Мастер кристаллов (СИ) - Ан Игорь

Комната была такой же, как всегда: кривые стены, грубый стол, лавки, кровать Геба. Но что-то изменилось. Раньше это было просто место, где я ночевал. А теперь… теперь это был дом. Мой дом. Который я покидал, пусть и ненадолго.

Я кивнул дому, мысленно произнёс:

«Дождись, не пускай посторонних, храни себя»

Этакая магия слов. Охранное заклинание. Казалось бы, бред, но мне захотелось так сказать.

Я улыбнулся и вышел, задвинув засов.

Юджа ждала на улице.

Мы двинулись через двор к калитке. Ночь уже вступила в свои права, звёзды ярко горели на небе, и где-то далеко, над самыми макушками далёких деревьев, мерцала та самая точка — орбитальная станция. Мой бывший дом. Моя прошлая жизнь.

Я толкнул калитку, шагнул на улицу.

И в этот момент из-за угла вынырнула фигура.

Я дёрнулся, рука метнулась к ножу. Юджа за моей спиной тоже напряглась, готовая к броску.

Но это был просто запоздалый прохожий. Старик, которого я мельком видел в деревне, тащил охапку хвороста. Он глянул на нас мутным взглядом, хмыкнул и поплёлся дальше, что-то бормоча себе под нос.

— Чёрт, — выдохнул я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Напугал до смерти.

Юджа усмехнулась, но в голосе не было веселья.

— Расслабляться рано. Пошли.

Выйдя на утоптанную до состояния камня деревенскую улицу, я поискал взглядом дом, куда унесли Геба. Отсюда его было видно, но у самого поворота. В окне дома горела свеча. Маленький жёлтый огонёк в темноте.

Я смотрел на него и думал: успею ли? Хватит ли у меня времени? Геб, держись. Я вернусь. Я обязательно вернусь. Только не умирай.

— Ган, — позвала Юджа. — Идём.

Я отвернулся и зашагал за ней в темноту.

Сквозь деревню мы прошли незамеченными. Я опасался, что Барак мог уже переговорить со старостой и решить найти меня, продолжить разговор. Но либо его ещё не отпустили, либо он решил, что с него хватит неприятностей. А может, подумал, что разберётся со мной завтра. Староста тоже не искал моей компании. Понятно, что сам не пошёл бы меня искать, но мог кого-то отправить. Не хотелось бы сейчас столкнуться с этим человеком. Придумывать отмазку, куда и зачем я собрался не хотелось.

В итоге деревня осталась за спиной. А впереди был Лес. И неизвестность.

Я не знал, что ждёт нас там. Не знал, вернусь ли я вообще. Но знал одно: я сделал правильный выбор.

Потому что иногда единственный способ остаться человеком — это идти в самое пекло ради тех, кто тебе дорог.

Даже если это пекло может тебя убить.

Глава 28

Лес встретил нас тишиной и мрачной настороженностью. Всегда до этого Лес разговаривал — голосами птиц, шелестом листьев, скрипом ветвей высоко над головой, а сейчас он молчал, словно не ждал нас, не хотел видеть. Ощущение, что мы незваные гости, с каждым шагом лишь усиливалось.

Мы углубились в Лес всего на несколько сотен шагов, а мир вокруг уже изменился до неузнаваемости. Деревья здесь росли не так густо, как вблизи деревни, но казались выше, мощнее, древнее. Их стволы уходили в темноту, теряясь где-то высоко над головой, а корни — узловатые, переплетённые — выползали на тропу, заставляя то и дело спотыкаться, будто бы сами лезли под ноги, мешая идти.

— Знаешь направление? — спросил я.

Юджа кивнула, но тут же пожала плечами.

— Примерно. Я изучала вопрос, как только попала в деревню, но до границы Круга не доходила.

Я шёл осторожно, но без дрожи. Каждый шорох я отмечал, каждую тень между стволами фиксировал, но не позволял страху взять верх. Я помнил рассказы космодесов, помнил Грогула, помнил детёныша геккона. Здесь было опасно. Но паника — худший враг. В этом мире паника убивает быстрее любого монстра. Настороженность — да, страх — нет!

Юджа сначала шла впереди. Легко, почти танцующе, словно всю жизнь только и делала, что бродила по ночным лесам. Её шаги были бесшумны, дыхание ровно, спина прямая. Она не оглядывалась, не вслушивалась в шорохи — просто шла, уверенная и спокойная.

Слишком уверенная.

— Ты как на прогулке, — заметил я, когда мы прошли первые полчаса. — Только вот лес — не место для прогулок.

Она остановилась, обернулась. В темноте её глаза блестели, как у кошки.

— Ган, я прошла подготовку. Я знаю, как вести себя в любой среде. Лес как лес. Джунгли, тайга, пустыня — везде свои правила, но везде можно выжить, если знаешь как.

— Ты не в том теле, Юджа, — напомнил я. — И ты не на базе. Здесь нет твоих сенсоров, нет оружия, нет связи. Есть только ты и лес. А лес, поверь, умеет преподносить сюрпризы. Я уже сталкивался.

Она усмехнулась, но в усмешке не было прежней самоуверенности.

— Ладно, командир. Буду осторожней.

Мы пошли дальше. Я ловил себя на мысли, что наши роли поменялись. В деревне она была тем, кто учил меня выживать, учил драться, учил контролировать тело. А здесь, в Лесу, я чувствовал себя увереннее. Может, потому, что уже сталкивался с его магией. А может, просто знал: здесь нельзя полагаться только на силу и подготовку. Здесь нужно чувствовать.

К тому же я уже свыкся с Лесом. Не то, чтобы был здесь, как в родной стихии, но привык, это точно.

— Слушай, — сказал я через некоторое время. — Ты же сама говорила, что в лесу есть монстры. Что они опасны. А теперь ведёшь себя так, будто это просто прогулка по парку.

Мне было странно наблюдать поведение Юджи. Беспечное… так могла бы вести себя взбалмошная девчонка, но никак не профессионал-космодес. Что с ней не так?

Юджа замедлила шаг. Помолчала. Я видел, как её спина напряглась.

— Я… тогда я просто хотела тебя отговорить, — призналась она тихо. — Думала, если напугаю, ты останешься. А теперь мы уже здесь, и… я не вижу смысла таиться, — Юджа вдруг хитро усмехнулась. — К тому же кто видел здесь хоть одного монстра?

Я остановился. Она тоже.

— Юджа, — сказал я спокойно. — Я знаю, что ты хотела как лучше. Я не обижаюсь. Но сейчас мы здесь, и нам нужно быть командой. Ты мне нужна не как та, кого я должен успокаивать, а как та, кто прикроет мне спину. Ты справишься?

Она посмотрела на меня. В темноте её глаза влажно блестели.

— Справлюсь, — ответила она твёрдо. — Обещаю.

— Тогда пошли. И будь начеку. И да, я видел монстра.

— Кого?

— Геккона. Ну, ящерица такая. Большая, размером с комодского варана, только с коротким хвостом и глупой мордой. Она на меня чуть не напала, а потом запищала, как маленькая.

— А поподробней, — попросила она. — Расскажи всё. Как это было?

Я пожал плечами и рассказал. Про то, как шёл по лесу, собирая кристаллы, как увидел отросток, похожий на змею, а потом понял, что это хвост. Про то, как тварь развернулась ко мне пастью, а потом жалобно пискнула. Про то, как рядом затрещали ветки, и я убежал, решив, что приближается мать детёныша.

Юджа слушала не перебивая. Когда я закончил, она долго молчала.

— А ты не думал, — сказала она наконец, — что это могло быть отражением тебя самого?

— В смысле?

— Ну, смотри. Ты пришёл в этот мир — слабый, беспомощный, ничего не понимающий. Ты как детёныш, которого выкинули в лес и сказали: «Выживай». И лес показал тебе твой собственный образ. Глупого, маленького, беззащитного геккончика, который даже напасть толком не может — только пищать.

Я замер. Эта мысль никогда не приходила мне в голову.

— А мать? — спросил я. — Которая ломилась сквозь чащу?

— А мать — это твой страх, — усмехнулась Юджа. — Страх, что за тобой кто-то придёт. Что тебя найдут и накажут. Или съедят. Не знаю, что ты там себе напридумывал.

— Знаешь, будто с психотерапевтом поговорил. Спасибо огромное! Теперь будут спать спокойно.

Честно говоря, меня рассмешило её заявление. Нет, я не спорю, что в Лесу возможно всё, но как-то забавно выходило. Я усмехнулся, и Юджа тоже улыбнулась да так хитро, будто знала что-то, что не ведомо мне.

— Говори, — потребовал я остановившись. — Я не сдвинусь с места, пока не расскажешь.