Мой прекрасный монстр (СИ) - Грант Натали

— Похоже, мы в какой-то пещерной системе, — заметил Райт, подходя к ближайшему туннелю и заглядывая в него. — Но я не знаю, в какую сторону нам идти.

— Может, это и есть пещеры между мирами? — предположила я, вспоминая слова Старейшины. — Может, мы случайно нашли то, что искали?

Райт задумчиво посмотрел на меня.

— Возможно, — согласился он. — Это объяснило бы странную силу, которая тянула тебя.

Мы еще раз осмотрелись и решили идти по самому широкому туннелю, который вел куда-то вглубь горы. Райт шел впереди, высоко держа факел, а я следовала за ним, стараясь не отставать, опасаясь темноты, которая окружала нас со всех сторон.

Я вздрагивала от каждого шороха, каждого звука, эхом разносившегося по пещере. Холодные пальцы страха сжимали моё сердце, заставляя его биться чаще. Разум рисовал ужасные картины того, что могло скрываться во мраке за пределами света нашего факела. Мне казалось, что из темноты на нас смотрят невидимые глаза, наблюдают, выжидают.

— Райт, — прошептала я. — Ты уверен, что мы идём в нужном направлении?

Он остановился и повернулся ко мне, поднимая факел выше. В его глазах отражалось пламя, делая их ещё более глубокими и гипнотическими.

— Нет, — честно ответил он, его губы едва заметно дрогнули в подобии улыбки. — Но что-то зовёт нас вперёд. Ты не чувствуешь?

Я прислушалась к своим ощущениям, пытаясь отделить реальность от воображаемых страхов. Да, было что-то — едва уловимое притяжение, словно невидимая нить, тянущая вперёд, вглубь горы. Похожее на то чувство, которое испытывает метка, когда мы с Райтом приближаемся друг к другу, но иное, более древнее, почти первобытное.

— Чувствую, — кивнула я, пряди моих волос прилипли ко лбу от влажности пещерного воздуха. — Но это пугает меня. Что если это ловушка?

Райт мягко коснулся моей щеки, его пальцы были тёплыми на моей прохладной коже. От этого прикосновения по телу пробежала дрожь, не имеющая ничего общего со страхом.

— Я рядом, — просто сказал он, и в этих двух словах было столько силы и уверенности, что я невольно выпрямилась. — Что бы ни случилось.

Мы продолжили путь, туннель то сужался, заставляя нас пригибаться, каменный потолок задевал макушку Райта, осыпая его волосы мелкой каменной крошкой, то расширялся, образуя небольшие пещеры, где можно было перевести дух.

В одном из расширений путь раздваивался — два одинаково тёмных прохода уходили в разные стороны, как раскрытые объятия какого-то древнего существа, готового поглотить нас.

— Какой выбрать? — я с сомнением переводила взгляд с одного на другой, мой голос эхом отражался от стен, создавая иллюзию, будто кто-то ещё повторяет мои слова.

Райт поднёс факел к каждому входу, пытаясь разглядеть что-то в темноте. Пламя трепетало, словно живое существо, бросая танцующие тени на его сосредоточенное лицо. Он принюхался, затем прислушался, словно дикий зверь, оценивающий опасность.

— Правый, — наконец решил он, его голос был низким, с лёгкой хрипотцой. — Оттуда тянет свежим воздухом. И… чем-то ещё.

Мы свернули в правый проход, факел освещал дорогу на несколько шагов вперёд, оставляя всё остальное во мраке. Капли воды с тихим плеском падали в небольшие лужицы под нашими ногами, ботинки хлюпали по влажной земле. Но не успели мы сделать и десяти шагов, как пол под нашими ногами внезапно задрожал. Мелкие камешки запрыгали по земле, создавая тревожную дробь.

Секунда — и каменная плита, на которой мы стояли, начала опускаться с леденящим душу скрежетом.

— Осторожно! — крикнул Райт, хватая меня за руку и рывком оттаскивая назад с такой силой, что я чуть не вскрикнула от боли.

Мы едва успели отскочить, как плита с грохотом рухнула вниз, открывая глубокую яму с острыми кольями на дне.

— Боги, — выдохнула я, чувствуя, как дрожат колени.

Райт напряжённо смотрел на ловушку.

— Кто-то создал эти ловушки намеренно. И очень, очень давно.

— Но как теперь перебраться? — спросила я, глядя на зияющую пропасть перед нами.

Райт осмотрелся и указал на узкий карниз, опоясывающий яму по краю. Настолько узкий, что на нём едва могла поместиться ступня.

— Нам придётся обойти, — сказал он, проверяя прочность карниза кончиком ботинка. Несколько мелких камней откололись и с глухим стуком упали вниз, ударившись о колья. — Иди за мной, прижимайся к стене и ставь ноги туда же, куда я. Не смотри вниз.

Разумеется, первое, что я сделала, ступив на узкий карниз, — посмотрела вниз, на острые колья, ждущие любого неверного движения. Головокружение накрыло меня, заставляя вцепиться в трещины в каменной стене с такой силой, что ногти заболели.

Балансируя на узком выступе, прижимаясь спиной к холодной каменной стене, мы медленно двигались вокруг ловушки. Каждый шаг был испытанием — карниз местами крошился под нашим весом, заставляя сердце замирать. Одно неверное движение — и мы упали бы на острые колья внизу.

Когда мы наконец оказались на твёрдой почве по другую сторону ямы, я с облегчением выдохнула, чувствуя, как подгибаются колени от пережитого страха и напряжения.

— Это было… близко, — проговорила я, пытаясь унять дрожь в руках.

Райт кивнул, его лицо было сосредоточенным и серьёзным.

— Похоже, эта пещера полна сюрпризов.

Он оказался прав. Чем дальше мы продвигались, тем более опасным становился путь. Мы преодолевали обвалы, перепрыгивали через расселины, стены которых мерцали странными кристаллами, отбрасывающими призрачный свет.

В один момент нам даже пришлось балансировать на скользких камнях, пересекая подземное озеро с водой настолько прозрачной, что казалось, будто мы идём по воздуху. Глубоко под поверхностью воды виднелись странные формы — то ли причудливые растения, то ли окаменевшие существа, то ли просто игра света и тени.

И вдруг воздух вокруг изменился. Стал плотнее, тяжелее, словно наполнился невидимой энергией.

Я остановилась, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом, как будто кто-то невидимый дышит мне в шею.

— Ты это чувствуешь? — прошептала я, оглядываясь по сторонам. Мой голос был едва слышен, словно сам воздух поглощал звуки.

Райт медленно кивнул, его глаза настороженно сканировали пространство вокруг.

— Магия, — тихо ответил он, и в его голосе было странное благоговение. — Древняя и мощная. Ничего подобного я раньше не ощущал.

В следующий момент я услышала это.

“Лира… Лира, помоги нам…”

Я застыла, кровь стыла в жилах, превращаясь в лёд. Этот голос… невозможно… я знала его с детства.

— Мама? — прошептала я, не веря своим ушам. Моё сердце сжалось в тугой комок, а горло перехватило так, что стало трудно дышать.

“Лира, они схватили нас… они пытают нас… из-за тебя, из-за твоей связи с искажённым… помоги…”

Голос матери был наполнен такой болью, таким отчаянием, что моё сердце разрывалось на части. Перед глазами возникла размытая фигура — моя мать, её некогда красивое лицо искажено страданием, волосы, всегда аккуратно уложенные, теперь спутаны и местами вырваны, оставляя кровоточащие проплешины. Её одежда была разорвана, испачкана кровью и грязью. Она протягивала ко мне руки — тонкие, изящные пальцы, которые когда-то так нежно гладили меня по голове, теперь были сломаны, ногти сорваны.

“Почему ты нас бросила? Почему выбрала его вместо своей семьи?”

Каждое слово било, словно хлыст, оставляя невидимые, но болезненные раны на моей душе.

— Нет, — прошептала я, отступая. Слёзы жгли глаза, застилали зрение, превращая всё вокруг в размытое пятно. — Нет, это неправда… Я никогда не бросала вас…

“Предательница!” — это был уже голос отца, полный гнева и разочарования. Его фигура возникла рядом с матерью — высокий, всегда такой сильный и непоколебимый, теперь он казался сломленным, сгорбленным, с потухшим взглядом когда-то ясных глаз. — “Ты опозорила нас, опозорила весь наш род! Лучше бы тебя никогда не было!”

Я зажала уши руками, пытаясь заглушить эти обвиняющие голоса, но они проникали прямо в сознание, минуя все преграды, словно были частью меня самой. Ноги подкосились, я упала на колени, содрогаясь от рыданий, которые рвались из самой глубины души.