Ученик Белого Дьявола 5 (СИ) - Голд Джон

Голубое Небо, ОгнеЦвет, Водоворот — каждая из Сект пыталась откусить кусок побольше, не желая потом торговаться на аукционе. Тут-то Валентайн разгулялся, требуя вместо денег тысячи строителей, рабочих и сотни самых разных специалистов.

[У Сект есть Внешние Кварталы Слуг. По численности населения они тянут на целый город.]

В пострадавшее маркграфство Валентайну требовалось в ближайшее время вдохнуть новую жизнь.

[Одни люди сбегут. На их место придут другие. Мне надо восстановить стены, три четверти города и бог знает что ещё,] — думал про себя Пакур.

Сейчас, когда Секты вынуждены конкурировать друг с другом, появилась возможность выжать из них максимум ресурсов. Чем Пакур и пользовался по полной.

Переговоры затянулись почти на сутки. Оценщики Сект раз десять мерили тушу мегамонстра, требуя себе самые ценные куски. Присутствующий на переговорах генерал армии Колоссус всё слушал… Записывал… И говорил, что именно этот «жирный и вкусный кусок мегамонстра» отойдёт императорской семье.

Старики из Сект скрипели зубами, но в противовес ничего не могли сказать. Если на аукционе кто-то скажет: «Голубое Небо забрало самые ценные куски Фираксиса» — жди беды. Обязательно найдутся люди и нелюди, посчитавшие такой раздел добычи несправедливым.

Проведя почти сутки за торгами, Валентайн вернулся в крепость и дал приказ выпускать людей в город.

[Хватит уже держать этих нахлебников! Пусть возвращаются к работе. В этом месяце, так и быть, не стану собирать налоги.]

Проглотив пару «Пилюль Бодрости», правитель Ностромо отправился в особняк Оленя. Тот держал минимум слуг, уже который год маскируя свой дом под лавку, оказывающую «бухгалтерские услуги».

Придя к нужному зданию, Валентайн нахмурился. Купол защитной формации над домом Оленя до сих пор работал. Причём Пакур не мог войти внутрь по своему желанию.

Почуяв гостя, мастер формации сам открыл дверь. Выходя наружу, он чуть пригнулся, чтобы не задеть косяк ветвистыми рогами.

— Чего пришёл? — произнёс Олень, опираясь на странный зонтик.

— А ты всё тот же? — Пакур недовольно оскалился. — Ни здрасьте, ни как у тебя дела, Пакур. Приглашения на чай от тебя даже дамы не дождутся… Скорее Небо рухнет, чем у тебя появятся манеры.

— Спасибо за комплименты, — Олень кивнул, не моргнув и глазом. — Не знал, что ты на них вообще способен.

— Да иди ты! — Лорд махнул рукой, но уходить не стал. — Хочу обсудить твою долю добычи с туши Фираксиса. Ты, как обычно, сидишь в своей берлоге… Я за тебя её продал трём Сектам. Кусок перепал и армии империи Колоссус.

Мастер формаций даже зевать не стал. Взгляд, поза, мимика — ничего не изменилось. Выслушав Пакура, он развернулся и направился обратно в дом.

— Скучно. Посчитай всё сам, Пакур. Потом пришлю слугу забрать те медяки, что твоя щедрая душа мне насчитает.

— ТВЕРДОЛОБЫЙ УПРЯМЕЦ! — Валентайн в гневе ударил рукой по барьеру. — Ты мог добиться в миллион раз большего, если бы не сидел в лавке бухгалтера на задворках цивилизации… Никто не знает, жива ли ещё Сильвания! А ты годами цепляешься за её тень.

— Заткнись, — спокойно произнёс Олень, не оборачиваясь. — Не все зверолюди одержимы властью, как ты, Пакур. Мне жаль, что старый Обенель вынужден терпеть твой вспыльчивый характер. И я не потерплю оскорблений в адрес леди Сильвании!.. Даже от тебя.

Валентайн оскалился, показывая зубы. Так зверолюд выражал своё недовольство, но никак не злость. Слишком многое связывало правителя Ностромо и упрямца, живущего затворником в этом особняке.

— Как ты это сделал? — прорычал Пакур. — Как выманил Духовное Чутьё Фираксиса в город? И что это было за голубое солнце?

Олень остановился и несколько удивлённо произнёс:

— Я думал, это твоих рук дело… Хм, вот как⁈ Теперь мне и самому стало интересно. Изучу на досуге.

Чуть пригнувшись, Олень вошёл в свой дом. Валентайн отметил про себя, что зверолюд почему-то опирается на зонтик.

[Он, что… Ранен? Впрочем… Раз молчит, значит, держит ситуацию под контролем.]

Забыв о старом знакомом, Пакур направился обратно в крепость… И замер, сделав всего шаг. Из-за странного поведения Оленя Валентайн едва не пропустил мимо ушей его ответ.

[Так это не он выманил Фираксиса? Тогда кто?]

Прокрутив в уме всю битву, Пакур вспомнил разряд молнии, отлетевший в сторону во время взрыва голубого солнца. Медленно, но верно, до Лорда стало доходить:

[Мне не показалось… В ключевой момент битвы за Ностромо в центре города находился кто-то ещё!]

Глава 4  

Бухать!

14 марта

Оставшиеся шесть дней до Турнира Континента большая часть Сект, знатных домов и тайных организаций муштровала своих учеников.

— Шесть часов медитаций! — орали учителя в баронских семьях.

— Восемь часов! — в графских.

— Десять часов, или остаёшься без обеда! — злым шёпотом давили наставники в герцогских домах.

— Иди на улице поиграй, — зевая, бедняки выгоняли молодняк на улицу. — Мы с матерью пока над братиком для тебя «подумаем». Только на него вся надежда.

Правила Турнира Континента до безобразия просты. За тысячи лет существования материка Крыла их выучили все адепты. В первый день адепт делает ставку. Надо за шесть часов поместить в специальную сферу свои духовные частицы. Чем больше поставил, тем выше будет возможная награда… И тем меньше сил останется на сам Турнир.

Всего будет двадцать отборочных этапов. На пятом, десятом и пятнадцатом можно сойти с дистанции и получить награду согласно ставке. Одни обретают просветление на пути адепта. Другие — секретные техники своей стихии. Третьи — лечение старых травм. Только Небо знает, где и какие награды участник Турнира может найти… Но только те, кто доберётся до последнего этапа, имеют право попросить у Неба то, чего желают сами.

Причём победитель Турнира Континента будет не один. Их может быть аж до десяти — по одному на каждый уровень Очищения. Таким образом, даже адепт-нулёвка [1−0], едва ступивший в Поднебесье, имеет шанс получить от Неба награду.

Однако девятнадцать отборочных этапов не оставляли места для случайностей. Из года в год до финала добираются ТОЛЬКО сильнейшие из сильнейших адептов… Ну или очень удачливые типы.

…

Декстер Крауч работал в Секте Ледяных Цветов до потери пульса. Удача, связанная с талантом «Поцелованный Небом», срабатывает только в том случае, если сам Декс прикладывает максимум усилий.

В своей новой жизни в Поднебесье детектив продолжал ловить преступников. Только теперь не среди смертных, а среди адептов Секты. Благо из-за Турнира появилось много криминальных элементов. Каждый адепт считал, что это его шанс стать чуточку сильнее… Ну или не чуточку.

Разница в развитии адептов в один-два уровня порой походила на пропасть. Декс узнал, что среди элиты Секты Ледяных Цветов есть гении, имеющие на четвёртом уровне [1–4] даже больший размер Ядра, чем у него.

[Четыре тысячи! А у кого-то даже четыре с половиной.] — Холодный пот прокатился по спине детектива. — [Боже! Да все Внутренние Ученики — монстры. Я причислял себя к элите, считая Ядро вместимостью в три тысячи единиц вершиной, доступной человеку… А тут! Четыре с половиной тысячи. В полтора раза больше, чем у меня!]

Где-то на другом конце материка сквозь сон громко чихнул Михаил Войд. У него на четвёртом уровне Очищения размер Ядра достигал семи с половиной тысяч.

Следом чихнула Табелла Радж — личная ученица наставника Келебана из Секты Ледяных Цветов. Девушке вдруг вспомнился дикарь, сбежавший из засады около десантного бота.

[Показалось, наверное⁈] — имея талант, схожий с предсказанием, девушка поёжилась, предчувствуя проблемы. — [Точно показалось… С чего вдруг я вспомнила о том случае⁈ Тот дикарь наверняка погиб. А если выжил, то точно не будет участвовать в Турнире.]

Не только Декстер пытался повысить свои шансы на победу. Кореянка Ан Минхо, помогавшая тройняшкам, тоже день за днём трудилась. Девушка выполняла задания Секты. Один из старейшин пообещал ей секретную технику для тела «Инь». Минхо имела уникальное духовное тело, максимально совместимое со стихией льда.