Скелет в наследство - Леонов Николай

Не прошло и часа, как команда откопала информацию на некоего Семенова Алексея Николаевича, фотографа 26 лет, который последние два-три года регулярно снимает события и мероприятия с участием Валентина Максимова. В том числе снимал тот самый праздник, на котором клан Максимовых видел Немкова в последний раз. Гуров с удивлением узнал, что отмечали тогда день рождения Немкова, которому стукнуло тридцать два года. Вот так раз! То есть 18 августа, в воскресенье, развеселая компания шумно чествует Дениса, а уже на следующий день, в понедельник, Денис обчищает карманы Максимова. Да что ж с парнем такое случилось-то?! С чего вдруг он пошел на преступление?

Гурову захотелось поскорее поговорить с Алексеем Семеновым. Фотограф – лицо стороннее, он эмоционально безучастен к происходящему в экосистеме Максимовых, не участвует в дрязгах и склоках. Но при этом два года подряд наблюдает за событиями в этом террариуме. Объективный независимый наблюдатель. То, что нужно для следствия.

Выяснилось, что Семенов прямо сейчас проводит персональную фотовыставку, посвященную легендам российской эстрады, апофеозом которой служат, надо полагать, снимки Валентина Максимова. Лев Иванович не мешкая выехал по адресу галереи «Градиент».

Публики собралось много, и это помогло Гурову. Будь людей мало, Семенову приходилось бы кружиться вокруг них, но большая толпа не требовала внимания, она жила своей жизнью, поглощая искусство, поэтому фотограф с легкостью согласился ответить на вопросы и провел полковника в свой офис.

Семенов был стройным, симпатичным парнем с приветливым лицом, на котором не читалось следов злоупотребления спиртным. Совсем не похож на угрюмых, раздражительных алкашей, какими Гуров не без оснований считал фотохудожников. Все существо Алексея излучало жизнерадостность, его офис прямо-таки фонил положительными эмоциями. Вдобавок человеком Семенов оказался открытым и словоохотливым, даже чуточку болтливым.

– Верно-верно, в прошлом августе я дважды снимал торжества Максимовых, – ответил он на вопрос полковника. – Между прочим, оба раза дни рождения и оба раза в «Банкет-Клубе».

«Удобно, – подумал Гуров. – Я как раз знаком с Арсеном Люпеном».

«Банкет-Клуб» представлял собой большой ивент-центр, предоставлявший банкетный зал и другие площадки для веселого проведения разнообразных праздников. Хозяина клуба Гуров знал лично, хоть и не очень хорошо. Арсен Мкртчян проходил свидетелем по одному делу и запомнился ценным умением давать подробнейшие показания. Также Льву Ивановичу запомнилось то, что за чрезмерную галантность друзья прозвали владельца клуба именем знаменитого французского пройдохи – Арсен Люпен.

– Скажите-ка, Алексей Николаевич, а ведь у вас наверняка весь отснятый материал отсортирован и разложен по папочкам. Своеобразное фотодосье на каждого из родных и коллег Максимова.

– Даже каталог имеется, – заулыбался Семенов.

– И мог бы я пробежаться по вашему каталогу?

Лицо фотографа внезапно посерьезнело, брови сдвинулись.

– А ордер есть? – Но тут же он заулыбался еще шире. – Шучу! Сейчас запишу на флешку. – Семенов повернулся к компьютеру и принялся искать нужную директорию, не умолкая ни на секунду: – Всего в базе, не считая Максимова, досье на двенадцать человек. Это его подружка, кузина с мужем, а также друзья, в том числе общие знакомые. Менеджер Димка с женой. Их приятель Сергей, бесплатный довесок… Тусовщица Софа Кац, лучшая подружка Юлии Волк. Единственная особа, с которой Юлька не поцапалась. Талия, танцовщица, точного имени ее не помню, но вы найдете в файле каталога. Давно ее не видел, поэтому забыл. Похоже, покинула тусовку. Потом у нас идет кто? Игорь Смирнов, видеоблогер. Мой двойник, он тоже снимает жизнь Максимовых, но на видео. Вам с ним бы поговорить. Я серьезно. Не помешает. Видео расскажет больше, чем снимок. Та-ак, кто еще?

Семенов на пару секунд задумался, затем вскинул указательный палец:

– Ага! Попов, костюмер Максимова. Он старше меня гораздо, ему уже сорок два, но я его Борькой зову. Он мужик такой, знаете. Простой, компанейский. Реальный чел, короче. Потом есть еще Андрей Иванович Пискарев, адвокат Юльки. Про этого мало что знаю. Он не тусит, только на больших праздниках появляется, ну там, день рождения чей-нибудь. Пожалуй, все… Конечно, на самом деле это не все, на снимках вы увидите гораздо больше людей, но на случайных персон я не заводил «досье», как вы выразились.

«Ясно, – понял Гуров, – не стал выделять тех, кто не входит в экосистему Максимовых. Что ж, мне так отчасти удобнее».

– Например, у Юлии есть приятель Никита. Серьезный такой мужик, при бабле. Он Юльку лет на десять старше. Возможно, виды на нее имеет, впрочем, я не в курсе. На него я папку не заводил. Он редко на тусовках появляется и каждый раз запрещает себя фоткать, так что в кадр попадает лишь случайно, в толпе.

– А есть ли у вас на снимках некий Денис Немков?

Улыбка тотчас пропала. У Семенова зачесалось ухо, да так сильно, что он сморщился.

– Есть, целая папка с ним есть… Я-то его нормальным челом считал. Но ошибся. Да вы знаете, конечно, о случившемся. Деньги он стырил из кассы и сбежал. Из-за этой кражи отменили прошлогодний концерт. А знаете что? – Алексей внезапно притих, задумавшись. – Ведь в прошлом году последней моей работой как раз были съемки на дне рождения этого засранца. Максимов для ворюги целый пир закатил. Восемнадцатого? Да, восемнадцатого августа. И все, после этого я ничего не щелкал…

Фотограф протянул полковнику флешку.

– Ой, вру! – воскликнул он и треснул себя ладонью по голове. – Были и другие съемки, я же снимал похороны старой тетки Максимовых. Секундочку-секундочку, дайте вспомнить… Четвертого сентября. Да. Но на этом все. И похороны – это не считается. Я же вам про тусовки говорил. Так вот, с тех пор как концерт отменили, Максимов до конца года никаких тусовок не проводил. Только на новогодние праздники небольшие посиделки в узком кругу устроил. Прямо скажу, скромные и тихие. Нетипичные для Максимовых. Скучно год закончился, поводов для веселья у нас тогда не было.

В этот момент из выставочного зала раздался растущий гул возбужденных голосов, которые перекрывал другой, громкий и резкий, хорошо узнаваемый голос. В галерею прибыл лично Валентин Максимов.

– Встретим? – предложил Семенов.

Гуров согласился, и оба покинули офис. Очень вовремя, потому что в этот момент певец заметил среди посетителей свою кузину. Это было несложно, так как дамочка вырядилась во все красное. Надо полагать, она явилась сюда в поисках клиентов для себя или для мужа.

– Твоих рук дело, ворона? – громогласно рявкнул Валек. – Ты скелет подсунула, чтоб мой гараж оттяпать?

– Твой гараж? – возмущенно взвизгнула женщина. – Твоим будет то, что ты накакаешь. Прихватизатор нашелся! Говори, кого замочил, лох!

– Думай, что несешь! Хотя чем тебе думать, кукла фарфоровая?

Подобными эпитетами Юлечку было не смутить.

– По твоей уголовной харе видно, что ты мокрушник, – категорично заявила она, а затем язвительным тоном пропела: – Или это твоя Лика очередного кобеля укокошила, чтоб ты ее с довольствия не снял?

– Заткнись, ворона!

Юлька придала лицу комично-недоумевающее выражение и захлопала округлившимися глазами.

– Что, думаешь, ты у нее единственный? – Затем выражение наивности моментально сменилось презрительным. – Она тебя юзает, как самого заурядного папика! Лох!

– Ты-то в этом разбираешься, столько папиков перебрала. Кстати, как там твой Малюков поживает? От жены ушел или все еще в процессе?

Трудно было понять, злятся они друг на друга или получают удовольствие от публичного шоу, которое уже привлекло всех посетителей выставки. По всей видимости, и злятся, и кайфуют одновременно. Публика, затаив дыхание, следила за перепалкой, кое-кто украдкой снимал на телефон. Гуров ругал себя за то, что не вмешивается, но прекращать скандал не хотелось, поскольку сцепившиеся родственнички могли выболтать важные для следствия секреты.