Последняя из древнего рода (СИ) - Властная Ирина

Для леди Саэры Гэррош был сложен прощальный костёр и каждый сказал прощальное слово. Кто-то вслух, кто-то про себя… вторых было большинство.

Лорд Эйван, слава всем Богам, проявил, наконец-то сообразительность и трогательно поддерживал Лиару, которая безутешно рыдала на его плече, безраздельно пользуясь его вниманием. Я никак не могла понять, что же у неё в самом деле творится на душе: действительно скорбит или использует ситуацию? Мне казалось, что я знаю Лиару, но теперь я не могла с уверенностью это утверждать.

— Дедушка Дарт, а помните, вы говорили, что Саэра была в сговоре со своим отцом и они вместе на доверчивости лорда Фарита наживались? — бросила я тщетные попытки понять Лиару, с меня психолог так себе, чего зря время тратить.

— Думаешь, в барахле её покопаться? — всё же прожитые годы не прошли зря для лорда Дартина.

— Где-то же она должна была золото припрятать. Уверена, она поближе к себе его держала. Саэра доверчивостью не отличалась, любила всё контролировать. В покоях надо поискать, пока все делами заняты, — возможно, я и поторопилась с этим решением, но мне не давала покоя Лиара. Вдруг она тоже в курсе была? Сейчас под шумок перепрячет всё и уплывёт опять золото в руки Даахт, потому что Лиара всё на тряпки и побрякушки спустит! А у меня Жемчужинка без ремонта стоит, да и денег на два-три месяца выплат жалований и всё, а потом и налог в следующем году никто не отменял. В общем, как бы мне неловко было копаться в вещах Саэры, я себя пересилила, и мы с Дартом методично комнаты леди Гэррош обыскивать принялись.

— Ты глянь, сколько у неё побрякушек! Да не абы что, почти всё эльфийской работы, самые дорогие, — возмущался Дарт, вытаскивая из не менее драгоценных шкатулок, изящно выполненные ожерелья, колье, браслеты… украшения просто завораживали: таинственное мерцание камней в хрупкой золотой оправе, готовой рассыпаться от неосторожного движения, притягивали взгляд и вызывали желание немедленно их примерить. — Боги, да здесь целое состояние, — даже равнодушного к блеску камней Дарта пробрало, — если всё это продать, то пару тысяч золотых можно выручить.

У меня из пальцев широкий золотой браслет, усыпанный кровавыми рубиновыми слезами, выскользнул. Просто рука дрогнула от такой суммы, и нет, не от алчности, причиной стало ярое негодование, захлестнувшее душу. Променять благосостояние всех людей баронства на шкатулки с бесполезными цацками!

— Дедушка, у меня к вам просьба, отложите самые дорогие отдельно, я их в тайник уберу, Лиара в день принесения брачных клятв их обратно получит, чтобы никто не смел её упрекнуть, что она ни с чем в новую жизнь вступила, потом она будет вольна ими распоряжаться на своё усмотрение. Все платья Саэры надо в швейную мастерскую отнести, кружева и украшения отпороть, наряды перешить, в награду слугам раздадим, — лично у меня не было сомнений в сказанных словах, но не у Дарта.

— А с чего этого этой приблуде такая честь? Она кто, вообще? Нагулянная дочь крестьянки? — взыграла в Дарте родовая гордость Гэррош, я упрямо смотрела на него и решения менять не собиралась. — Элька, дура, только не говори, что ты не поставила на место эту пигалицу и не рассказала ей правду о её происхождение! — не менее упрямо смотрел Дарт в ответ. — Что? Забыла уже, сколько крови эти бабы с тебя выпили? Забыла, как каждую ночь рыдала от них? Забыла, как я тебя едва успел спасти в лесу? А то одну на родовую стену памяти, а другую рядом с собой посади! Ты Гэррош! Потомок древнего рода! Мало того, ты глава этого рода! Помимо обязанностей, у тебя есть ещё и права! Право на наказание и милость, право на решения и право на почтительное отношение! Я дождусь от тебя проявления гордости и достоинства? Как только ты делаешь один решительный шаг вперёд с этими девками, моя душа начинает ликовать от гордости за тебя, но ты тут же делаешь полшага назад! Элька, — крепко сжал он мои плечи и хорошенечко так встряхнул, словно пытался вытрусить из меня все ненужные мысли, — не бойся быть сильной, не бойся быть твёрдой в своём слове, ты имеешь на это полное право!

Жгучее пламя горело в глазах Дарта, и моя сила, родовая сила Гэррош, отозвалась на эти слова, наполнив пространство изумрудным сиянием… да, Тартас тоже нечто подобное говорил. Но как же безумно тяжело решиться на эту твёрдость, когда хочется сделать так, чтобы всем было удобно… так не получится, всем не угодишь, но и себя я терять не хотела, и тот свет души, что помогал Элии и который ярко горел во мне.

— Лорд Дартин, изгнать Лиару из рода — обречь её на смерть. Относительно её происхождения мы будем с вами хранить тайну… Вы сами сказали, что у меня право на решения, и это моё решение, за которое я буду нести ответственность. Выдадим её замуж, и пусть дальше с ней супруг мучается! Поймите, я не могу обречь её на мучения, она и так мать потеряла!

— Не может она! — не постеснялся передразнить меня Дарт, в корне не согласный с моими словами. Во всех остальных решениях он всегда на моей стороне был, а вот сейчас прям рогом упёрся. — А вот они могли! И обрекали, и наслаждались твоей беспомощностью и страданиями! Забыла уже? — гремел голос рода Гэрроша в Жемчужном.

— Ничего не забыто, уважаемый Дарт, ничего! Но это не значит, что надо тащить в будущее грязь прошлого! Лиара мне не противник, она просто глупая девчонка, которая беспрекословно слушалась свою мать, как и должно ребёнку… — запальчиво возразила я Дарту, но тот издевательски расхохотался над моим порывом.

— Сама-то веришь в свои слова?

— Частично, — уклончиво ответила ему. Мне просто хотелось верить в это, хотелось верить, что в Лиаре есть что-то хорошее и это что-то проявится без тлетворного влияния Саэры.

Наш спор какое-то непонятное гудение прервало, едва различимое, но оттого ещё более назойливое. Я непонимающе по сторонам головой закрутила, а Дарт куда больше моего понимали и быстро из-под подушки артефакт связи выудил, вскинул на меня предупреждающий взгляд и ладонью его накрыл, активируя.

— Сайка, чего так долго? Опять дрыхла небось? — раздался в комнате совершенно незнакомый мне мужской голос, но вот по лицу Дарта я поняла, что ему голос очень даже знаком. — Значит, слушай сюда. Я все документы подправил, всё лишние в надёжном месте припрятал до следующей отправки. Твою долю, как обычно, с отчётами привезу. Эльку не трогай, слышишь меня? — Дархт чего-то приглушённо пискнул в ответ, но и этого было достаточно для старосты Вурха, если я всё верно поняла. — И так потряхивать начало, как бы беды большой не случилось. Береги её и продолжай в доверие втираться, и Лиарке мой наказ передай. Всё, до связи.

С недоброй усмешкой Дарт смотрел прямо на меня.

— Староста Вурх? — сами по себе сжались руки в кулаки.

— Хоть это поняла. Он тоже тебе не противник? Ему тоже просто пальчиком погрозишь, или, наконец-то, будешь вести себя достойно рода Гэррош?

Вопрос, что, по его мнению, вести себя достойно рода, это всех травить направо и налево, проглотила. Потому что он был прав, но и я была права, просто у каждого была своя сторона ви́дения вопроса, и необходимо было соблюсти эту хрупкую грань между жёсткостью и жестокостью… хотя мне и до жёсткости далеко было… я боялась общественного осуждения. Боялась, что люди, которые поверили в меня и поддержали — отвернуться. Сейчас же получалось, что, проявляя доброту в отношении одних — я ухудшала жизнь другим… бездействуя со старостой Вурхом, я потворствовала его дальнейшему разворовыванию моих же земель.

— Я и так веду себя, как глава рода Гэррош! А вы, лорд Дартин, забываете, что в новом статусе я не так уж и много времени нахожусь, и дела не заканчиваются! Я не могу разорваться на части! Я не знаю, за что хвататься в первую очередь. Учиться пользоваться силой? Перерывать архивы в поисках рецепта зелья? Бежать в Залесье? Решать вопрос с полупустыми кладовыми? Думать, как отбиться от наглости рода Даахт, не наживая себе врагов под боком? Древогорцы, разбойники, дархины… список проблем не уменьшается, он увеличивается с каждым днём!