мне казалось, что мир наполнен сказкой, пока в стране не наступил дефолт.

— Мне тогда было девять лет, когда мою страну накрыл самый страшный экономический кризис. Отец потерял работу. Зарплаты мамы ни на что не хватало, и в семье начались скандалы…

Я говорила, а сама была не здесь, в спальне с Селестином, а там, в далеком прошлом. Я была маленькой девочкой и находилась в нашей двушке, сидела, спрятавшись в шкафу, и слушала, как опять ругались родители. Мне очень это надоело, и я хотела, чтобы они прекратили ругаться. Вот только этот скандал отличался от прошлых. Отец заявил матери, что устал от семьи и быта, устал от обузы в виде жены и дочери. Он сказал, что ещё желает свободы. А потом заявил, что полюбил другую женщину и уходит к ней.

— А как же Кира? — рыдала мама, заламывая руки. — Юра, наша дочь так тебя любит. Ты и её бросишь?

— Я не хотел детей, Лена, и не хотел жениться. Но ты залетела, и мне пришлось… А теперь я встретил ту, ради которой готов пойти на край земли. И там, на краю земли, мне не нужна Кира. И ты не нужна.

Слова эхом звенели в моем воспоминании. Я моргнула, украдкой смахивая набежавшие слезы, и продолжила говорить, ощущая как першит в горле.

— В тот день мой розовый мир разбился на миллиард осколков, больно раня. Но самое страшное было впереди.

— Выпей горячего чая.

Селестин протянул мне чашку с душистым напитком, а я с благодарностью её приняла, грея холодные руки о горячий фарфор.

Забота Селестина мне была приятна. Сделав глоток чая, я продолжила рассказ о мрачном периоде своей жизни.

Мне не хотелось вспоминать, а тем более рассказывать о том, как мама не справилась с уходом отца и как начала пить, возненавидев меня. Еще меньше мне хотелось говорить про то, как меня начали третировать в новой школе, куда я пошла учиться после того, как мама продала хорошую квартиру в центре города и переехала в однушку на окраине рабочего района. Чтобы защищаться от нападок, я пошла в группу по самообороне и ни разу не пожалела об этом.

Работать я пошла в пятнадцать: разносила газеты, чтобы было за что купить еду и одежду, не говоря уже о школьных принадлежностях. Мать к этому времени совсем опустилась и почти не выплывала из пьяного угара. А я так жить не хотела, потому усиленно училась. Когда закончила школу, поехала в Москву и поступила на бюджетное место в престижный ВУЗ по специальности маркетолог. Там же и познакомилась со своим будущим мужем — Сергеем Соболевым.

— Ты была замужем? — нахмурился Селестин.

— Ну да… А что тут такого? — пожала я плечами.

— Ты его любила? — он посмотрел на меня мрачно, испытующе.

— Наверное… Не знаю, — спустя вечность грустно ответила я. — Сергей предал меня, так же как когда-то отец. Так что от чувств ничего не осталось.

— Если не хочешь об этом говорить, то не говори.

— Да тут нечего скрывать. Он изменил мне в день нашей годовщины свадьбы с моей лучшей подругой на нашей же кровати. Я их застукала, когда вернулась домой раньше обычного. Собственно так я и оказалась тут у вас.

— Не понял, — нахмурился Селестин. — Как это связано?

— Я убегала от Сергея, не желая слушать его нелепые оправдания, выскочила на проезжую часть, и меня сбила машина. Очнулась уже в вашем мире в этом теле. Ну а дальше ты все знаешь, — проговорила и замолчала, ожидая реакции Селестина. Но он молчал.

Подняла глаза на Селестини и внимательно на него посмотрела.

— Что теперь со мной будет?

— Ты как и прежде продолжишь учиться в академии и будешь готовиться к турниру, Кирьяна. Тут у тебя ничего не изменится.

— Но… я же попаданка, — тихо напомнила Селестину. — Такие как я для вас ценный приз, и вы за нами охотитесь. Из-за нас вы даже континентальную войну начали.