Заноза для ищейки (СИ) - Королева Анастасия Юрьевна

– Да, – мужчина согласно кивнул и замолчал.

Дальше мы ехали в тишине.

А я думала. Это единственный ресурс, который сейчас был мне доступен.

Лестер взял два комплекта зелий. Кому предназначался второй? Королю? Если так, то это хорошо. Но всё равно этого недостаточно.

У Кэнморов был порошок, были зелья. Вся еда, которую будут подавать в особняке, может быть отравлена. А если развеять порошок над людьми и отдать им приказ, то что сможет десяток магов, против этой толпы? Да и то неясно, все ли из отдела верны его величеству или так же, как Джеймс, выбрали тёмную сторону.

Да уж, ситуация – хуже не придумаешь. Но ведь можно же что-то сделать? Не один же отдел Лестера занимался этим?

Если бы у меня было больше времени, то я бы смогла… Что? Обезопасить всё королевство? Глупости.

Магмобиль свернул на узкую улочку, проехали ещё немного и остановилась. Значит, меня проведут не через парадный вход. Хотя, а чего я ждала?

– Выходим, хозяин ждёт, – Джеймс обернулся и мягко улыбнулся. Так же мягко и спокойно, как делал это всегда. Потом перевёл взгляд на сопровождение, и мягкость пропала, в голосе прозвучали стальные нотки: – Вы знаете, что делать.

Мужчины слаженно кивнули, словно болванчики и одновременно схватились за ручки дверей. Будто не контролировали своё тело.

Стоп! Они тоже под действием подчиняющего порошка или зелья? Скорее всего, именно так. Уж больно слаженные у них движения, слишком синхронные. Обычно люди так не двигаются.

Выходит, всё у них держится только на подчинении? Нужно искать лазейку в этом направлении. Думай, Эмили, думай! Каким бы многогранным не было действие агассы, и у неё есть слабые места. Нужно только понять, какие именно.

Мы поднялись по небольшой лестнице и оказались в узком коридоре. Джеймс шёл за мной, не пытаясь притронуться. Но я чувствовала его кожей и от этого ощущения волосы на теле поднимались, сигнализируя об опасности.

За одним коридором был другой, потом третий. Узкие двери, открывающиеся сами по себе, невысокие потолки. Полумрак, теснота и духота. Неприятные запахи, смешанные настолько, что мне было сложно определить, чем именно пахло. А ведь это моя специализация – запахи.

Наконец, открылась последняя дверь, и я на секунду зажмурилась от яркого света. Когда глаза привыкли, отметила, что мы попали в какой-то кабинет. Массивный стол из, наверняка, дорогого дерева, картины на стенах. Пока пыталась рассмотреть обстановку, услышала голос:

– А вот и наша гостья!

Голос был мне знаком. Вкрадчивый, мягкий, убаюкивающий. Пропитанный ложью и собственным превосходством. От него холодок прокатился по спине и замер, заставив сердце сжаться от нехорошего предчувствия.

Я моргнула и смогла рассмотреть мужчину. Дорогой костюм туго обтягивал выпирающий животик. Массивная шея торчала из ворота белоснежной рубашки.

Дошла взглядом до ледяных глаз и вздрогнула. Не смогла сдержать дрожь. В этих глазах будто бы горело безумие.

Моя реакция Джолиону понравилась. Его губы растянулись в почти искренней улыбке, и он вновь бросил:

– Правильно, меня нужно бояться.

Сжав руки в кулаки, позволила себе скупую улыбку и слова:

– Меня тоже.

Я не угрожала. Я предупреждала.

Брови Кэнмора дёрнулись, а после он запрокинул голову и расхохотался. Громко, совершенно себя не сдерживая. И смеялся так, пока на глазах не выступили слёзы, которые он потом напоказ вытер белоснежным платком и бросил его на пол. Кусок ткани тут же подобрала откуда-то появившаяся прислуга. Девушка была совсем молоденькой, невысокой и очень худой. Она упорно смотрела вниз, так что её лицо я рассмотрела только в профиль.

Девушка, как внезапно появилась, так и исчезла. Я даже моргнула пару раз, чтобы убедиться – её здесь уже не было.

– Смешно, – прокомментировал мужчина. – Очень смешно, – добавил он, будто я с первого раза могла не понять его слов.

А вот мне смеяться не хотелось.

– Зачем вы хотели меня видеть? – спросила только потому, что молчать было бы глупо.

– Хм, – Джолион сделал вид, что задумался, – может потому, что я не разбрасываюсь ценными кадрами?

Я ничего не сказала, лишь приподняла брови, ожидая пояснений.

– Видишь ли Эмили, – он особенно выделил моё имя, будто думал, что удивит меня этим. Глупо было бы надеяться, что он не знал, как меня зовут. Я и не надеялась. И не удивилась. Мужчине это не очень понравилось, он капризно скривился, как делают дети, но продолжил благожелательным тоном: – Целителей, разбирающихся в ядах не так уж и много, а уж таких, кто интересуется старинными обрядами и растениями, которые у нас не получили широкого применения, и вовсе можно пересчитал на пальцах одной руки. Поэтому ты будешь работать на меня.

Какая же поразительная глупость.

– Вы так в этом уверены? – теперь я усмехнулась легко, хотя ситуация в целом не располагала к веселью.

– Конечно, – он взмахнул толстыми пальцами, будто плёл невидимую паутину. Я напряглась, пытаясь понять, какое именно плетение он сейчас сотворит, но Джолион опустил ладонь и ничего не произошло. – Когда всё королевство подчиниться мне, у тебя тоже не останется выбора.

Вот оно что. Интересное мышление.

Дверь скрипнула и в кабинет вошла женщина. Не узнать госпожу Кэнмор было сложно. Не только потому, что я видела её снимок в газетах, а скорее по размеру драгоценных камней, лежащих на шее. И как она только не переломилась под ними?

– Дорогой, – пропела она звонким, противным голосом, потом заметила меня и мерзко улыбнулась: – О, все в сборе? Тогда нам пора, гости уже ждут.

– Да, – поддакнул ей Джолион и с кряхтением поднялся на ноги. Его движения показались мне какими-то… дёргаными, нервными. Подошёл ко мне и подставил руку, надеясь, что я положу свою ладонь на его локоть. – Прошу, – изображая галантность, он ещё и склонил голову.

– Я могу и сама, – прикасаться к нему не хотелось. И дело было не в страхе, мне было противно.

– Не можешь, – теряя напускное радушие, мужчина вспыхнул от гнева и схватил мою руку. Затем дёрнул на себя, при этом продолжая улыбаться.

Ладонь пронзило болью, словно в неё впилось сотню игл.

– Гости ждут, ты разве не слышала?

Я не ответила, пытаясь справиться с болью. Вот ведь… гадёныш!

Я предпочла промолчать. И так же молча пошла за ним.

– У сына отвратительный вкус, – пристраиваясь по другую сторону, выдала Фрэнсис Кэнмор. При этом она благодушно улыбалась.

Я в очередной раз убедилась, что общение с людьми – не моя стихия. С пробирками, горелками и ядами оно как-то спокойнее. И, чего греха таить, приятнее.

«У вас ещё хуже!», – хотелось ответить мне, но это было бы лишним. Нет смысла нападать, пока я в их руках.

– Соглашусь, – ответил жене Джолион.

На это я тоже не ответила. Пусть потешаются.

Мы прошли по широкому коридору и, пройдя мимо какого-то барьера, я попала в водоворот звуком. Музыка, смех, звон бокалов, стук каблуков. Потом пришли запахи – резкие, неприятные. И я скривилась.

– Не нравится? – не знаю уж как, но Фрэнсис видела меня или чувствовала. – Хотя, что ещё ждать от нищенки.

Допустим, нищенкой я не была, но… Это оскорбление я снова проглотила.

Я украдкой смотрела по сторонам, отмечая детали. Пытаясь придумать хоть что-то. Но… не зря Лестер пытался отправить меня подальше от этого балагана, потому что в оперативной работе все мои навыки были бессмысленными.

Мы дошли до широкой лестницы, перила которой  были украшены цветами и все, собравшиеся внизу, замерли. Стихла музыка и голоса.

Я, вздохнув, посмотрела на разноцветную толпу, безошибочно находя глаза человека, который точно не думал, что увидит меня здесь.

Лестер Хайд стоял чуть в стороне. Вокруг него никого не было, будто сборище снобов избегало его общества. Намеренно игнорировало.

Он смотрел на меня, и я не могла понять по сложной смеси эмоций, отражающихся на его лице, что он чувствовал.