Проклятый наследник - Кнайдль Лаура

– Что здесь происходит? – спросила Фрейя, обнаружив несколько фейри, которые при помощи своей земной магии подметали дорогу, пока на ней больше не осталось ни одной пылинки.

– Праздник Творцов, – ответил Ларкин, уступая место тележке, на которой перевозили хрустальные графины. – Неблагие фейри отмечают его за неделю до зимнего солнцестояния. В этот день проходит парад, а после него будут многочисленные торжества по всему городу.

– Почему вы не сказали мне об этом?

– Мне это не показалось важным.

Фрейя кивнула. Ларкин был прав: все, что имело значение, – это Талон, и тем не менее она была очарована видом занятых фейри. Она посмотрела через плечо на фейри, которая скрупулезно поправляла стебли цветов и побеги, сползшие с крыш. Ничто не было оставлено на волю случая. Два фейри громко обсуждали, насколько низко должен свисать разросшийся плющ. Фрейя наблюдала за всем этим молча, когда вдруг наткнулась на что-то твердое и непреклонное.

Испуганная девушка отпрянула назад. На мгновение она подумала, что наткнулась на одно из деревьев, росших повсюду на обочине дороги. Но когда принцесса подняла глаза, то увидела пару темных глаз, и ей понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что это не Ларкин гневно уставился на нее, но и не другой Хранитель определенно.

У мужчины перед ней были заостренные уши, но его черные, как крыло ворона, волосы ясно показывали, что он не принадлежит Неблагому Двору.

– Смотри, куда идешь, – проворчал фейри, полностью одетый во все черное.

– Прошу прощения, – пробормотала Фрейя. Она отступила на один, а потом и на два шага назад. Только тогда девушка заметила шрам на шее фейри, и она могла поклясться, что он был в форме отпечатка руки.

– Какие-то проблемы? – спросил Ларкин. Слова звучали небрежно, и сам мужчина выглядел расслабленным, но, проведя с Хранителем несколько недель, Фрейя могла почувствовать его замаскированное напряжение.

– Нет, я просто не смотрела, куда иду.

– Советую в будущем быть внимательнее, а иначе кто знает, куда ты сможешь угодить, – сказал фейри. Черты лица незнакомца были невероятно напряженными и жесткими. Фейри напоминал ей воина, решившего выйти из боя победителем во что бы то ни стало. Ее неуклюжесть вряд ли могла вызвать в нем такие чувства, он был таким и раньше, и Фрейю так и подмывало спросить мужчину об этом. Но прежде, чем принцесса смогла решиться сказать этому странному фейри хоть слово, незнакомец развернулся и пошел прочь; твердый шаг, напряженная осанка – настоящий воин.

Принцесса перевела взгляд с фейри в черном на здание, перед которым тот стоял. Фрейя удивилась, обнаружив, что это был магазин музыкальных инструментов. Не то, что она ожидала. Девушка снова посмотрела в ту сторону, куда ушел незнакомец, но тот уже исчез из виду.

– Это был Благой фейри?

Ларкин покачал головой:

– Нет, это не Благой. Полукровка.

– Полукровка?

– Да. Наполовину человек, наполовину фейри.

Фрейя, конечно, знала, кто такие полуэльфы. Они тоже были частью тех историй, которые рассказывали в Смертной земле. Но в отличие от фейри и эльв, они появлялись в них больше как мистические фигуры, которых на самом деле не существовало. Жестокие существа, смесь фейри с человеком, призванные удерживать мужчин и женщин от связи с фейри, которые могли очаровать их своей красотой. Фрейя не знала, был ли такой союз вообще возможен физически.

– Вы уверены?

– Более чем уверен. Я уже видел сотни полукровок.

– Сотни?! – удивленно спросила Фрейя.

Хранитель кивнул.

– Этого не может быть. Я вижу такое существо впервые.

В конце концов, они уже некоторое время бродили по Нихалосу.

– Немногие полукровки живут в городах фейри, – пояснил Ларкин. Он мягко тронул ее за локоть, призывая двигаться дальше. – И прежде всего не в Нихалосе. Здесь их считают изгоями и презирают. Ни один Неблагой фейри, кто хоть что-то собой представляет, не подойдет к полукровке ни на полшага. Благие более открыты, но и в Даарии вы встретите не так много полукровок.

Фрейя нахмурилась:

– То есть полукровки живут в лесах?

– Нет, в Ливатте, деревне к северу от Даарии, между Солнечным и Туманным лесом. Там они и собрались. Но вы не найдете Ливатта ни на одной карте. Он не существует, как и его жители.

Конечно, нет. Если люди и фейри в равной степени запретили преодолевать Свободную землю между странами, то существование полукровок явно указывало, что Соглашение было нарушено – и не один раз. Могли ли жить полукровки и в Тобрии? А знали ли ее отец и Роланд об этом? Маловероятно, ведь если бы это было так, они бы уже убили их всех, в конце концов эти существа были связаны с магией, как и алхимики, которых сжигали на костре. Но теперь, когда Фрейя была в Нихалосе, она еще меньше понимала, почему люди так боятся магии. Сама принцесса наслаждалась ощущением волшебства, словно бархатом на своей коже, и была уверена, что будет скучать по ней, когда вернется в Тобрию. И все же тогда с ней уже будет Талон. С ним девушка наконец вернет ту часть себя, которую потеряла семь лет назад. Фрейя не могла дождаться, когда ее одиночеству придет конец.

Глава 35 – Вэйлин

Неожиданно для самого себя Вэйлин снова оказался перед витриной музыкального магазина. Наступило утро дня, когда пройдет Праздник Творцов, и мужчине нужно было готовиться к выполнению поручения Валески, но, когда он вышел в туалет, ноги сами собой понесли его дальше. Сюда. Но сегодня ему не дано было насладиться видом инструментов. Он ощущал их близость, как присутствие магии. Но в то время, как покалывание от воздействия элементов было приятным и знакомым, ощущение ауры Валески снова обрушилось на него, сжимая голову в тиски, словно собираясь загонять в нее гвозди по одному.

Королева накануне прибыла в Нихалос, чтобы принять участие в Празднике Творцов в качестве почетного гостя. Не менее десяти часов она просидит в карете, кивая и махая рукой народу, хотя на самом деле презирает фейри Неблагого Двора, а он будет скрываться за чердачным окном заброшенного дома. С натянутой тетивой и устремленным в одну точку взглядом, он будет сидеть там и пропустит Валеску, чтобы всадить свою стрелу в грудь принца, хотя Вэйлин предпочел бы залить землю кровью королевы. Однако клятва крови, обезобразившая шрамом его спину, не позволит использовать смертельное оружие против Валески.

По крайней мере, смерть принца предотвратит пророчество Самии и избавит страну от погружения во тьму – небольшое утешение тому, кто неспособен избавить самого себя от мрака, которым была его жизнь; но так будет недолго. Вэйлин найдет проклявшего его и как только станет свободен…

Мысли Вэйлина резко оборвались, когда его толкнули. Неблагая фейри, налетевшая на него, отскочила на шаг и испуганно посмотрела на мужчину большими голубыми глазами, как будто не могла поверить, что в ее прекрасном городе поселился полукровка.

– Смотри, куда идешь, – проворчал он.

– Прошу прощения. – Фейри отступила на шаг, затем еще на один.

– Какие-то проблемы? – Резкий голос с нордическим акцентом прозвучал справа от Вэйлина. Он оторвал взгляд от фейри и посмотрел прямо в карие глаза Хранителя. Но не просто какого-то Хранителя, а фельдмаршала Ларкина Вэлборна. Его лицо Вэйлин никогда не забудет: загорелая кожа, темные волосы, характерная челюсть, покрытая щетиной, и полные губы, которые, казалось, никогда не улыбаются и все же выглядели как приглашение. Конечно, сам фельдмаршал понятия не имел, кем был Вэйлин, но полукровка видел стража на Стене и наблюдал, прячась в тени, как тот командует другими Хранителями.

– Нет, я просто не смотрела, куда иду, – ответила фейри, о которой Вэйлин почти забыл. Почему Хранитель сопровождал Неблагую фейри через Нихалос, было непонятно. Полукровка перенес свое внимание с фельдмаршала на девушку и пристально оглядел ее. Только тут он заметил, что с ней что-то не так. В суматохе города, до краев наполненного магией, этого можно было и не заметить, тем более что золотые насадки на ушах девушки могли ввести в заблуждение, но предполагаемая фейри в действительности была человеком. Она была окутана магией, как плащом, но если издали он выглядел хорошо, то, присмотревшись повнимательнее, можно было обнаружить зияющие в его ткани дыры.