Долгое бегство (ЛП) - Кук Глен Чарльз

Но во-первых, нас тормозит толпа новобранцев: всякий сброд из Трубы, а также матросы с корабля, доставившего нас на Салатный полуостров. Никто из этого дерьма не пригоден для серьёзного марша.

А во-вторых, чтоб ещё больше замедлить продирание через чащобы, в которых нет и намёка на дорогу, нас задерживает обоз — ну, вы знаете — животные, телеги, повозки. Маркитантки.

И конечно же, будучи собой, я совершил очередную глупость, а именно: включился в ряды наших разведчиков, нащупывающих лучшую тропу через лес.

Рассказывать особо не о чем: насекомые, жара и влажность днём, и промозглый холод ночью. Пока никто не голодает, но каждый день солонина с сухарями… надоедает, знаете ли.

Её улыбка как лучик света в темноте, ведь у меня, пожалуй,

самое

чёрное

настроение

в Чёрном Отряде.

Кстати, а почему Душечка оказалась в авангарде, когда ей самое место среди нашего командного состава, на случай внезапного нападения вражеских колдунов, науськанных Леди?

Что-то те пока не горят желанием нападать. Буквально недавно одного из них мы нашпиговали стрелами из баллисты и сожгли. Второй Взятый за два месяца. Это чуть поумерило пыл остальных, заставило их нервничать и крепко разозлило.

А Душечка оказалась в первых рядах потому, что дежурным колдуном у следопытов был назначен Молчун. А тот никак не может расстаться со своей любимицей, тем более оставить её в толпе похотливых матросов и прирождённых правонарушителей, ещё не до конца усвоивших, что в Отряде команда «Руки по швам!», в отношении Душечки, на самом деле означает: «Руки прочь, а то, сука, сдохнешь!». И исключительно повезёт, если это случится быстро.

Не стоит даже пытаться заигрывать с нашим самым ценным активом.

Наконец, Ильмо объявил привал у ручья с кристально чистой родниковой водой. Время обеда для нас и насекомых.

К блохам, вшам и комарам я давно привык. Здесь к ним добавляются клещи и слепни. Эти гады просто пикируют и выхватывают из тебя кусок мяса.

— Ты чего такой кислый? — Ильмо пристроился рядом со мной.

Я отловил клеща, спешащего на север по моей штанине.

— Прошлой ночью один из этих маленьких мерзавцев устроился прямо на головке моего друга.

— Наверное, это выглядело забавно, — улыбнулся добрый сержант.

— Лучше скажи, вот мы вместе уже прилично протопали. Когда эта грёбанная чаща закончится? — В нашей профессии мы по службе обычно идём туда, где живут люди: либо для их защиты, либо чтобы убить. Это ни хрена не бывает в лесу.

— Когда-нибудь. — Ильмо был настроен философски. — Насколько помню карты, если всё время идти прямо, то, рано или поздно, снова найдём цивилизацию. Так что крепись и стойко преодолевай трудности.

— Может, было бы лучше принять бой.

— Может быть, но тогда сейчас мы с тобой валялись бы в канаве, которую пышно называют братской могилой.

Отступление может лишь отсрочить неизбежное. За нами оставалась довольно широкая просека.

— Мы просто всё глубже закапываемся в дерьмо.

К нам через лес продрались Масло с Ведьмаком, которые были самыми опытными следопытами, поэтому шли впереди всех.

— Там примерно в четверти мили впереди какая-то хрень, — заявил Ведьмак.

— На поляне, — добавил Масло.

— И поляна тоже какая-то не очень.

Ильмо выкрикнул:

— Молчун! Сюда! Нужна твоя помощь.

С Молчуном пришла Душечка. Колдун в её присутствии всегда ходил с напряжённой, мрачной рожей. Эти двое представляли собой действительно странную пару: он — колдун, а она — ходячий антимагический кошмар, рядом с которым любая магия бессильна.

По-настоящему они никак не смогут соприкоснуться, но Душечка для Молчуна — смысл жизни.

Есть какая-то легенда о влюблённых, которые прокляты видеться только раз в год. Наша ситуация, может, даже хуже.

Душечка уже что-то чувствует? Масло с Ведьмаком кого-то притащили за собой?

Я уже выработал рефлекс: чуть что плохое — смотрю в небо. Если Взятые нападут, то появятся сверху.

Ильмо велел Молчуну проверить находку разведчиков.

Высокий и худой как палка колдун не выразил счастья, но присоединился к разведчикам, которые тоже не горели желанием показывать свою находку. Молчун оставил Душечку на меня.

Она присела рядом и показала жестами:

— Привет, Каркун, — многообещающее начало.

Я ответил на языке жестов:

— И снова, привет. Чувствуешь какую-нибудь опасность?

Она пожала плечами, указала вперёд и ответила:

— Там что-то странное.

Ильмо дал Молчуну десять минут форы:

— Седлайте двуногих коней, парни. Пора выдвигаться.

Кто-то откликнулся:

— Да здравствует служба в нашем славном Отряде! Никогда не скучно.

Окружающий мир гораздо старше, чем думает большинство людей. Вот уже много столетий происходит одно и то же: скверные люди, злобные существа и полная хрень вокруг. Хорошее тоже случается, но мы такое редко помним.

В тысяче мест хранятся, запечатанные под землёй чьи-то мрачные, позабытые проделки. Одной из них, кстати, когда-то была и ныне правящая повелительница тех чудовищ, что сейчас охотятся на Отряд: Госпожа из Башни в Чарах.

Похороненное зло порой шевелится.

То, на что набрели Масло с Ведьмаком, вполне могло быть подобным местом.

Поляна была совершенно лишённой леса вокруг, даже кустов, в полмили в поперечнике. Почва на ней была кочковатой, покрытой белёсой травой, с кремовой полоской по всей длине, но только с одной стороны травинки. Кроме редких полевых цветов на вершинах самых высоких кочек здесь больше ничего не росло.

Ощущение от поляны было жутким.

Душечке она совсем не понравилась.

Поляне Душечка тоже не понравилась. Едва мы показались из леса, трава распласталась полукругом на десяток метров вперёд, устремившись прочь от нас.

Следопыты стояли на краю, что-то обсуждая между собой.

Молчун вышел на открытое пространство. Любитель торопить события. Время от времени он опускался на колено и касался рукой почвы.

Наконец, повернулся к нам, вытер ладоши о штаны и сообщил, что много лет назад здесь было поселение. Его стёрли с лица земли мощной магической атакой. Остался сильный магический фон, но это не смертельно. Да, могут быть кошмары, но в остальном… В общем, поляна безопасна для стоянки.

Я скептически посмотрел на небо. Безопасно? А сверху?

Если разбить лагерь там, где нам видно небо, то и с неба, в свою очередь, нас видать.

Я передал Ильмо заключение Молчуна. Сержант отправил двух новобранцев из Трубы — Подарка с Даготом посыльными, сообщить о нашей находке Лейтенанту.

Трава с поляны может быть полезной для наших животных. Они плохо питались с тех пор, как мы начали шариться по лесу.

За две ночи до полнолуния, едва догорели угли заката, взошла луна. Ваш летописец, забравшись обратно в лес, укутался в одеяла, намереваясь преподать урок храпа. День был тяжёлым.

Ночное светило ярко светило, когда проснулся мой мочевой пузырь и начал настойчиво требовать его прогулять. Я с изяществом и стилем выполнил этот манёвр, а затем нырнул обратно под одеяло, но…

Какого черта?

Я обнаружил, что угодил в чьи-то объятия, и на ощупь это была женщина. И это точно НЕ Душечка, потому что Душечка никак не могла быть такой же высокой и пышногрудой, да и никогда бы не попала в подобную ситуацию со мной.