Госпожа из Арленсии. Дилогия (СИ) - Моури Эрли

– Спешишь? – шепотом спросила она. Послышался какой‑то шорох на улице возле калитки.

– Может перепехнемся на твоей кроватке, – вместо ответа прошипел он.

Эриса хохотнула, скрыв смех в кулачок и поманив его пальцем, заставляя наклониться, ответила на ухо:

– Нет… – ее губы сжали острую верхушку его уха. – Хотя это очень соблазнительно. Особенно твой длинный язычок! Жаль, что боги не наградили наших мужчин такими же. Только, мой хороший, – она потерпела его ухо губами, – ты спешишь, и мне нужно поскорее выбраться отсюда.

– Я готов даже пожертвовать шкуркой для Величайшей, может у меня вырастит новая – белая или вообще золотая, – вауруху вдруг встал во весь рост. – Я готов не вытаскивать свой язычок из твоей норки всю ночь! Я!..

Рядом, за забором раздались тяжелые шаги и позвякивание металла. Следом чьи‑то кулаки загремели в калитку.

– Съедим их? – предложил кот.

– Нет, мы от них улетим, – решила госпожа Диорич, отдаваясь в объятья Сармерса.

Он подхватил ее и ударил ночной воздух сильными крыльями. Поднявшись над двором, Сармерс вдруг резко снизился и, жутко заревев, пролетел над главами вооруженных мужчин, которые имели наглость ломиться в калитку. Задние лапы кота успели сбить с чьей‑то макушки чалму и даже оставить пару царапин. Послышались крики, ругань, звон выроненного меча и топот чьих‑то ног.

– Ну зачем ты так! – Эриса не сдержала смех, хотя выходка вауруху была опасна и точно не полезна для нее. Разумнее было покинуть бывшее пристанище тихой ночной тенью. Теперь сколько недобрых слухов добавится к истории с убийством Кюрая!

– Прости, сладкая, не удержался. Больно они наглые, – Сармерс уносил ее в сторону Нижнего города и порта. Так они договорились, претворяя не слишком удачный план госпожи Диорич. План, который она успела придумать так, чтобы оставаться в Эстерате до возвращения Лурация и при этом меньше не попадаться на глаза.

На границе портового привоза и района Грязи было одно место: площадка, куда сгоняли скот перед погрузкой на корабли. Ночами здесь никого не было, и всегда стояла кромешная темнота, зато до порта было рукой подать. Сюда и направила госпожа Диорич своего крылатого друга. Пролетев над крышами домов, он мягко опустился возле распахнутых ворот загона.

– Спасибо, мой верный друг! – Эриса поблагодарила его, перехватив вещевой мешок и прижавшись к коту.

– Друг и любовник, – напомнил Сармерс, не спеша отпускать ее.

– Ну да, – согласилась она. Пока ей было сложно привыкнуть к такой роли вауруху. – И я скажу об этом Лурацию. У меня нет секретов от моего любимого мальчика. Думаю, он не будет ругаться и позволит нам шалить. Давай отойдем – здесь воняет навозом. Туда отойдем, если не сильно спешишь, – предложила она, кивнув на начало улицы, ведущей к привозу. Там было немного светлее и точно также безлюдно.

– Цветочек, важный вопрос у меня вскочил, – он пошел за ней, поджав крылья, чтоб не зацепиться за торчащие из гвоздей доски.

– Какой еще важный? – Эриса остановилась, так чтобы не выходить на светлый участок между бревенчатых стен. Все‑таки в сотне‑другой шагов началась территория привоза и оттуда их могли заметить.

– Вопрос непростой… – Сармерс вильнул хвостом, прищурился вовсе не по‑кошачьи и спросил: – Сына нашего как мы назовем? Для меня это, понимаешь ли, архиважно.

– Ты с ума сошел?! – выдохнула госпожа Диорич. – Даже не думай! Я не собираюсь рожать котят!

– Ясное дело. Котята не выйдут, – попытался успокоить ее Сармерс. – Выйдут маленькие вауруху. С такой мамой они будут очень милые! Всевидящая обязательно включит их в свиту!

– Шетов кот! Скажи, что ты врешь! – Эриса вцепилась в его шерсть. Ведь у нее сейчас были самые подходящие дни, а порошки Лурация она, разумеется, давно не принимала за их отсутствием.

– Ну почему сразу врешь? Конечно, не вру. Дай послушаю, происходит там то, чего я жду, – он мигом сложился пополам и приложил ухо к ее животику. – О, да… – вауруху обхватил ее лапой, прижимаясь сильнее. – Слух вауруху очень тонкий… Иногда вауруху слышит процессы еще до их начала… Да, что‑то есть, – заключил он. – К сожалению ни тройни, ни двойни не вышло, но очень вероятно, будет сын. Так решай, как назовем? – кот лизнул ее ножку. – Хочешь, Фэриком? Мне всегда нравилось это имя. Кстати, он же по закону стануэссом будет? Или нам для этого нужно в брак вступать?

– Пошел ты! – стануэсса попыталась его оттолкнуть. Если сказанное им было шуткой – то это очень дурная шутка. А если нет? Ведь сколько аютанских и эльнубейских историй, что женщины рожали от демонов всяких жутких существ! При чем эти истории болтали не только торговки на рынке, но и были они записаны в некоторых достойных доверия анналах. Были похожие случаи даже в Арленсии. Женщины, разумеется, при этом становились ведьмами и обладали очень опасным колдовством. А столичный музей хранит мумии каких‑то невероятных существ, рожденных теми женщинами при очень странном отцовстве.

– Чего так нервничаешь? Может ты девочку хотела? – вауруху так и норовил потереться мордой о ее животик.

– Отойди от меня! – кота оттолкнуть не удавалось и Эриса отвернулась. Такой приятный, полный радости и удовольствий вечер был испорчен очень мрачными опасениями.

– Цветочек, ну не сердись. Я правда люблю тебя, – стоя на четвереньках, Сармерс преданно глядел на нее жуткими топазовыми глазами. – Не сердись, все у нас будет хорошо.

– Только ты улетишь сейчас неизвестно насколько, – чтобы не смотреть в его глаза, она подняла голову, обратив взгляд к звёздам. Да у нее был Лураций – и это не обсуждается. Но помощь летающего кота была так нужна в эти дни. Дни, пока существует жуткая неопределенность в том, как все может сложиться в Эстерате. Ведь ее могут схватить стражи в любой момент. А может ей придется искать Лурация не в Эстерате, а в Фальме или в Хархуме? Может ее возлюбленный сам ищет ее, опираясь на какие‑то неизвестные ей сведения? Где он сейчас?!

– Увы, улечу… – признал крылатый друг. – Ничего не изменишь. Величайшая приказывает, – повторил он то, что говорил уже дважды. – Мне придется помочь ей в гадком и далеком мирке. Это очень далеко от вашего и от Ауру. Практически в шетовой заднице. Там время течет иначе. Там проходит день, а здесь у вас десять‑двенадцать. Там все по‑другому. Я никак не смогу вырваться оттуда и не услышу твой призыв. Прости, моя киса, но никак.

– Ладно, шетовой так шетовой. И Шет с тобой. Вместе со всей его свитой, – стануэсса, успокаиваясь, положила ладонь на его голову. – Только скажи… Пожалуйста, скажи сейчас правду: ты наврал, что я могу от тебя залететь?

– Как бы нет. Такое вполне может быть, – летающий кот пожалел, что сообщил о высокой вероятности подобного. Расстраивать бывшую хозяйку кольца не входило в его планы. Но уже сказал… Что теперь поделаешь. И он добавил, будто это могло ее успокоить: – И вауруху вынашиваются очень долго. По‑вашему полтора года и больше. Хотя бывает… – он вспомнил некоторые забавные случаи, – полгода, потом, бац, и все – родился, миленький.

Эрису это точно не успокоило. Она так и стояла, запрокинув голову и глядя на мерцающие звезды. Ее ладонь лежала на голове Сармерса без движений.

– Чего молчишь? – не вытерпел кот. – Мне уже улетать надо.

– Ну лети, – сердито сказала она, вспомнив, как ездила в Вестейм к алхимику Герхусу за снадобьем, чтобы прервать ее первую беременность. Тогда она безумно испугалась. Испугалась скандала дома. Ведь ее мать, достопочтенная стануэсса Лиора, была женщиной очень строгих правил. Завтра тоже придется поискать алхимическую лавку или какого‑нибудь апотекария.

– Цветочек, я не хочу так расставаться. Ну не сердись, – попросил Сармерс, потираясь о ее ноги точно обычный, только очень огромный кот.

– Ладно, – она обняла его, – Ничего не могу поделать – настроение упало. Обещай, что появишься, как только сможешь.

– Клянусь! Чтоб я сдох! – он встал с четверенек, выпрямился в полный рост, возвышаясь над ней и обнял ее мягкими теплыми лапами.