Поблагодарив миссис Алану, я направилась на выход, но у выхода меня настиг тихий голос целительницы.
— Это хорошо, Кирьяна, что у тебя пошли лунные дни.
— Почему? — обернулась и удивленно спросила.
— Не думаю, что тебе сейчас нужны дети, Кирьяна. Тебе учиться нужно.
От сказанного миссис Аланой меня прошиб холодный пот. Осознание собственной беспечности и того, что могло бы случиться, накрыло подобно цунами. Руки задрожали, а во всем теле появилась слабость. Я с трудом удержалась на ногах.
Но моего испуга целительница не заметила. Она уже вернулась в роль врача.
— Я выдам тебе освобождение на пару дней от физических нагрузок, — сообщила миссис Алана и уткнулась в бумаги, показывая мне, что прием окончен.
Сообщение о том, что я могла залететь от связи с Селестином поверг меня в такой шок, что темнота аллей и мнимые монстры меня больше не пугали. Такой несерьезности я от себя не ожидала. Как я могла забыть, что нахожусь в другом мире, и тут нет привычных для меня средств контрацепции.
Отрезвление неожиданно успокоило мои метания, и вчерашняя истерика показалась мне глупой. Хотя теперь понятно, почему мои гормоны сказали, устроив мне эмоциональные американские горки.
Когда я вернулась в общежитие, то чувствовала себя нормально. Зелье подействовало, и живот больше не болел, потому я решила позаниматься. Первым делом достала расписание и принялась изучать внесенные изменения, и чем больше я читала, тем больше офигевала.
— Да они с ума сошли⁈
Откинулась на спинку стула и уставилась на расписание, словно от моего взгляда могло что-то измениться в написанном. Покачав головой, я придвинула листы и вновь вчиталась в содержимое.
'Персональное расписание адептки Кирьяны Астон.
Цель: К началу турнира достичь уровня адептов второго года обучения.
Расписание с понедельника по пятницу:
7:20 — Утренняя спортивная разминка. Водные процедуры.
8:10 — Завтрак.
8:30–11:45 — Пары по расписанию учебной группы.
11:45–12:30 — Обед.
12:30–14:00 — Индивидуальные занятия по огненной магии.
14:15–15:45 — Индивидуальные занятия по медитации и раскачке магического резерва.
16:00–19:00 — Тренировки по программе турнира.
19:00–19:30 — Ужин.
19:30–21:00 — Индивидуальные занятия. (Куратор лорд ректор).
Расписание на субботу:
9:00–16:00 — Тренировки по программе турнира'.
Я прочитала. Потом перечитала еще раз, но написанное не изменилось. Хотелось задать составителю этой программы резонный вопрос: «А когда мне домашнее задание делать? И вообще, сон для участников турнира вообще не полагается? Он для слабаков?»
Но хуже всего было то, что про работу действительно придется забыть. Я элементарно не буду успевать еще и к Йергайю и от этого становилось очень грустно. По орку я очень скучала, из-за занятости мы почти с ним не виделись. А теперь вообще видеться не будем.
Снова посмотрела на расписание, пробегая по нему глазами, пока не споткнулась на пункте: «Индивидуальные занятия. (Куратор лорд ректор)». От мысли, что я буду заниматься с Селестином индивидуально, ладони вспотели, пальцы на ногах подогнулись, а сердце радостно забилось в груди.
— Зря радуешься, Кира, после твоей вчерашней выходки, Селестин откажется учить тебя, — осадила я саму себя. — И будет прав. Кто же так унижает таких мужиков?
Вздохнула и стала складывать учебники. Пора было отправляться в столовую, раз от утренних пробежек меня освободили.
Собранная, я уже спустилась к двери, когда в неё настойчиво и громко постучали.
Глава 97
Кира
Гостей я не ждала. Потому удивилась, кого там принесло так рано.
На пороге стоял взъерошенный Эмиль, в его руках была объемная коробка. Когда я открыла дверь, он повернулся ко мне и с улыбкой сообщил, протягивая коробку:
— Кирьяна, это тебе.
— Что это? — опешила я, не спеша брать предмет.
— Подарок. Позволишь войти?
— Эм… Ну да, входи. Я вообще-то в столовую шла. Но, — я глянула на настенные часы, что показывали без десяти восемь, — время еще есть.
— Вместе пойдем, — безапелляционно заявил герцог, заходя ко мне. — Куда это поставить?
— Эмиль, так что это такое? — меня разбирало любопытство, но и настороженность не отпускала.
— Посмотри сама.
Не дождавшись от меня ответа, куда поставить коробку, герцог, переступая через две ступеньки, поднялся в мою комнату и водрузил коробку на банкетку в зоне прихожей. Снял крышку и отошел в сторону, приглашая меня подойти и посмотреть.
Помедлив, я стянула с плеча сумку, отложила её в сторону и подошла к коробке. Вначале посмотрела на Эмиля, он, сдерживая улыбку, наблюдал за мной. Вздохнув, я заглянула в коробку.
Я не поняла, что именно вижу. На дне коробки лежали куски ткани, а по центру возвышалась горка из кусочков материала. В углу, одна на другой, стояли две миски: пиала и блюдце. Герцог потянулся, извлек их из коробки и поставил на пол.
Не успела я удивиться и спросить, что это значит, как тканевая гора зашевелилась, и из неё показался сначала розовый нос на усатой серо-рыжей морде, и потом выглянули два глаза-бусинки.
— Кто это? — спросила шепотом, таращась на животное.
— Детеныш иглиса, — сообщил герцог и аккуратно взял животное на руки. — Я нашел его еще вчера, когда осматривал звериную тропу. Малыш, наверное, испугался рева магоциклов, потому и зарылся в листья, где я его отыскал. Он замерз и жалобно пищал, зовя родительницу.
Я с любопытством рассматривала небольшого зверька, который помещался на ладони Эмиля. Детеныш иглиса чем-то мне напоминал гибрид хомяка и ежа. Об этом намекали черно-белые иголки, что топорщились на спинке детеныша. Малыш выглядел непривычно, но умильно.
— Так может, вернуть его маме? Она, наверное, волнуется, — предложила, аккуратно проводя на иголкам, они, на удивление, оказались мягкими.
— Не выйдет, — вздохнул герцог. — Мы так и не нашли место, куда убежала стая иглисов. А малыш без заботы погибнет. Да даже если мы и найдем стаю иглисов, они не примут детеныша обратно.
— Почему?
— Детёныш для них уже потерян. Эти звери живут очень сплоченной стаей и своих определяют по запаху. А у малыша за длительное время запах уже выветрился, поэтому он для них чужой. Его могут даже убить.
Мне стало так жаль кроху, что по нашей вине лишился родителей. Я всхлипнула, а на глаза набежали слезы.
— Эй, Кирьяна, ну чего ты плачешь? — приобнял меня за плечи герцог, удерживая зверька на другой руке.
— Мне его жалко, — кивнула на детеныша. — Он из-за нас маму потерял. Как ему теперь выжить?
— Ну, пусть у тебя живет, — неожиданно предложил герцог. — О детеныше нужно заботиться, а у тебя тут малышу будет комфортно.
— Но… Мне не разрешат держать питомца в комнате. Это же… запрещено, — неуверенно сказала, косясь на зверька.
— Иглисы неприхотливы в содержании, кроме того, они очень чистоплотные, — начал нахваливать подарок Эмиль, бесцеремонно сунув детеныша мне в руки. — Кстати, когда зверек подрастет, то станет тебе хорошим охранником.
— Но… я же ничего не знаю, как за ним ухаживать, — растерялась, смотря в черные глазки-бусинки.
— Я тебе все расскажу. Ну что, берешь на попечение?
— Ну… — пожала я плечами.
— Вот и отлично, — довольно хлопнул в ладоши герцог. Зверёк от громкого звука сжался в шарик, выставив иголочки. — Пересаживай мелочь обратно в домик и пошли завтракать.
— А малыш? Его же кормить нужно, напоить… Чем они питаются?
— Я с утра уже все это сделал. Он теперь сутки спать будет. За это время мы все организуем и оборудуем для этой мелочи.
— Как скажешь, — согласилась я, аккуратно поместив зверька обратно в коробку.
Стоило малышу оказаться в привычном гнезде из кусков ткани, как он тут же в них зарылся, как в норку, и затих. Герцог закрыл коробку крышкой и поставил емкость на напольный коврик.
