Без права на взаимность - Багрянцева Светлана

– И что теперь делать? Пристрелить Рамию за то, что она оступилась? – спросил Али нервно.

– А как ты собрался позор с семьи смыть? Мой отец пристрелил бы без сожаления, – заявил Мурад таким тоном, как будто для него это что-то обыденное.

– Мы не на родине, Мансур. Наши родители приехали сюда в конце девяностых и остались жить. Им дали гражданство, они не имеют права нарушать местные законы. Да и на родине сейчас такое по закону преследуется. Теперь ты и со мной общаться не будешь.

– Ты тут при чём? Мы остаёмся друзьями, но свадьбы точно не будет. Выдавай Лале срочно замуж, пока скандал не разразился.

– Это хорошая идея. Сегодня Русамовы свататься придут. Возможно, я верну вам вашу часть денег за свадьбу, а Лале поженим в этот же день, ресторан заказан, уже приготовления завершены, – сделал предложение Али.

– Даю тебе три дня, чтобы подумать над этим. Потом я позвоню в ресторан и всё отменю. Часть денег пропадёт, но тут уж ничего не поделаешь, – махнул рукой Мансур.

Лале в это время пряталась за кустом ежевики и всё слышала. Подобраться близко к брату и его другу было непросто, но она это сделала. На душе закипала злоба, она давно мечтала о Мураде и не пойдёт замуж за Алишера. Теперь ей ничего не стоит отомстить ненавистной сестричке и Мураду. Да, её семья будет опозорена, но они сами виноваты, что приняли дочь шлюхи как родную. Проклятая Рамия отобрала у неё любовь отца, мамы, а потом и Мурада. Она всё время старалась урвать себе лучший кусок жизни.

Несмотря на то что Рамия младше на полгода, она с детства была на полголовы выше, и Лале приходилось донашивать за ней вещи. «Зачем покупать, когда это ещё хорошее», – говорил папа. И у Лале были обновки, не без этого, но не настолько часто. А ещё у ненавистной сестрички аллергия на арахис и конфеты с ними не покупали, хотя Лале обожала их с младенчества.

Брат с другом пошли в сторону дома, девушка тихо пробралась под навес и села на лавочку.

«Я могу подсыпать этой гадине порошок из арахиса в суп, пусть уродина сдохнет. Но я сделаю лучше, выставлю её фотографию в интернете и напишу такое… Невеста адвоката Мурада Гапиева обнимается с преступником, которого он упёк в тюрьму. Хороший заголовок для скандальной статьи», – зловеще улыбнулась Лале, она даже знала, кто ей поможет с этим.

Брат Жанки ей должен, так пусть отрабатывает. Он блогер и ведёт какой-то паблик в соцсетях. По счастью, его телефон был, Лале стала звонить.

***

Рамия сидела в комнате, боялась выйти. Она слышала, как пришёл брат с работы, потом пошла в уборную и уловила голос Мурада. Хотелось бежать из дома, но куда? У неё не было подруг, которые смогли бы принять на длительное время. Кто-то из их диаспоры не будет этого делать, а две русские приятельницы уехали учиться в другой город.

В доме воцарилась тишина, Рамия подошла к окну, которое смотрело на задний двор. Мурад и Али разговаривали под навесом. За кустами ежевики виднелось что-то пёстрое. Возможно, сестра подслушивает, с неё станется. Теперь уже поздно, что-либо предпринимать, она сама сглупила, когда доверилась Лале и поверила, что та действительно хочет помириться и быть настоящими сёстрами.

В животе заурчало, Рамия посидела немного на кровати и всё же решилась спуститься на первый этаж и поесть. В холле она столкнулась с Али. Тот подбежал к ней и отвесил оплеуху.

– Как ты могла опозорить семью?! Что я теперь маме скажу?! Как отцу в глаза буду смотреть?! Не уследил, выпустил из ежовых рукавиц! Не стоило отцу разрешать вам вольности!

– Мы живём в светском обществе. Моя мама была русская, – заявила Рамия, но голос выдавал испуг.

Али схватил её за косу и резко дёрнул, заставляя прогнуться в спине.

– Ты забыла, в какой семье живёшь?! Неважно, кем была твоя мать! Мы приняли тебя как родную, я полюбил тебя как сестру, а ты плюнула мне в душу! Я бы сейчас прибил тебя, но мне нельзя портить репутацию врача избиением женщины.

Али отпустил, и Рамия упала на паркет. – Надо отцу позвонить, пусть сдвигает отпуск и первым рейсом летит сюда. Если мы вас с Лале срочно замуж выдадим, возможно, всё обойдётся. Фарход к тебе присматривался, но Мурад его опередил.

– Я не выйду за него замуж. Ему пятьдесят и четверо детей, – сказала Рамия, поднимаясь с пола.

По щекам текли слёзы. Дядя Фарход жил на их улице, два года назад у него умерла жена, и он один воспитывал детей. Это откровенно неравный брак, он же ей в отцы годится.

– Кто спрашивал, твоё мнение?! Или что, хочешь, чтобы отец по обычаю нашего народа смыл позор кровью?!

Рамия вздрогнула от этих слов, подошла к брату, упала на колени и обняла его ноги.

– Братик, скажи отцу, что я не виновата. Это Лале меня подставила. Братик, отец же не убьёт меня? Не убьёт, правда? – начала умолять она, страх затопил разум.

– Не попадайся мне на глаза, дай остыть, иначе я не выдержу и сам тебя пристрелю, – Али отстранился и направился к лестнице.

– Глядите, она оступилась и теперь умоляет простить её. Из-за тебя я вынуждена выйти замуж за Алишера Русамова, хотя с детства ненавидела его. И что теперь, будешь и дальше утверждать, что это я тебе неприятности устроила? Зачем, спрашивается, чтобы самой пострадать? Скоропалительная свадьба не то, о чём я слёзно мечтала, – в проёме двери появилась Лале.

– Гадина, тебе ещё отольются мои слёзы, – Рамия поднялась и пошла на кухню.

Глава 11

Что-то громыхнуло на кухне, Эмиль подскочил с кровати и ринулся туда. У него не было в доме кошки или собаки, поэтому сразу подумалось, что забрались воры. Оказалось, у плиты хозяйничает Андрей.

– Прости, разбудил тебя. Хотел яичницу пожарить, но уронил сковороду, – улыбнулся друг.

– И тебе доброе утро, Зверь. А что ты у меня делаешь, напомни слабоумному? – скривился Эмиль.

– Ты вчера около часа драл проститутку, а потом напился как свинья.

– Я её избил, что ли? – изумился Тахджиев.

– Нет, но ты затрахал её так, что она от тебя почти выползла. Потом ты пил столько, сколько смог. Я немного протрезвел после секса и отвёз домой. Не сам, конечно, на такси. Ты предложил заночевать, я согласился, – усмехнулся Андрей, накрывая сковороду крышкой.

– Вот как, я тебя переночевать оставил, ни фига не помню. Проститутка сейчас всплыла в голове, зачётная девка. Самый яркий момент – это красивая незнакомка в скромном платье, а потом появление Гапиева.

– Сейчас завтрак будет готов. Иди умываться.

– В душ на пять минут надо в себя прийти.

Эмиль ушёл в уборную, посмотрел на себя в зеркало. Из отражения на него глянула помятая рожа с начинающейся щетиной. Бриться не хотелось, он почистил зубы, принял контрастный душ и снова отправился на кухню.

Андрей к этому времени уже накрыл на стол. Разложил яичницу по тарелкам, нарезал колбасу и сыр. Из кофемашины доносился приятный аромат. Тахо блаженно улыбнулся, сел напротив друга и поблагодарил за завтрак.

– Мне даже неловко, ты у меня в гостях, а готовишь. Ещё Гапиев из головы не выходит. Чую, не к добру мы встретились, – Эмиль задумчиво повертел вилку в руках и начал есть.

– Встреча с адвокатом почти всегда не к добру, он либо твой защитник, либо потерпевшего. Даже если потерпевший, ты сам, всё равно не айс, – захохотал Андрей. – Ты можешь ему отомстить, пусти слух, что его невеста изменила ему с тобой, причём сама пришла.

– Ну его, связываться ещё. Девчонку жалко, Мурад от неё откажется. Мы же из одной диаспоры, знаю его семью не понаслышке. Отец приятельствует со старшим-Гапиевым. Они из тех, для кого светская жизнь – хороший дом и престижная работа. В остальном придерживаются каких-то старинных обычаев. Невеста оказалась не девственница в первую ночь, с треском выпрут из дома. Жена изменила, пристрелят, не задумываясь особо. Я человек верующий, но там прям зашкаливает, поэтому я с Мурадом в своё время не подружился и с Селимом тоже. Да и по возрасту они мне не подходят.