Железная леди. Базовая артефакторика - Данберг Дана

Программа, конечно, была, но это же основные моменты, которые должны быть, а лекции-то приходится писать самой. И мои старые не вполне подходили, нужно было кое-что менять, где-то перекомпоновать, в соответствие с учебным планом. А кое-что приходилось делать с нуля, потому что некоторые темы в моей старой Академии затрагивались на продвинутой артефакторике, а не на базовой. Или наоборот. Часть записей с лекциями я уже отложила на дно чемодана – в ближайшее время они мне не понадобятся.

Но кое-что требовало уточнения. И эти вопросы я хотела сегодня обсудить после совещания с деканом, потому что вряд ли мы будем на такие мелкие детали тратить время магистров всего факультета.

Назначена встреча была на три часа, чтобы было удобно и тем, кто работает утром, и тем, кто вечером, и даже тем, кто работает всегда. Как раз днем занятий не было. Впрочем, они сейчас практически нигде еще начались, но были практиканты, которым преподаватели и уделяли большую часть своего внимания.

Я зашла в конференц-зал, где уже сидело порядка двадцати магистров, впрочем, не все они преподавали именно что-то связанное с артефакторикой, но все равно относились к нашему факультету. И конечно, их взгляды скрестились на мне. Я всем кивнула, поздоровалась и заняла место за столом, где стояла табличка с моей фамилией.

После меня подошли еще несколько человек, и я для себя отметила, что для довольно большого факультета артефакторики преподавателей откровенно мало. У нас в Академии было примерно столько же, но факультет был по численности студентов на половину меньше.

Последней в зал совещаний зашла сама декан Шартон, за которой с кипой каких-то документов шла ее секретарь.

– Присаживайтесь, мастера, – сказала та и заняла свое место. Кстати, да, среди преподавателей факультета я увидела только ведьмаков. Не то чтобы это странно, но обычно представители других рас тоже встречаются, хоть их и меньше. – Сначала хочу вам представить нашего нового магистра базовой артефакторики – мастера Патрисию Луинли. Расскажите о себе кратко, мастер.

Я поднялась со своего места, показала себя, так сказать, во всей красе, вежливо кивнула присутствующим. А выглядела я сегодня действительно хорошо. Во-первых, я отлично выспалась. Из гостинице съехали все шумные постояльцы и никто ночью не устраивал концертов, а во-вторых, у меня было хорошее настроение, несмотря на волнение, и гора с плеч из-за того, что я решила вопрос с жильем. К тому же синее строгое платье с тонким корсетом только подчеркивали яркость и свежесть моего лица и внешности.

– Рада знакомству. Если вкратце, то я закончила Академию ведьмовства и высшей магии в столице, там же прошла аспирантуру по направлению боевая артефакторика. А последние пять лет преподавала в Арденской полуночной академии базовую артефакторику, вплоть до закрытия учебного заведения.

– Спасибо, мастер Луинли, – кивнула декан, кажется, ей понравилось, что под краткостью я понимаю именно ее. – Мы еще с вами чуть позже обсудим вашу учебную программу и я покажу вам ваш рабочий кабинет. Сейчас же нам нужно обсудить жизнь нашего факультета в предстоящем учебном году.

Женщина обвела всех нас тяжелым и недовольным взглядом. Что-то мне кажется, что это совещание будет очень непростым и вряд ли приятным. По крайней мере для тех, на кого сейчас пристально смотрела декан Шартон.

– Мастер Валей, раздайте магистрам их расписание, будьте так любезны.

Секретарша с достоинством поднялась со своего место рядом с деканом, где она уже приготовилась стенографировать, и пошла со стопкой бумаг вдоль стола.

Что ж, это будет интересно, но скорее всего у меня будет самое неудачное расписание из всех, как у новенькой и самой молодой из магистров. Впрочем, не сказать, что здесь сидели одни ведьмаки преклонного возраста, скорее уж от чуть старше меня до среднего. И это неплохо, всегда хорошо работать в относительно молодом коллективе. Можно с кем-то познакомиться, подружиться, опять же.

Правда, мне очень не нравятся взгляды дам, которые они сейчас на меня бросают.

Тут передо мной лег лист с расписанием, и я углубилась в чтение.

Ну что сказать, совещание лишь отчасти было познавательным, потому что, собственно, новый учебный год, занятия и сформированные группы мы обсуждали всего минут тридцать – не больше, все остальное время декан Шартон устраивала показательные публичные разносы провинившимся. Кто-то из них молчал, кто-то спорил, впрочем, без огонька, будто это просто обязательный пункт программы.

За что разносы? Ну, за перерасход средств на расходники, которые для артефактов, даже самых простых, стоят денег. Честно говоря, тут она была права, практически по всем пунктам расходников использовалось больше, чем нужно – это я могла точно сказать по своему предыдущему опыту. Не в абсолютных цифрах – это было понятно, потому что тут Академия больше, соответственно, студентов и расходов больше, а в процентном соотношении на одного студента и одного преподавателя. А значит что? Значит, тут либо учат из рук вон плохо, либо студенты сплошь умственно отсталые индивиды с кривыми руками, либо… Либо просто воруют.

Бюджет! Как много в этом слове! В общем, основные вопросы были связаны с деньгами. Не только с перерасходом, но основные вопросы у декана Шартон были по финансовой отчетности. Каждый магистр артефакторики – финансово ответственное лицо и должен отчитываться по тратам. Да, нам это не нравится, да, было бы проще, если бы этим занимался специально обученный человек, но факт в том, что такому человеку очень сложно объяснить, как расходуются инструменты и компоненты артефакта, в итоге все сведется к тому, что один откажется выделять деньги, а другой не сможет вести занятие. Потому что, например, малахита на артефакты нужно десять грамм, их потратили уже, ведь малахит – хрупкий камень, а другие не выделяют, говорят, что нужно экономить.

Были такие эксперименты в некоторых учебных заведениях, но в итоге ни один из них не был признан удачным, вот магистрам и приходится самим отчитываться. А если есть перерасход, то иногда и докупать за свой счет какие-то ингредиенты. Хотя я бы таким не увлекалась – нужно вести отчетность аккуратнее.

Потом мы плавно перешли на воспитательные беседы декана с некоторыми магистрами, которые решили в эти свободные несколько недель… Как бы это правильно выразиться? В общем, они решили гульнуть на полную катушку.

Тут были и кабацкие драки на кулаках у мужчин, и валяние по мостовым и канавам, а кроме того, тут были и вечеринки у оборотней, где участвовали сразу несколько преподавательниц.

Веселый тут народ, потому что за моральный облик попало практически всем, поэтому декан Шартон и не посчитала, видимо, нужным говорить об этом с каждым отдельно. И, честно говоря, с таким я сталкиваюсь впервые. Те несколько человек, которых это не коснулось, сделали вид, что их здесь нет, уставившись в свое расписание и учебные планы.

Я сделала тоже самое от греха подальше. А то это декану спустят, что она сейчас орет на двух дам средних лет, которые разнесли какой-то бар, а потом в непотребном виде ввалились на вечеринку к студентам-оборотням со старших курсов. Кстати, вот опять я согласна с Шартон – это уже ни в какие ворота! Хочешь покуролесить? Вперед, но так, чтобы об этом вся Академия не узнала. Впрочем, дам, ведьмачку и оборотницу, подружек, видимо, ни вопли, ни наставления, ни то, что это произошло публично на совещании, вообще не смутило. Будто все в порядке вещей, будто так и надо.

Я за этим всем представлением посматривала краем глаза, а основное внимание сосредоточила на расписании. В целом, все было более-менее приемлемо. Я работала в вечернюю смену, в основном, как и говорила декан, то есть я буду вести группы у непрофильных студентов с других факультетов, потому что на артефакторике была только одна вечерняя группа. У нее я, кстати, тоже буду вести. И три дня в неделю, я буду вести еще и утренние занятия. То есть, с утра и до обеда я в Академии, потом свободна до вечера, а ночью у меня тоже занятия. Не слишком удобно, но спасибо, что такое не каждый день.