Попаданка со скальпелем (СИ) - Белова Екатерина

- В Аргаццо редко бывает солнце, - Дан снова мягко двинулся, и меня словно ударило током. - Но когда я заполучу тебя, оно будет всегда.

Очередная итерация выбила из меня смешок. Это я, что ли, буду? Такое себе из меня солнышко. Электрошоковое. Не каждый мужик освоит и потянет.

А после Дан скользнул пальцами по моим волосам, по спине, найдя долгую линию позвоночника. После рывком перевернул, впечатав в простыни. Стиснул лапой запястья, вздергивая вверх: архаичный драконий инстинкт требовал обездвижить жертву. Темный взгляд налился мерцающей синью.

И я поняла, что все. Теперь точно все.

Спустя несколько коротких секунд меня выгнуло в линию. Мир взорвался под веками белыми пятнами. Дан глухо зарычал, все ещё бешено двигаясь.

Магия зажигалась внутри белыми звездами, свиваясь с черным и мрачным драконом Данте. Я вдруг увидела его совсем другим - настоящим, доверчивым и ненавидящим самого себя за эту доверчивость. В эту секунду Дан принадлежал мне целиком - от горячих губ до наглухо закрытого сердца.

* * *

Я лежала у Дана на груди, чувствуя, как внутренние часы отсчитывают секунды. Время ещё было, хотя и не очень много.

- Расскажи немножко о себе, - сказала тихо, лишь бы заглушить ход времени.

Лишь бы не думать, что, возможно, мы говорим последний раз. Что, возможно, уже сегодня мы погибнем и станем пылью, осевшей у подножия статуй богов.

Дан скосил на меня темный нечитаемый взгляд и тихо засмеялся:

- Тебе не понравится.

Он родился в нижней части одного из северных городков. Мать была обычной веей, и все ее богатство заключалось в прекрасных голубых глазах. Возможно, у них в роду были иномирянки, хотя какой там род. Они жили как трава. А ближайшей родней считали собственную козу, которую мать доила по вечерам.

Отец, конечно, знал о нем, но денег никогда не давал. Дан знал, что он вынуждает мать отдать его в клан за возможность пожрать, наконец, досыта. На тот момент отец не считал его особо ценным приобретением.

В великий мор коза преставилась, и Дан понял, что зиму они не переживут. Вот тогда он и пошел в храм. Ему было девять. Наглый был, глупый. Не попросил - потребовал себе дар, а взамен дорого заплатил. Но тогда-то ему казалось, что дар он получил все равно что бесплатно.

Я знала, что Дан относится к классу одаренных, но никогда не спрашивала.

- Какой у тебя дар? - любопытство во мне было сильнее благородства.

Дан помедлил. Дракон беззащитно затаился в темноте его души. А после Данте вытянул вперед руку и раскрыл ладонь.

- Внушение. Достаточно дотронуться и пожелать.

У меня в груди похолодело. И вот этим даром Данте мне поклялся? Это же все равно, что отдать свою сокровищницу в обмен на улыбку.

- Дар дорогой, затратный, капризный, - его голос тяжело падал в тишину. - Силы жрет, как магическая атака, даже если не активирован. А когда я ослаблен, болен или несчастлив, выходит из-под контроля. В такие дни я ношу перчатки, чтобы дар не вырвался и не заставил Тиран, наконец, замолчать, императора кланяться мне до земли, а тебя - любить меня до смерти.

Ох.

Но если подумать, Дан носил перчатки почти не снимая. Особенно при мне.

Дан словно понял, о чем я подумала и кивнул:

- Боялся принудить тебя. Когда ты появилась, желание стало навязчивым, даже в те дни, когда я думал, что все ещё не люблю тебя. Даже в те дни, когда думал, что ты меня любишь.

- Тот жрец.… Из центрального храма… Ты использовал на нем дар?

- На нем нет, он встал на мою сторону добровольно. Но, конечно, при дворе много драконов, которых я использовал в той или иной степени. Я… избегаю использовать дар в крупном масштабе.

Достаточно чуть подправить воспоминания, затерев ненужные детали в голове. Сделать выгоду от нужного тебе поступка чуть ярче. Заретушировать риск от сделки. Заставить обратить внимание на пропущенные мелочи.

Я поднялась в постели, внимательно рассматривая Дана. Осколки воспоминаний сдвигались, словно в калейдоскопе, меняя узор памяти. То, что когда-то ранило, было призвано защищать.

Была ли та далекая боль легче сладкого обмана? Ведь я прожила ее как настоящую.

Как… странно думать об этом.

- А договор? - вопрос был уже не очень важным, но мне захотелось спросить. - Если ты видел договор, заключенный неизвестно с кем, на руке своей невесты, почему ничего не сделал?

Когда я подняла руку, на запястье крутанулся огненный круг со смазанными рунами.

Дан медленно покачал головой, глядя на меня из-под ресниц.

- Я выгляжу настолько бестолковым? - спросил с усмешкой. - Я увидел его впервые в день, когда перевертыши напали на монастырь. Только тогда мне пришло в голову, что тебя саму могли использовать как расходник. Конечно, в это было сложно поверить. Ты была слишком… слишком красивой, слишком яркой. Дочь Фанза и крестница императора. Кто бы посмел так обойтись с тобой?

Я кивнула. Примерно так я себе и думала. Договор был скрыт, пока моя драконица не набралась сил. Она пыталась помочь нам выбраться любым доступным ей способом. Поэтому я ее так плохо чувствовала: все ее силы уходили на то, чтобы сделать договор видимым. Заставить дракона Дана засомневаться.

Невидимые часы стучали все громче.

Я почти слышала, как просыпается дворец. Я знала, что медяшка уже пробила ленту, перерывшую ей выход, и теперь медленно травит жадину, съевшую дар Лима. Я знала, что очень скоро черной испорченной магии станет так много, что ее засекут артефакты и золотые сыны Вальтарты.

И есть только один способ скрыть присутствие черной магии в императорских покоях.

- Ты сделал все, как я просила?

Дан медленно поднялся следом за мной. Только в отличие от меня даже не подумал прикрыться. Он не стеснялся собственного тела. Зато я сразу отвела взгляд.

- Верно, Диш. Сделал. Ты ничего не хочешь мне объяснить?

- Не хочу, - не могу, Дан. - Не ты ли обещал выполнять мои просьбы? Или уже передумал?

Я сладко улыбнулась, даже не пытаясь сделать отказ хоть немного приятнее.

- Пока не передумал, - Дан очень холодно улыбнулся.

Но я видела, что он уязвлен. Он доверился мне в эту ночь и интуитивно ждал от меня хотя бы немного теплоты.

Я натянула платье, неспешно расправляя кружавчики на рукавах и повертелась перед зеркалом. В отличие от меня Дан оделся по-походному быстро, и я даже налюбоваться на него не успела.

А после вдруг вспомнила.

Совсем неважный вопрос, но он, чтоб ему пусто было, мучал меня уже второй месяц.

Ни в одной библиотеке не нашла ответа.

- Ты когда-нибудь слышал про миф о вейре-иномирянке, которая попала в Вальтарте по ошибке? Ее подруга оказалась суженной какого-то сильного дракона, а ей самой нигде не было места. Она полюбила супруга своей подруги. Пересказывать не буду, но несчастная девица прошла через предательства, пытки, жертвоприношение…

Дан равнодушно взмахнул рукой. Не продолжай, мол.

- Его все знают. Ты искала трактацию среди мифов? - дождался моего кивка и договорил. - А надо было искать в божественных сказах. Это миф-договор между отцом-драконом и Веригой из дома Нис, который пожелал взять себе сильный дар. Ты же знаешь, как дают дар?

Бог не дает дар бесплатно. За дар следует заплатить. Чем сильнее дар, тем страшнее плата.

- Верига попросил дар, а заплатил за это потерей своей истинной. Отныне ему было не суждено встретить свою пару. Но его истинная - иномирянка - попала в Вальтарту вопреки воле богов. Договор был нарушен. А за нарушение договора надо платить. Поэтому она платила за пребывание в мире пытками души и тела.

Я с недоумением уставилась на Данте, который нес всю эту прекрасную чушь с серьезной миной.

- Она платила… - повторила тупо. - Погоди. А почему она? Но это ведь не ее вина и даже не вина этого… Вериги. Ужасное имя… Верига по-честному заплатил и истинную не искал, она - вообще из другого мира. Они жертвы обстоятельств. Ну или злого умысла. Не важно.