Эра Мангуста. Том 10 (СИ) - Третьяков Андрей
Нервный жест или сигнал.
В моей жизни эти вещи часто отличались только тем, кто смотрит.
— Ты управляешь Дмитрием? — поинтересовался я.
— Нет.
— Ты когда-нибудь управляла Дмитрием?
Лидия посмотрела на него.
Он стоял рядом, напряжённый, злой и готовый защищать её от обвинения, которое ещё не было сформулировано. Варианты выстраивались передо мной. В одном Лидия действительно давила на него. В другом она была связана с ним тем же приказом. В третьем оба играли для невидимого наблюдателя. В четвёртом Дмитрий сам хотел верить, что его заставили.
Последняя версия была самой неприятной, потому что часто оказывалась правдой.
— Я помогала ему принимать решения, — произнесла Лидия.
— Это удобная формулировка.
— Я старалась сделать так, чтобы он не погиб.
— От кого?
Она опустила взгляд на мокрые ступени.
— От самого себя.
Дмитрий резко вздохнул.
— Хватит, — бросил он.
— Ты приехал за домом, который никому не нужен, — я не сводил с него глаз. — Если хочешь, чтобы я поверил в добровольность твоего решения, начни с простого: назови, сколько будет стоить восстановление.
— Мне всё равно.
— Вот именно.
Мы вошли в дом.
Внутри пахло пылью, мокрым деревом и чем-то сладковатым, что я предпочёл не идентифицировать. В холле стояла лестница с широкими перилами. На стенах висели портреты Свинякиных: толстые мужчины, хмурые женщины и дети с выражением лица, будто их заставили фотографироваться перед конфискацией имущества.
Либи появилась из моего плеча и медленно поплыла вдоль стен.
— В доме много старых печатей, — доложила она. — Большинство погасли. Три активных. Один защитный контур, один замок и что-то похожее на следовую сеть.
— Следовая сеть? — переспросил Сергеевич из дверей.
Он всё-таки приехал. Человек, который мог услышать слово «архив» на расстоянии и материализоваться рядом с документами, уже лежал в его профессиональной природе.
— Она записывает, кто входит, — пояснила Либи.
— Это нормально для родового дома, — заметил Дмитрий.
— Не в таком виде, — возразила Ксения. — Здесь контур не запоминает лица. Он фиксирует решения.
Я посмотрел на неё.
— В каком смысле?
— Кто вошёл добровольно. Кто получил приказ. Кто изменил цель после пересечения порога.
Сергеевич достал из кармана папку и замер.
— Почему у Свинякиных была такая защита?
— Потому что они не доверяли гостям, — пробормотал Дмитрий.
— Они не доверяли даже мебели, — буркнул я. — Вопрос в том, от кого именно защищались.
Дмитрий отвернулся.
На верхней ступени лестницы лежала тонкая полоска белого порошка. Она пересекала ковёр и уходила в боковой коридор.
Я не наступил на неё только потому, что предвидение сработало раньше привычки. В одном варианте порошок взрывался. В другом запоминал след обуви. В третьем просто окрашивал подошву. В четвёртом на меня падал шкаф, который до этого считался частью интерьера.
Я выбрал обойти.
— Либи, образец.
Мангустиха махнула лапкой. Порошок поднялся с ковра тонкой белой ниткой и свернулся в прозрачный шар.
— Ментальный носитель, — заключила она. — Слабый. Но свежий.
Ксения приблизилась к шару и тут же остановилась.
— Не трогай, — предупредила я.
— Я и не собиралась.
— Ты подумала.
— А ты увидел?
— Один из вариантов.
— Значит, новые измерения уже мешают тебе отличать мысль от возможности.
— Не мешают. Просто требуют плату за обслуживание.
— И сколько ты уже заплатил?
Я не ответил.
Лидия наблюдала за нами, сохраняя спокойное лицо. Только пальцы снова коснулись ногтя.
Два раза.
Теперь я запомнил.
Мы обошли холл, гостиную и кабинет. Дом выглядел пустым, но пустота в нём была организованной. На письменном столе лежали книги, раскрытые на разных страницах. В камине оставалась зола. В кладовой имелись свежие следы мышей, но не человеческих ног.
Кто-то поддерживал видимость заброшенности.
Или дом сам продолжал жить по старой инструкции.
Я вернулся к холлу и провёл ладонью над стеной, не касаясь штукатурки. Пыль поднялась узкой полосой и показала десятки коротких царапин вокруг выключателей, дверных ручек и рам. Кто-то регулярно проверял, что всё находится на своих местах.
— Здесь кто-то жил, — сказал Сергеевич.
— Нет, — возразила Ксения. — Жил бы — оставлял бы случайности.
На потемневшем зеркале отражались все, кроме Лидии. Потом её тень всё-таки появилась — с задержкой в несколько секунд.
— Не смотри, — тихо сказала она.
— Оно уже запомнило нас.
— Следовая сеть собирает не лица, — пояснила Ксения. — Привычки. И особенно желание войти.
Дмитрий резко отвернулся.
— Хватит.
Я отметил его реакцию. На слово «хочет» он отозвался сильнее, чем на «войти». Значит, дом проверял не право собственности, а мотивацию. Лидия знала это заранее и боялась не комнаты, а ответа, который дом мог получить.
Я оставил на раме тонкую метку для Либи. Если дом решил вести учёт, пусть теперь ведёт его в обе стороны.
В кабинете Дмитрий остановился перед большим письменным столом.
— Здесь отец подписывал документы, — произнёс он.
— Какие?
— Разные.
— Ты можешь быть конкретнее хотя бы в своём родном доме?
— Я не обязан перед тобой отчитываться.
— Пока ты стоишь на моей территории — обязан. Пока просишь вернуть тебе дом — тем более.
Дмитрий ударил ладонью по столу.
Пыль поднялась облаком. Ксения резко повернула голову, но боли не почувствовала.
— Я не прошу, — рявкнул Дмитрий. — Я требую.
— Требования обычно подкрепляют ресурсом.
— У меня есть деньги.
— Восемнадцать миллионов в тайных счетах, которые ты не смог найти после смерти отца?
Он побледнел.
Лидия медленно закрыла дверь кабинета.
Сергеевич перестал листать папку.
— Откуда ты знаешь о сумме? — Дмитрий выговорил каждое слово отдельно.
— Ты сам упоминал её в разговоре со следователями. Потом забыл код от сейфа. Потом утверждал, что никогда не видел сейф. Память — ужасный бухгалтер, если её регулярно редактируют.
Ксения посмотрела на Дмитрия.
Боль не появилась. Зато появилась другая реакция — лёгкий поворот головы, словно она услышала не приказ, а его отголосок.
— Что? — я повернулся к ней.
— Он сейчас вспомнил комнату без окон.
Дмитрий схватился за виски.
— Нет.
— Не лезь глубже, — приказал я Ксении.
— Я не лезу. Он сам вспоминает.
— Я ничего не вспоминаю, — зашипел Дмитрий.
— Врёшь, — бросила Лидия.
Дмитрий повернулся к ней.
— Ты на моей стороне?
— Я пытаюсь не дать тебе снова потерять сознание.
— Я не терял сознание.
— Ты забыл, как оказался в подвале.
В кабинете стало тихо.
Лидия поняла, что сказала лишнее.
Не слишком поздно. Но достаточно.
— В каком подвале? — я повернулся к ней.
— В этом.
— Мы ещё не спускались.
— Я имела в виду старый подвал.
— В этом доме один подвал.
— По документам — один.
Очень осторожный ответ.
Почти профессиональный.
— А на деле?
Лидия опустила глаза.
Дмитрий шагнул между нами.
— Хватит задавать ей вопросы.
— Тебе нравится её защищать.
— Она единственная, кто был рядом, когда все остальные исчезли.
— Это не делает её правой.
— А тебя не делает правым то, что ты сильнее.
— Не делай вид, будто споришь со мной. Ты приехал за домом, потому что тебя привели.
У Дмитрия дёрнулся рот.
Лидия подняла голову.
Ксения тихо втянула воздух.
— Приказ усилился? — я напрягся.
— Нет. Но рядом с ним есть второй слой.
— Какой?
— «Вернуть дом». Не как цель. Как необходимость.
— Разница?
— Цель можно отменить. Необходимость человек защищает даже тогда, когда уже забыл зачем.
Вот теперь картина стала неприятно ясной.
Похожие книги на "Эра Мангуста. Том 10 (СИ)", Третьяков Андрей
Третьяков Андрей читать все книги автора по порядку
Третьяков Андрей - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.