Копье и кость - Машевская Анастасия

– Забирайте сотню Серта и уходите отсюда.

Чего? Мужчины подумали, что ослышались, но переспрашивать не стали. В этом нервном походе слух у всех них давно стал чутче обычного. Бансабира повторила сама:

– Забирайте сотню Серта и уходите.

Повисло молчание. До тех пор, пока смысл сказанного не достиг командиров.

– Нет, тану, – наотрез отказался Гистасп.

– С какой стати?! – Гобрий подпрыгнул на месте.

– Все это сделано для меня. Им нужна я.

– И что?! – вздрагивая от ярости, спросил Гобрий.

– Хороших полководцев трудно найти, моему отцу они пригодятся. Уходите, – приказала танша.

– Нет, – еще категоричнее заявил Гистасп, и Гобрий на этот раз с ним вместе.

– Вы что, не понимаете, что нас ждет в этой крепости?! – вскинулась Бану, багровея.

– ЭТО ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ! – закричал Гобрий. Бану перевела глаза на Гистаспа, ища поддержки, но тот почти не отличался от Гобрия. Впервые она видела его в состоянии, когда Гистасп почти не мог себя контролировать.

– О сиреневых я судить не возьмусь – впрочем, после того что мы тут вместе прошли, в них я тоже уверен, – но ни один северянин, тану, не бросит своего полководца в лапах врага! – Гистасп тоже повысил голос. – Ни один не сбежит, поджав хвост, как трус или предатель! Да большего позора представить нельзя!

– А бросить тана без верных союзников, значит, можно?!

– Вы такой же тан и защитник, как Сабир Свирепый! – напомнил Гобрий.

– Тогда подчиняйтесь мне! Уходите! Это приказ, – припечатала танша в конце, цедя сквозь зубы и заметно понижая голос.

Гистасп выпрямился, прогнав все эмоции с лица.

– Нет, – еще непреклоннее ответил он.

Когда наутро все воинство, кроме четвертого подразделения, стояло в готовности, Бану, хмурая, бледная, молчаливая, коротко кивнула и вскочила в седло. Впереди простиралась горная тропа, с которой лошади было справиться вполне по силам. Что до командующих, пусть идут, решила танша. Пора уже уважать их решения.

Подойдя вплотную, Бану разбила лагерь. На замок отправила сотню Серта. Самые высокие и сильные среди стрелков, приготовив страшные дальнобойные луки и тяжелые арбалеты, рассредоточились кольцом вокруг для прикрытия. Остальные воины, тоже вооруженные луками, прочесывали каждую бойницу, щель, выступ. Бану сама подстрелила взметнувшегося ворона. Почти сразу, ведомый инстинктом, поодаль встрепенулся стервятник – и тут же упал, тоже пронзенный стрелой.

– Быть не может, – пробормотала Бансабира, входя внутрь.

– Что вы сказали? – переспросил Дан.

– Госпожа, похоже, – подоспел Ниим, – крепость покинута.

Бану была согласна. И будто в подтверждение слов телохранителя, когда войско уже захлестнуло петлями длинных арканов зубцы стен, сотник Серт толкнул внутренние ворота. Они отворились медленно, с жутким скрипом. Свистом Серт подозвал сотню и с копьями наперевес ворвался в замок. Он был пуст.

Заперев ворота, армия дотошно обшарила всю крепость снизу доверху. Ни крошки еды, река засыпана, колодец забит падалью. Бану скрипнула зубами – надо ждать хозяев.

Расставив стражу, танша велела остальным расположиться на отдых.

Армия Нера Каамала оказалась в двусмысленном положении: с одной стороны, Нер приходился Раггарам союзником, и они не могли на него напасть, не нарушив договора, с другой – он был мужем Бану Кошмарной, и уже за это был вполне достоин помереть.

Поразмыслив, командиры золотых решили оставить Каамала в покое, но при этом часть воинства золотых теперь держалась неподалеку от него – убивать его не станут, но и с места сдвинуться не дадут.

Крепость обложили мигом. Расставленные по периметру лучники дали залп, вынудив алых и золотых отойти на почтительное расстояние.

Бансабира поднялась на вершину башни, подставляясь нещадному ветру. Несколько офицеров присоединились к госпоже. Подоспел Серт.

– Танша, скверные вести.

– Говори.

– Мы проверили все тайные ходы и тоннели на юге и востоке – все завалено.

Вокруг раздался обеспокоенный вздох.

– Разбирать пробовали? – ледяным тоном осведомилась танша.

– Да, грозит обвалом.

– Что на севере и западе?

– Сейчас этим заняты.

– Хорошо, продолжайте.

Серт кивнул. Бансабира следом отрядила еще полтора подразделения сотнику в помощь, вновь уставившись на станы врага вокруг крепости.

– Что прикажете нам, госпожа? – спросил Бугут.

Бану ясно увидела их неминуемую участь.

– Ждать.

Бану была уверена: стоит подождать неделю или, самое большое, две – и враги явятся на переговоры. Это было более чем разумно. «Золотогривый» тан Серебряного дома, богатей Яфур Каамал наверняка отдал бы за сына и невестку, мать его единственного внука, огромные деньги. В противном случае Сабир плевал бы на все, развернул армию и разнес Каамалов до основания каждой крепостной стены. Ежедневно Бансабира, потренировавшись, поднималась на самую высокую башню замка и смотрела вдаль. Если выпустить стрелу с горящей паклей, наверняка где-то там в небо взметнется еще несколько сотен таких стрел. Но, увы, наличие у Бансабиры столь незначительного подкрепления не напугает Ранди Шаута, а скорее посмешит и позволит обнаружить местонахождение Нера. В отличие от Раггаров, у Шаутов нет соглашения с Серебряным домом. В случае столкновения с Каамалом Ранди нет смысла щадить Нера.

Вопреки надеждам, ожидание ничего не принесло. Прошла неделя, началась другая. Враги не торопились. Видимо, хотели довести до того отчаяния, в котором проигравшая сторона идет на любые уступки.

Бану опять стояла на вершине башни. В этот раз рядом были только Дан, Гистасп, Ниим и Вал. Уставшие, с ободранными руками, телохранители все еще защищали таншу, хотя теперь было неясно – от кого. Впрочем, если дело повернется худо, может возникнуть угроза бунта. Надо быть начеку.

– Тану, – к ним подоспел Шухран, – к западной стене подошли подкрепления для Раггаров.

Бансабира внутренне вздрогнула – что значит, к западной стене?! Они прошли мимо Нера, не тронув его? Или Каамал уже мертв вместе с добрыми семью сотнями ее солдат?!

Тану кивнула, попросила позвать Серта. Правда, тот почти сразу явился сам.

– Новости?

– Есть, госпожа. Мы заперты со всех сторон.

Бану непроизвольно сглотнула.

– И этих завалов тоже не разобрать.

В глазах поплыло. Бансабира удержалась на ногах не без труда, как и остальные.

– Отошли половину людей под надежным командованием к северу крепости. Пусть проверят, можно ли раскопать русло реки. Если нет, пусть попытаются вырыть новый колодец. А сам проверь все еще раз, и если все впрямь настолько скверно, начинайте рыть тоннель.

– Слушаюсь, – без тени надежды протянул Серт.

Реакция остальных собравшихся на вершине была отчаянно молчаливой – Гистасп затрясся всем телом. Ниим упал на колени, закрыв лицо руками, Вал сжал в ладонях голову. Даже Бану, уверенности ради, уперлась ладонями в парапет. Дан выразил общее настроение наиболее развернуто, протяжно взвыв:

– Тану!!!

– Помолчи, Дан, – попросила танша. У нее и так в висках стучало со страшной силой.

Дан будто и не слышал:

– Тану, это конец, да?

– Не знаю. – Паника Дана Смелого начала приводить таншу в чувство. Кто-то должен сохранять голову.

– Но вы ведь понимаете, что происходит? – В голосе вице-командира звучала такая надежда, что было очевидно – он предпочел бы, чтобы ему соврали. Даже если ему заранее скажут, что соврут. – Вы понимаете, что происходит, да? – повторил Дан настойчивее.

– Нет, – невозмутимо ответила Бансабира. – Но это не повод орать. Мне кажется, ты уже достаточно отдохнул, займись делом.

– Тану, я…

– Помоги Серту, я сказала.

Дан кивнул и скрылся из виду. Бану коротко оглядела остальных. Кажется, сработало, вроде успокоились. Гистасп вон даже опять ухмыляется.