Скандал у алтаря. История униженной невесты (СИ) - Васина Илана

В подвальном помещении промозгло и нет окон — свет исходит только от факелов. Вдоль стены построены небольшие кирпичные перегородки, образуя небольшие боксы. Камеры установлены таким образом, чтобы заключенные не могли видеть друг друга, а стражи могли видеть их через решетку. Хотя что там увидишь в такой темени — большой вопрос.

— Когда закончите, стукнете вот сюда! — караульный указывает на железное кольцо, приколоченное к внутренней стороне двери, а затем с ухмылкой машет вглубь помещения. — Его светлость дает аудиенции в конце коридора. Весь этаж в вашем распоряжении.

Ловлю себя на том, что улыбаюсь. У них тут, оказывается, свои тюремные приколы! Когда за караульным закрывается дверь, оставляю на Труди мешки с нашим имуществом, а сама иду к его светлости, которого и правда нахожу в последней камере.

Только теперь, во время второй нашей встречи, я понимаю, что меня в нем смущало.

Мужчина совершенно не похож на герцога. Он гораздо больше напоминает разбойника с большой дороги в этом своем жилете, подбитом мехом, надетом прямо на голое тело. И дело тут не только в одежде. Его растрепанные волосы, крепкое телосложение и резкие, уверенные движения — всё это никак не вяжется с образом изнеженного аристократа.

При виде меня герцог тут же поднимается со своего соломенного ложа и двумя шагами приближается к решетке.

— Светлого дня! — он приветственно кивает. — Спасибо, что пришли, графиня.

— Светлого… — говорю и тут же осекаюсь: не выглядит ли мое пожелание в такой темноте издевкой? Поэтому добавляю нейтральное: — Я не могла не прийти. Вы сумели меня заинтриговать… Честно говоря, не представляю, что вы можете предложить мне, а я — вам.

Складываю руки перед собой в замок и замолкаю.

— Что же. Извольте сразу к делу, — он упирается широкой ладонью об решетку. — Предлагаю вам стать моей женой. Если вы согласны, служитель проведет завтра церемонию брачных уз. Две недели вы проведете в статусе моей жены, фиктивной, разумеется. А затем станете вдовой.

Я замираю, нахмурившись.

В первую секунду мне кажется, я ослышалась. Потом, по его напряженной мимике и выжидающему взгляду понимаю, что мне не показалось. Он действительно предложил мне замужество. Но зачем ему жениться перед смертью? Безумным мужчина не выглядит. Хотя кто его знает, я же не психиатр!

— Зачем это вам?

— Поверьте, несмотря на все это, — он с усмешкой обводит рукой окружающее пространство, — я очень состоятельный человек. Вы будете жить в роскоши. Дворцы, театры, наряды, драгоценности, балы, приемы — у вас будет гораздо больше, чем мог бы дать вам отец. После моей смерти вы на правах жены унаследуете все мое имущество… Ну как? Согласны?

— Вы так и не ответили на мой вопрос, — напоминаю, еле сдерживая нарастающее раздражение. — Что получите вы в результате нашего союза?

— Моральное удовлетворение, — наконец, бросает он после затянувшейся паузы и… замолкает.

Будто все объяснил, ага.

Начинаю не на шутку закипать.

Он меня за дурочку держит? Хочет получить мое согласие на брак, ничего не объясняя? Думает, достаточно помахать своим состоянием и титулом у меня перед носом, и я с радостью воскликну: «Да»?

Трижды ха!

Я очень недоверчиво отношусь к подобного рода «альтруистам». Если он умалчивает, какую пользу я принесу ему в этом союзе, значит в его выгоде кроется что-то для меня невыгодное. И никакого «да» он от меня не дождется!

— Послушайте, — бросаю тоскливый взгляд в строну выхода, где сейчас в нетерпении топчется Труди. — У меня был трудный день. Я хочу поскорее вернуться в таверну, поужинать и лечь спать. Если вы не хотите коротко и понятно объяснить свою выгоду, давайте тогда просто разойдемся. Считайте, я ответила: «нет».

— Хорошо, — выдавливает из себя герцог после недолгого раздумья. — Я объясню вам, почему хочу жениться именно на вас. Но имейте в виду. Коротко не получится.

Глава 9

— Вы, наверняка, слышали о сланше, — лицо герцога, до сих пор спокойное и бесстрастное, при упоминании о сланше будто оживает. — О нем много писали в газетах.

Я быстренько роюсь в памяти Ари, но ничего такого не припоминаю. Прежней хозяйке тела были интересны в газетах сплетни, скандалы, объявления о свадьбах — словом, чисто человеческие отношения. Видимо, сланш не из этой оперы.

— Не слышала, — со вздохом признаюсь. — Буду вам очень признательна, если вы меня просветите.

Герцог коротко кивает.

— С удовольствием. Сланш — это недавно открытая порода горных кристаллов, которые веками копили в себе магию гор. Если десять сильнейших Архимагов королевства соединят всю свою магию без остатка, вы получите примерный объем магии в одном кристалле сланша, — он обхватывает широкими ладонями пустоту сантиметров в двадцать, видимо, показывая размер кристалла. — А этих кристаллов найдено десятки тысяч! Вы представляете масштаб влияния этой находки на королевство?

— Смутно, — смущенно улыбаюсь.

Мне вдруг становится обидно, что Ари не интересовалась подобными вещами. Из-за ее ограниченного кругозора я почти ничего не знаю об устройстве этого мира. Хотя, наверно, не стоит так строго судить юную девушку. В ее возрасте меня тоже не интересовала геополитика.

Герцог тем временем продолжает расхваливать сланш:

— … Его добыча отразилась бы в быту, целительстве, освоении засушливых земель и даже в сражениях с Бездной. Я планировал использовать сланш в производстве зелий…

— Постойте, — перебиваю его, в недоумении хмурясь. — Почему планы на использование сланша строили вы?

— Потому что сланш был найден моими исследователями на территории моего кантона*. Я законный хозяин месторождения. (Кантон — это административно-территориальная единица, на которые разбито королевство. Герцогство состоит из нескольких кантонов. Прим. автора.) У меня были грандиозные планы на кристаллы, но моим планам не суждено было сбыться. С момента нахождения сланша меня начали преследовать беды. Не буду утомлять вас подробностями. Скажу лишь, что в результате очень неприятных для меня событий я был обвинен в заговоре против короля и приговорен к смертной казни.

— Вас приговорили за дело? — пытливо заглядываю в его глаза.

Он спокойно встречает мой взгляд.

— Если вы имеете в виду мое участие в заговоре против короля, то я невиновен. Если — мое нежелание опускаться до интриг и козней, то за дело.

— Но это… неприемлимо! — меня кроет возмущением. — Нельзя сидеть сложа руки. Получается, вы оказались в камере смертника только потому, что не сумели просчитать действия ваших врагов и принять контр-меры!

Герцог кивает и рассматривает меня с каким-то настороженным удивлением, и этот его взгляд помогает мне опомниться. Мои эмоции никак не помогут человеку в такой сложной ситуации. Тут надо разум подключать и поступки, а не чувства. Мне ли это не знать!

— Итак, мы подобрались к сути моего предложения, — продолжает Риддарис. — Недавно мне стало известно, кто оклеветал меня перед королем и подделал улики для суда. Судя по вашей сметливости, думаю, вы уже догадались, о ком идет речь.

В голове почему-то вертится: «Враг моего врага — мой друг.» Возможно, герцог искал в моем лице союзника по этой формуле. Наугад бросаю:

— Мой брат?

— Это сделал Тимиан Кринвуд, ваш бывший жених.

Я аж вздрагиваю при звуках ненавистного имени. Этот гад то ли второй, то ли первый в моем списке врагов. Которого из двоих поставить на почетное место в своем черном списке я пока не решила.

— Значит, он подставил вас, чтобы заполучить сланш?

— Кринвуд хотел купить Горнолесье еще до того, как я обнаружил там сланш. Когда он не сдался после моего второго отказа, я заподозрил что-то неладное и отправил туда своих магов-исследователей. Разумеется, после открытия сланша никакого разговора о продаже кантона быть не могло. Тогда и начались мои беды. Если я умру прямо сейчас, мое состояние перейдет троюродному брату, игроку и повесе. Он с превеликой радостью продаст кантон Кринвуду… Теперь понимаете, зачем мне понадобились именно вы?