Попаданка даст вам к(с)екса (СИ) - Бэк Татьяна

Мне показалось, едва я коснулась головой подушки, то тут же уснула, хотя была уверена, что не смогу сомкнуть глаз в новом месте. Утро пришло также внезапно и началось с бесцеремонного толчка в плечо.

— Вставай, девка! Хватит дрыхнуть! Мы с тобой не эти профурсетки, которые теперь спать до обеда будут. Нам с тобой надо делами заниматься! — недовольно и басовито заявила кухарка, продолжая меня трясти.

Позёвывая и зябко ёжась в прохладной комнате, на скорую руку умылась, раздумывая о том, есть в этом мире крема для ухода за лицом и телом. Память почему-то услужливо подбросила информацию о том, что в своё время в косметику добавлялась ртуть, а белила для лица делались на основе свинца. Возможно, всё же не стоит экспериментировать с уходовыми средствами в этом странном мире.

Я выглянула в крохотное оконце, выходившее на улицу, надеясь, что сегодня город понравится мне больше. Так и получилось: окрашенная лучами восходящего солнца брусчатка казалась сделанной из чистого золота; прохладный воздух был свеж и прозрачен, а невысокие деревца под окном приветливо шуршали листвой и служили укрытием для пичуг, исполняющих свои утренние трели и славящих приход нового дня.

Не так всё и плохо, если разобраться! Наверное, я должна была плакать и убиваться, оказавшись в незнакомом мире и лишившись своей привычной жизни, но почему-то этого не происходило. Я всегда старалась сохранять позитивный настрой и не позволяла проблемам лишать меня присутствия духа, но сейчас моё спокойствие и дзен были удивительными.

Но следовало поспешить на кухню, чтобы помочь Симе, а затем приступить и к своим обязанностям. Кухарка пообещала, что если к полудню дом будет блестеть, то она начнёт обучать меня магическому искусству. Думаю, что у меня никогда не было столь действенной мотивации для уборки.

К тому моменту, когда часы пробили полдень, успела убрать во всех помещениях, в которые мне был разрешён вход, и даже принесла из колодца несколько вёдер воды. К счастью, молодое тело, которое мне досталось, было здоровым, полным сил и привычным к подобной работе. Предыдущая я уже бы свалилась с прострелом в пояснице от таких занятий, а я сейчас даже усталости не чувствовала.

— Сима, а почему именно ведьма? — поинтересовалась я у кухарки, когда она закончила с готовкой и теперь была готова уделить время моему обучению. — Почему не колдунья или волшебница? Это звучит приятнее!

Старуха усмехнулась, обнажив желтоватые клыки. Да, она уж точно походила на ведьму, тут без вариантов.

— Так это святые отцы нас, женщин, одарённых магической силой, так стали называть. Из зависти, не иначе. У самих тех способностей с гулькин х… хвост! Даже слабая ведьма — на голову сильнее самого мощного из мужчин магов, вот простить нам этого и не могут. Они потому и академию колдовства для девушек закрыли, назвав её рассадником ереси и инакомыслия. Да и правила семейной жизни прописали, чтобы женщина от своей магической составляющей отвернулась и служила своему мужу. А те, что замуж не вышли, считаются отверженными и убогими. Вот и меньше становится ведьм с каждым годом.

— А что, у любой девушки есть магическая сила?

— Дык почти у каждой, только большинство её не замечают, а с магией так нельзя, она же что искра: затухает, если не разжечь. Да разве же тут до искры, когда девочек с детства учат лишь домоводству, да пичкают наставительными историями о том, что мужчина — властитель и господин, что нужно быть чистой, почтительной и сдержанной, а остальное — бесовство! Вот и вырастают из этих девочек гусыни, которые дальше своего носа ничего не видят и видеть не хотят.

Я сразу вспомнила правило «Трёх К» для женщин: Kinder, Küche, Kirche… А вот и он во всей красе.

— И саму магию теперь можно применять лишь в бытовых целях! — нахмурилась Сима и посмотрела куда-то сквозь меня. — А ведь я была лучшей по боевым арканам и оборонительным заклинаньям… Да и Марта не всегда лишь подтяжку рожи могла делать. Видела бы ты, как она огненные шары пускала. А теперь по нам и не скажешь: две старые перечницы: одна — хлеб печёт, другая — красотой торгует. Ладно, чего это я раскисла! Давай уж тобой займёмся. Но учти, что я тебе лишь азы смогу дать, а уж сумеешь ли в себе искру магии раздуть, зависит только от тебя.

Следующий час я слушала кухарку, открыв рот и стараясь запомнить всё, что она говорит. Но Сима правильно сказала, что понять и запомнить — дело десятое, важнее всего — ощутить внутри ту силу, которая спрятана где-то очень глубоко и мерцает уже с трудом, забытая и нереализованная. Но как её разбудить, я пока даже не представляла.

Глава 12

— Лана! Лана! — раздался в коридоре недовольный крик мадам Шпротс, явно не сулящий мне ничего хорошего. — Где эта девчонка ленивая?

Ох, да что хоть опять не так? Вроде дом блестит, все поручения исполнены.

Я притаилась на лавке и даже дышать перестала, в надежде, что пронесёт. Сима лишь многозначительно фыркнула, а потом подмигнула мне.

— Не бойся, Марта редко бывает чем-то или кем-то довольна, так что не обращай внимания!

Я искренне улыбнулась кухарке, благодаря её за поддержку. Почему-то я всегда тушевалась, когда на меня повышали голос или беспричинно в чём-то обвиняли. Лишь с годами научилась давать отпор, но до сих пор частенько вспоминала о тех ситуациях, когда не подобрала слов и промолчала, запоздало придумывая хлёсткие ответы, чтобы поставить на место обидчиков и злопыхателей.

Дверь кухни распахнулась с грохотом, и на пороге появилась хозяйка борделя, сверкая глазами. Сегодня она была облачена в пышное бордовое бархатное платье с тонкой оторочкой белого кружева на вороте и манжетах, а волосы были уложены в замысловатую причёску, — ходячее воплощение элегантности. Уже в который раз я подивилась тому, что Сима и мадам Шпротс были ровесницами.

— Я тебя не для того наняла, чтобы ты на кухне целыми днями чаёвничала! — начала она сурово.

— Мадам, я помыла полы, протёрла везде пыль, проветрила верхнюю одежду, которая висит в кладовке, вычистила камин, натаскала воды, наполировала все ручки на дверях и даже натёрла бронзовых купидончиков!

От неожиданности хозяйка захлопала глазами, а тонкие губы несколько раз пришли в движение, но не издали ни звука. А вот кухарка расхохоталась так, что посуда в шкафу жалобно звякнула.

— Что, Марта, съела?! — отсмеявшись, спросила Сима, тыкнув локтем в бок оторопевшую хозяйку борделя. — Ладно, не кривись, но и к девчонке не лезь особо, она же тоже ведьма. Вот попросилась ко мне в обучение.

— Ведьма… — мадам Шпротс изогнула тонкую бровь. — Хм, а почему я не почувствовала?

— Может, надо было реже поправлять форму носа? — вновь хихикнула кухарка, но тут же осеклась под тяжёлым взглядом повелительницы дома терпимости, зрачки которой вдруг вспыхнули зелёным пламенем.

Зрелище было одновременно пугающим и завораживающим. Возможно, дело в том, что я впервые увидела магию в действии, но эффект на меня произвело неизгладимый. Да и бойкая Сима прикусила язык и почесала бородавку на носу с видом святой чистоты и невинности.

— Ладно, я не против ваших занятий, но лишь при одном условии: это не скажется на чистоте и порядке в доме! А теперь, Лана, прибери в комнатах девочек. Мне ещё нужно подготовить их к выходу на центральную площадь. Чёртовы инквизиторы, опять из-за них мои красавицы не смогут надеть ничего эффектного, придётся мне сильно постараться. А вдруг всё же одна из подопечных глянется принцу? Ох, столько дел, столько дел!

Мадам Шпротс прошуршала платьем в сторону двери, костеря святых братьев так, что тех сейчас, скорее всего, должна была одолеть икота.

— О чём это она? — тихо поинтересовалась у кухарки, когда цоканье каблучков хозяйки стихло.

— Дык сегодня же принц Ларион возвращается из дальних странствий, на главной площади будет гулянье в честь этого. Говорят, и сам он явится, чтобы в нём поучаствовать, вот эта наивная курица и надеется, что сумеет сделать так, чтобы одна из её девочек привлекла внимание августейшей особы. Ведь смех!