Но тот прибыл в Альтарис, ослушавшись приказа.
Высокий, с растрепанной шевелюрой, запахом дорогого вина и с кривоватой ухмылкой на губах.
Его сын.
Тот, кем он так и не смог гордиться, потому что Кайлен не давал ему ни единого повода. С раннего детства он был сплошным огорчением, и Томас Саверлок справедливо решил держать его подальше от себя.
С короткими встречами раз в пять лет. Как, например, сегодняшняя, на которую герцог согласился, собираясь объявить Кайлену о своем решении.
Сказать, что он передаст титул тому, кого признает своим сыном. Да, Дрейк Миллер получит его имя и причитающиеся регалии, а также невероятное бремя ответственности, которую Саверлоки из поколения в поколение несли на своих плечах.
Кайлену же достанутся деньги. Его содержание будет увеличено, а долги – как карточные, так и за вино и шл… развратных девиц, – погашены.
– Я рад, что ты приехал сам, сын мой, – произнес герцог, решив ничего не откладывать в долгий ящик.
Но тяжелый взгляд Кайлена его тревожил. К тому же в полумраке кабинета он не мог разобрать, что за выражение у того в глазах.
– Я собирался поставить тебя в известность лично и сделать это до момента, как мои поверенные запустят процедуру. Я выбрал себе преемника – того, кто будет носить мое имя и титул. И это не ты, Кайлен.
Герцог уставился ему в лицо, дожидаясь от сына возмущения, упреков, даже угроз. Но тот лишь пожал плечами.
– Рад, что ты нашел в себе силы сказать мне это в лицо, – отозвался Кайлен. – И я смиренно принимаю твое решение. А теперь обними меня еще раз, как ты иногда делал в детстве, когда еще меня любил.
– Но я все еще люблю тебя, Кайлен, – с досадой отозвался герцог. – Просто в жизни мужчины и государственного мужа наступают моменты, когда он должен сделать сложный выбор…
Именно в эту секунду в его спину врезался нож. Лезвие, которое держал в руке сын, прошло через ребра и проникло в сердце Томаса Саверлока, мгновенно прервав его жизнь.
– Ты прав! – произнес Кайлен, с безразличием уставившись на то, как оседало тело отца к его ногам. – Выбор был сложным, но я его сделал.
Оставалось за собой подчистить, а потом все обставить так, чтобы виновным в убийстве герцога признали другого. Лучше всего того, кто пытался обманом заполучить то, что причиталось ему.
Своего сводного брата, бастарда Дрейка Миллера.
Северин Кассар. Капитан команды Высшей Тьмы Шаддара
Его четверку разместили в гостевых покоях на втором этаже королевского дворца, и Северин не успокоился, пока лично не проверил все входы и выходы из комнат.
Заодно он осмотрел стены. Прошелся по ним заклинаниями, выискивая потайные ходы, из которых могли явиться враги и застать их врасплох.
Нашел один. Запечатал и немного успокоился.
Впрочем, как и остальные из его команды вместе с прибывшими участниками из Академии Теней Ноктарии, Северин прекрасно понимал, что они очутились в западне. Потому что угодили в самое сердце Светлого Мира.
Если враги явятся, чтобы убить, то шансов выбраться живыми у них практически нет.
Но его это не пугало. Привыкший смотреть в глаза Тьме, однажды раненный настолько сильно, почти смертельно, что в его выздоровление не могла поверить даже родная мать, Северин был готов умереть за свой Темный мир.
Но с оружием в одной руке и запуская боевые заклинания другой. Поэтому прозевать нападение врагов, нежась в кровати, в его планы не входило.
– На ночь мы выставим караул. Смена каждые три часа, – заявил он своей четверке.
Затем добавил, что возьмет на себя первые две смены, и отправился на очередной обход. Но в дальнем крыле дворца, где разместили две Темные команды, все было тихо и спокойно.
Пышный прием закончился полтора часа назад, бал Открытия обещали только через два дня, когда в столицу Элеона прибудут и остальные участники Все‑Магических состязаний. Пока же им принесли роскошный ужин без малейших попыток отравить или подчинить волю, приставили угодливых слуг и пожелали приятного отдыха.
Но Северин не верил в то, что подвоха нет, и терпеливо его ждал.
В какой‑то момент до него донеслись далекие Темные магические колебания. Если бы они не находились в Светлом Мире, то, пожалуй, он не обратил бы на них внимания. Зато сейчас призадумался, но решить загадку так и не смог.
Наконец его дежурство подошло к концу, и Северин решил немного поспать.
Два‑три часа – этого ему вполне хватало. Но стоило улечься в кровать, как с ним произошло нечто из рук вон выходящее.
Напрасно он пытался выставить защитное заклинание, а затем наброситься на врагов, которых нигде не было и в помине. Магическая волна пришла изнутри. Прокатилась по его телу, затем ушла в руку, где и исчезла.
Но не вся, на тыльной стороне левой руки он чувствовал легкий зуд.
Нахмурившись, Северин решил, что его все же отравили проклятые Светлые! Затем уставился на свою руку и…
– Демоны преисподней! – пробормотал Северин, разглядывая нежданно проявившуюся на его руке брачную метку.
Закручивающаяся спираль в центре указывала на то, что его истинная находилась в Светлом Мире.
– За что мне это? – прорычал он, но ответа, конечно же, не последовало.
Но Северин и не ждал, что Боги снизойдут до такой милости, как что‑либо ему объяснять. С Них хватило и метки на его руке. А проклятие это или благость, он выяснит, когда найдет свою избранницу.
КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ
