Вторая первая любовь (СИ) - Завгородняя Анна

Сердце бешено колотилось в груди. Стало нечем дышать. В какой-то момент я сорвалась на бег не слыша, как за мной следует де Гирр.

Все, о чем я мечтала, это выйти на свежий воздух, туда, где яркие цвета и жизнь.

Глава 23

Мы собрались в овальной гостиной. Леди Брей прижала к груди нюхательные соли, пока я рассматривала находку стараясь не вспоминать о том, что увидела в фамильном склепе Брейев. Это было выше моих сил! Сейчас, сидя в кресле, не могла понять, откуда только взяла смелости, чтобы забрать у скелета кулон. И ладно был бы чей-то чужой скелет! Но он принадлежал мне!

На миг прикрыв глаза, постаралась глубоко вдохнуть. Подступившая было дурнота сдалась и отступила.

- Вы очень храбрая леди, - без тени иронии проговорил Эдгар и опустил взгляд на кулон в моей руке, - позволите посмотреть? – попросил маг и протянул ко мне руку.

- Посмотрите, - рука дрогнула, когда я передавала украшение Уэлсу.

Он взял кулон так осторожно, словно это было нечто хрупкое и невероятно ценное. Поднес к глазам, рассматривая вещицу.

- Накануне мне было видение, - сказала я, - я увидела женщину. Она будто что-то пыталась рассказать мне о кулоне. Но все, что помню, это лишь цифру три.

- Что за женщина? – вполне серьезно насторожился лорд Брей.

- Не знаю. Я ее не знаю.

Мой отец и Брандон переглянулись. Виконт спросил:

- Есть ли в вашем доме портретная галерея?

- Полагаете, Вивиан… - начал Брей, но тут же осекся и посмотрел на меня, будто спрашивая позволения называть меня по настоящему имени. А я покачала головой. Мерион звучало привычнее. Кажется, я пока не была готова полностью принять тот факт, что являюсь дочерью лорда и леди Брей.

Прокашлявшись, отец кивнул, принимая мое молчаливое решение.

- Полагаете, Мерион видела кого-то из наших предков?

Брандон кивнул.

- Здесь замешана сильная и очень древняя магия. Вероятно, Мерион в видении встретилась с кем-то из предков, кто знает разгадку кулона.

Эдгар вернул мне кулон.

- Что именно она сказала про цифру три? – уточнил он.

- Что я смогу использовать только три раза, - ответила я. – Полагаю, один раз я уже это сделала. Значит, осталось две попытки.

- А что насчет галереи? – напомнил Брандон. – Я помню, когда-то давно, Вивиан хотела показать мне нечто подобное, но я тогда больше интересовался самой Ви, чем ее родословной, - закончил он.

- Дорогая, ты узнаешь женщину из своего видения? – спросила матушка Брей, после того как поднесла нюхательные соли к носу и сделала короткий вдох.

- Скорее это был даже сон, но я не уверена, - ответила я. – Но да. Я ее непременно узнаю.

- Это может быть зацепкой. Идемте же скорее, - взволнованно проговорил отец и первым покинул гостиную.

Бран подал мне руку и помог подняться, после чего мы последовали за лордом Бреем, хотя поднимаясь по лестнице, я вдруг поняла, что прекрасно знаю дорогу к галерее. Все же память возвращалась. Тело было чужое, а память моя и она начала восстанавливаться. Кажется, в доме, где прошло мое детство и юность, помогали даже сами стены. Но я теперь знала и другой дом, где меня тоже считали своей семьей. И сердце разрывалось от боли за бедных мистера и миссис Шортон, потерявших дочь.

Портретная галерея располагалась на третьем этаже. Когда лакей раскрыл окна, впуская свет, я заметила, что за окном снова стоит туман. И откуда он только берется?

- Вот, - сделал широкий жест лорд Брей, но я уже отпустила локоть Брандона и пошла вдоль портретов, смотревших на меня глазами прошлого. И я знала их, все до одного. Знала имена, еще до того, как остановившись, могла прочесть на табличках. Вот только той, кто мне была нужна, здесь не было.

- Все ли это портреты? – я обернулась к отцу. – Возможно, есть еще полотна?

- Есть, - ответил он. – Я велел перенести часть портретов на чердак. Видишь ли, самые старые ждут реставрации. А я все никак не отправлю их в столицу к мастеру.

«Долго, видимо, ждут, если я их не помню», - подумала, а вслух проговорила: - Хочу взглянуть.

- Я распоряжусь и слуги все принесут с чердака, - с готовностью отозвался лорд Брей. – Заодно и распоряжусь, чтобы после их упаковали и отправили реставратору.

- Нет! – проговорила я немного резче, чем намеревалась. – Я хочу сама подняться на чердак и все осмотреть.

- Но твое изумительное платье может испачкаться! – всплеснула руками леди Брей.

- Переживу, - ответила я с улыбкой.

- Там жуткая лестница. Мы с вами не пойдем, уж не обессудьте, но отправится Лука, - произнес отец и лакей с готовностью поклонился.

Лука был из новых слуг. Наверное, появился в доме за те три года пока я… подумала и осеклась. Пока я отсутствовала. Это был приятный высокий мужчина, с изяществом носивший свою ливрею. На его лице была написана готовность помочь.

- Ступайте, - проговорила леди Брей, которую явно утомили эти поиски истины. – Мы с Фредериком будем ждать вас внизу.

- Хорошо, - кивнула я. – Дорогу на чердак я помню, - заявила и, бросив еще один взгляд на ряд портретов, поспешила прочь из галереи.

Длинная лестница ступенями отмеряла этаж за этажом. Заветный чердак. Деревянная, старая лестница, действительно ужасная и старая, злобно скрипевшая под ногами, будто древняя ведьма. Поднимаясь по ней следом за Лукой, я велела себе напомнить отцу, чтобы отдал распоряжения плотнику обновить ступени и перилла.

- Видимо, лорд и леди Брей крайне редко бывают на верхних этажах, - пошутил Эдгар, следовавший за Брандоном. – Здесь все запущено.

- Думаю, три года им было не до лестниц, - попенял другу Бран и я, обернувшись, с благодарностью взглянула на мужа.

Но вот Лука отпер дверь и посторонился, пропуская нас на чердак.

Я вошла первой. Внутри пахло пылью, воздух был спертым, а на полу и вещах, занимавших пространство, лежал толстый слой пыли.

Де Гирр пробудил на ладони пламя и осторожно подбросил его вверх. Тут же вспыхнув, под крышей занялась толстая паутина, но муж погасил пламя, прежде чем я успела что-то сказать. А дальше виконт действовал аккуратно, держа пламя уже на ладони.

- Портреты находятся здесь, виконтесса, - Лука шагнул вперед к тонувшей в темноте стене. Заскрипела задвижка и лакей, открыв окно, впустил в помещение свежий воздух, пахнувший дождем. Затем он подошел к дальней стене и указал на полотна, обмотанные плотной тканью.

- Вот, виконтесса, - поклонился Лука.

- Ну же, открывайте, - мне не терпелось увидеть старые портреты, чтобы понять, есть ли на одном из них та, кто приходила ко мне во сне.

Маг и Брандон принялись помогать слуге и вот спустя не более чем пять минут все портреты были раскрыты и стояли, глядя на меня.

Отец не лукавил, когда сказал, будто полотнам требуется реставрация. Это действительно было так. Некоторые портреты находились в столь запущенном состоянии, что вряд ли подлежали восстановлению. Но были и те, что еще могли бы украсить собой портретную галерею внизу.

Я приблизилась. Посмотрела на каждый, но остановилась перед одним, на котором были значительные повреждения. Краска местами пошла буграми, местами потеряла свой цвет, но я увидела глаза и эти глаза напомнили мне женщину из сна.

- Мне нужен свет, - попросила Брандона. Муж присел на корточки и поднес ладонь к портрету. Мы искали надпись, чтобы понять, кто именно из моих предков изображен на полотне. Нашли лишь окончание имени - …эла Брей. Остальное уничтожило беспощадное время и сырость.

- Это она, - сказала я уверенно.

Лорд Уэлс попросил Брандона подвинуться и, посмотрев на меня, произнес:

- Я могу на секунду сделать так, что имя и портрет станут прежними. Но затем лицо окончательно исчезнет.

Я вздохнула.

- Сделайте, - попросила. – Все равно его не восстановить. А нам необходимо знать имя этой леди.

Уэлс кивнул. Знаком велел мне и Брандону отодвинуться. Забрал полотно у Луки и поставив его подле стены, тоже отошел на несколько шагов, пробуждая магию меж ладоней.