Первая ведьма (СИ) - Герд Анна

– Адептка Картон, когда проснулась ваша магия? – вкрадчиво поинтересовался куратор, чего-то страшновато стало мне от его тона.

– Дней пятнадцать назад, – неуверенно ответила и стала наблюдать его реакцию. Пятнадцать это как много или мало, кто их разберёт этих магов.

– После этого занятия к ректору! – выплюнул он и отвернулся.

Я пожала плечами, ну к ректору так к ректору, хороший вроде дядя, чего его бояться.

Тем не менее все оставшееся время занятия и по дороге в кабинет главы академии, я жутко себя накручивала и стращала. По итогу зашла в логово дракона с настроем кусаться, драться, пинаться и вообще дорого продать свою жизнь. Зайдя в приемную я увидела там вечно недовольного куратора и озадаченного блондинистого дракона уже дважды мною стукнутого. Не задумываясь я развернулась на каблуках и ринулась обратно в коридор.

– Стоять! – лорд Голдри рявкнул так, что не только я, кажется и часы на стене остановились. Застыла в нелепой позу, аккурат в проёме двери, так близко от пути к побегу.

– Адептка Картон, разво-р-рот! – скомандовал он и я как послушный военный курсант выпустив ручку двери повернулась к нему лицом. Все мысленные проклятия столь ясно читались на моей физиономии, что куратор вопросительно вскинул бровь, а белобрысик склонил голову, скрывая ухмылку.

Зайдя к ректору, пока все рассаживались, на всякий случай уточнила.

– Это не я! – и присела на краешке кресла.

Душка ректор понимающе мне улыбнулся и обратился к лорду Голдри, кивая в мою сторону .

– Всплеск? – он удобно устроился в кресле и заглянул в бумаги лежащие перед ним.

Куратор утвердительно качнул головой.

– Адептка Картон, повторите нам, пожалуйста, историю с первым всплеском магии. – попросил ректор и откинулся на спинку кресла.

– Про шторку? – я решила уточнить.

– Про неё. – и хитро так посмотрел.

Я вкратце пересказала тот случай, естественно опустив подробности про Оливера и глупых сплетниц.

– Были ещё странности? – уточнил проницательно белобрысый, ох ну и голос у него, бархатистый и хрипловатый одновременно. Значит не только в глаза смотреть, но и слушать его нельзя.

Я немного помялась, странностей было полно. Буря, говорящие птицы, необъяснимый загар Оливера, завораживающий взгляд самого дракона и боднула я его уже пару раз тоже неспроста, а ещё подруга его безумная. Но все говорить определено нельзя. Я выбрала на мой вкус самое безопасное и поведала про бурю. И зря! Едва я вспомнила неадекватную тучу и ее преследование, все три дракона напряглись и резко подались вперёд. И этим они меня здорово напугали. Вот дура, выбрала называется безопасную странность. Лучше бы про загар жениха в пасмурную погоду рассказала. Чем дальше, тем тише я говорила снедаемая страхом и тревогой, и тем сильнее наклонялись ко мне драконы. Казалось, что воздух в комнате стал гуще, и дышать стало тяжелее. Вовремя вспомнился разговор с папенькой и я не стала упоминать прожженную дыру в платье, и приврала, что молния ударила рядом. В конце повествования глядя в встревоженные лица мужчин, на всякий случай напомнила.

– Но это не я.

Да, такая дурацкая привычка, была родом из моего детства. Все наши шалости братья организованно спихивали на меня, и фраза «это не я» стала моим вторым именем. И вот опять, я словно стала маленькой девочкой, на которую пытаются свалить чужой проступок.

В кабинете воцарилось молчание. Ректор размышлял прикрыв глаза и сцепив лежавшие на столе руки в замок. Лорд Голдри пялился на меня и кажется мысленно уже откручивал мне голову. Юный дракон просто застыл с вытянутой напряжённой спиной и смотрел в никуда. Первым отмер ректор, вот что значит опыт.

– Аурелия, ваши друзья и сокурсники не должны знать о проявлениях магии огня у вас ранее. – я кивнула и привстала, чтобы уйти, но мужчина поднял ладонь. Пришлось сесть назад.

– Лорд Голдри в частном порядке, позанимается с вами вызовом огненной стихии.

Ууу, за что мне это. Я приуныла ещё сильней. И быстро глянула на куратора, новость огорчила и его тоже. Хоть какое-то то облегчение, будем страдать на пару. А ректор все не унимался.

– Адепт Флейм обучит вас основам медитации и контроля.

– А это ещё кто? – знакомая фамилия, где же я ее слышала. Ректор глазами указал на белокурого дракона. Вопросительно уставилась на нового учителя, он в ответ лишь кивнул, подтверждая,"мол да, Флейм это я."

– Я могу отказаться?

– Нет, на данный момент в академии обучается лишь один адепт управляющий несколькими стихиями, и это Флейм, вам необходимо учится контролю. Для вашей безопасности, в первую очередь.

– Я могу идти ? – если я не выберусь в ближайшее время, мужчин ждёт милейшая женская истерика.

– Да, и вот ещё … – он встал провожая меня, – если случится что-то странное и вам непонятное немедленно сообщите об этом лорду Голдри.

Я лишь кивнула, потому как в горле уже скопился ком слез и говорить я не могла.

Быстрым шагом я направилась прочь из кабинета, прочь из академии, ноги несли меня в парк. Кажется кто-то окликнул меня по имени, но это не имело значения. Быстрым шагом, игнорируя дорожки углубилась в дебри, и вскоре вышла на небольшую поляну в центре которой стояло старое сухое дерево. Вокруг мертвого гиганта образовался круг отчуждения, тут не было других деревьев или кустов или цветов, лишь островки жухлой травы. Кажется это дерево также одиноко, как и я сейчас. Устроившись на земле рядом, откинулась спиной на некогда мощный ствол и дала волю слезам. Я оплакивала свою беззаботную жизнь, замужество, будущее. Если поверить, что у меня дар управления и землёй и огнем, то все, это труба. Меня не отпустят отсюда ближайшее пять лет.

Да и потом, что впереди? Служба королю? А как же балы, родовое гнёздышко, путешествия и развлечения? Теперь у меня нет другого пути. И никого, абсолютно никого не волнуют мои желания и мечты, я зарыдала ещё горше. Даже мычать стала от отчаяния, или стоп! Это не я! Я прислушалась, да-да, в моей голове звучала простая мелодия, без слов просто протяжные вариации звука «м». Так нянюшка пела колыбельные, укладывая меня спать, тихо растягивая букву «м» на разный лад. Я передвинулась боком к стволу дерева и прильнула к нему щекой и ухом, точно! Звук шел из глубины.

– Ты меня успокаиваешь? – тихо спросила поглаживая шершавую кору пальцами.

– Мммммм, – пришёл ответ, а затем едва слышный немного скрипучий голос в моей голове заверил, – все будет хорошо ведающая.

Слова произносились как будто с трудом, с большим паузами и очень тихо.

Отлично! Стоит бежать к куратору? Сначала птенцы, теперь вот дерево. А ещё драконицу к лекарям отправляла, впору самой идти! Но я не пошла, а ещё теснее прижалась к стволу обхватив его руками и тихо попросила: "Помоги мне". Глупо знаю, но это сработало. К мычанию добавилась лёгкая едва уловимая вибрация и я стала успокаиваться. У меня впереди пять лет, за это время многое может измениться, я смогу обдумать свою дальнейшую жизнь. Может после выпуска магия так увлечет меня, что балы и развлечения станут мне скучны и не интересны? Или я погружусь в материнство с головой, как миссис Картон. Или влюблюсь в дракона, в памяти всплыли глаза от которых невозможно оторваться. Не тут меня, определенно занесло. Я гладила кору и шептала

– Сколько тебе лет? Как давно твои ветви стали сухими? Как тебя зовут? – ответом мне стало – "не помню", видимо дерево было совсем древним.

– Можно звать тебя Шерш? Твоя кора такая шершавая и неровная, это как кожа у людей? У молодых гладкая, а у стариков вся в морщинках?

– Мне нравится Шерш. А сейчас уходи, тебя ищут и вот, вот пойдет дождь.

– Можно я буду тебя навешать?

– Я буду ждать, ведающая.

Возвращалась я уже с первыми каплями дождя абсолютно спокойная и умиротворенная. В холле меня поджидали Ник и Джулия, ребята накинулись с расспросами, что произошло в кабинете ректора и куда я сбежала. Я наотрез отказалась говорить пока меня не накормят и мы направились на ужин. Там я поведала облегчённую версию своего попадалова. Магия проснулась недавно, управлять я ей не умею, поэтому куратор будет заниматься со мной дополнительно, а один из старшекурсников поможет мне с медитацией и контролем. После практических занятий ребята были перевозбуждены, за столом стоял гомон и нас казалось никто особо не слушал, да и говорила я не громко.