И да, это прямое предупреждение!
Предупреждение, которому она прекрасно вняла. Криво усмехнулась. Моментально утратила всю свою напускную доброжелательность и чинность.
— Его мать тебя со свету сживёт, — забыла и о вежливости.
— Может и так, — не стала я отрицать. — Но она его мать. А ты мне никто, чтобы я мирилась хоть с чем-то, связанным с тобой.
И тут я нисколько не преувеличила. Может быть, как человек, сама по себе стальная леди Арвейн и была очень-очень далека от идеала, но лично у меня вообще никакой мамы никогда не было, так что я была бы искренне рада существованию в моей жизни любой, даже такой, как она. Особенно, если учесть, что, может и со зла, но ведь исключительно во имя защиты своего чада действует.
Леди Райхштадт, к слову, так и не не ответила. Скорее всего из-за того, что когда я произносила свою последнюю фразу, я умудрилась на эмоциях ещё и клинок ей к горлу приставить. Вот она и не рисковала теперь лишний раз шевелиться.
А я что?
В свою защиту могу сказать, что она первая начала, а у меня нервы начали сдавать ещё с самого начала вечера!
И особенно остро, когда я услышала за своей спиной:
— Что тут происходит?
Голос мужа прозвучал, как гром среди ясного неба.
Он застал меня откровенно врасплох, и я застыла. Но всего на секунду. В следующую вспомнила всё, что тому предшествовало, и решимости во мне мигом снова прибавилось.
— Ничего особенного, — напоказ беспечно выдохнула я, вручая кинжал обратно фаворитке в руки. — Я немного заплутала среди залов дворца, случайно попав в этот, а баронесса Райхштадт подошла ко мне, чтобы познакомиться и пожелать нам счастливой супружеской жизни, — вместе со словами развернулась лицом к моему адмиралу. — Заодно рассказала об этом кинжале. Правда, тут она немного ошиблась, и мне пришлось ей пояснить, в чём именно она оказалась недостаточно осведомлена. Но в любом случае спасибо ей. Она так любезна, — просияла самой радостной улыбкой, какую только сумела изобразить.
Чуть челюсть не свело, настолько старалась!
Хотя вряд ли Аэдан купился. Смерил меня хмурым взглядом, полным подозрений. Сперва меня, затем и баронессу. Но та тоже лишь кокетливо улыбнулась и пожала плечами.
Ещё бы не смотрела на моего мужа столь пристально и выразительно, было бы вообще замечательно!
Но она смотрела. Смотрел и он.
Благо, первым разорвал зрительный контакт именно Аэдан, иначе вряд ли у меня получилось бы и дальше благополучно оставаться такой же беспечной по виду. Да и смотрел на неё с невысказанным вопросом в глазах он едва ли дольше секунд трёх. Хотя даже они показались мне целой вечностью.
Оказывается, я жуть какая ревнивая!
— Хорошо, а то я тебя потерял. Адриан уже собирался созывать всю стражу на твои поиски, — отозвался на мои слова мужчина, подавая руку для дальнейшего сопровождения.
Ладонь в мужскую я охотно вложила. И даже нашла в себе энтузиазм заново улыбнуться ему, пока мы покидали баронессу, возвращаясь в зал, где я танцевала с хозяином этого вечера, попутно здороваясь со всеми, кто попадался навстречу. Это когда я была одна, большая часть присутствующих была не особо в курсе, кто я такая. Но адмирала Арвейна знали все. Тогда-то меня и осенило.
— Ты не поздоровался с ней. С баронессой.
И ведь правда!
Даже не поздоровался!
Может быть я чего-то не понимала, но в обществе своих фавориток лорды обычно вели себя совершенно иначе. А значит, никакая она ему не фаворитка? Или же…
— А должен? — отозвался муж.
— Но вы знакомы, — заметила встречно, повернув голову к нему.
Он тоже посмотрел на меня. И промолчал. Отвлёкся на очередных попавшихся нам навстречу лордов, чтобы обменяться вежливыми приветствиями. Но и после того, как мы прошли дальше, тоже ничего не сказал. Что меня, конечно же, не устроило.
— Ведь знакомы? — напомнила о своём вопросе.
Тогда-то и поняла, почему Аэдан не спешил мне отвечать. Да и не смотрел на меня больше вовсе. Зато всё-таки подтвердил:
— Да. Знакомы.
А сам, по ощущениям, будто каменным становился, столько напряжения ощущалось в нём.
— Но ты даже не заговорил с ней, — не сдалась я и тогда, вновь посмотрев на мужа уже пытливо. — Почему?
По его губам скользнула небрежная ухмылка.
— Ей не стоило подходить к тебе. И ей это тоже известно.
Если честно, объяснение было недостаточно исчерпывающим, но настаивать на большем не стала. Решила давить на всё остальное:
— Почему ей не стоило ко мне подходить?
Аэдан шумно выдохнул. И скупо заметил:
— Это не та тема для разговора, которую стоит обсуждать прямо сейчас, при всех, жизнь моя.
Обнаружив среди толпы императора, адмирал взял курс в его сторону. Тот находился в обществе аж четырёх леди одновременно, и что-то весело рассказывал им, отчего они звонко смеялись. Нас тоже заметил. А я поняла, что если мы не договорим прямо сейчас, то в скором времени у меня такой возможности вовсе не останется, и придётся терпеть до тех пор, пока не лопну от переполняющих мой мозг вопросов. Вот я и…
— Потому что эта Амалия твоя любовница и очень неловко выходит? — не смогла сдержаться, процедив сквозь зубы.
Вышло достаточно тихо. Но реакция вышла бурная. Аэдан остановился до того резко, будто в незримую стену врезался. Вместе с ним остановилась и я. А ещё через пару мгновений сильно-сильно пожалела о своём вопросе. Очень уж тяжёлым и мрачным чувствовался направленный на меня взор мужа.
— Это она тебе сказала? — поинтересовался.
Всё так же мрачно. Не менее мрачно отреагировала и я.
— Нет. Луиза. Баронесса Райхштадт была куда более красноречива и изыскательна в своей речи, когда рассказывала мне о том, что намерена и впредь проводить свои ночи в твоей постели.
Слова слетели с моих губ легко, на этот раз без малейших сожалений. Если о чём и стоило сожалеть, так только о том, что Аэдан Каин на это мне ответил.
— Что ещё она сказала тебе?
Что ещё?
То есть, даже не отрицал ничего…
Так горько на душе стало.
Но я сделала усилие над собой, и ответила:
— Ничего из того, что мы с тобой могли бы обсудить прямо здесь и сейчас, при всех, — съехидничала максимально безразлично, отзеркалив его же недавнее высказывание.
Что хуже всего, мужчина смерил меня очередным тяжёлым мрачным взглядом, но дальше расспрашивать не стал. Музыка в зале сменилась на плавную и стала громче, а его ладонь сжала мою крепче, после чего Аэдан возобновил наше шествие. Но теперь уже не в сторону императора. Всего десяток шагов, и мы очутились среди танцующих пар.
— Что ты делаешь? — задала вопрос, который и сама едва расслышала.
Очень уж громко стучал в ушах ритм собственного сердца.
— А на что это похоже? — его голос прозвучал глуховато, словно доносился откуда-то издалека. — Мы будем танцевать.
Его рука уверенно легла мне на талию, притягивая ближе. Я замерла, чувствуя, как всё сильнее колотится моё сердце. Его близость, его запах, его тепло — всё это вдруг становилось невыносимо острым, почти болезненным.
— Не думаю, что хочу снова танцевать, — попятилась назад, собираясь разорвать наш контакт.
Мне бы лучше на воздух сейчас.
И неторопливо всё обдумать…
Успокоиться.
Но уйти так и не удалось. Стоило шагнуть назад и отвернуться, как Аэдан поймал за руку и вернул обратно. Вышло довольно порывисто, резко. Он фактически впечатал меня в себя. И непременно впечатал бы в самом прямом смысле, если б я не успела вовремя выставить руку, уперевшись ладонью в мундир.
— Танцевать с Адрианом ты тоже не хотела. Но танцевала. Или его общество для тебя теперь становится предпочтительнее, чем моё? — прокомментировал адмирал собственные действия.
Пальцы на моей талии впились в меня крепче. Последний мой выдох буквально застыл под их силой.
— Причём тут Ад… император? — удивилась.
— Даже ему ты улыбалась намного активнее и правдоподобнее, чем мне за последние минуты, — отозвался сухо Аэдан Каин. — Притом, что сама…
