Наследие Пламенных (СИ) - Дмитриева Ольга

— Встали, оба! — голос эльфа был холоден, как лед.

Парни подскочили как ошпаренные и вытянулись, не смея поднять глаз на учителя. Райга и принц встали рядом с друзьями и приготовились защищать их от гнева наставника.

— Кажется, я предупреждал тебя… Неужели?.. — с подозрением протянул он.

Лицо Ллавена стремительно бледнело. Миран исподлобья посмотрел на учителя и сказал:

— А что такого-то? Это случилось из-за моей магии…

— Да он же просто не понимает, что делает, — взмолилась Райга. — Это просто лунная…

В следующую секунду Ллавен испуганно зажал ей рот рукой. Лицо его при этом стало таким же белым как снег. Девушка почувствовала, что юного эльфа колотит крупная дрожь.

На лице магистра Лина появилось непередаваемое изумление, сменившиеся яростью. Одним рывком он оторвал Ллавена от Райги и впечатал в ствол ближайшего дерева. Затем эльф разорвал ворот рубашки своего младшего родственника и резким движением сорвал с его шеи медальон в виде цветка. Тот самый, что достался ему от матери, и который он так берег.

Райга, принц и Миран непонимающе уставились на них. Еще никогда они не видели на лице наставника такой ярости и злобы.

Следующим движением магистр выхватил с затылка Ллавена прядь волос. И адепты увидели, что среди кремовых прядей виднеется одна отчетливо-черная, которой секунду назад там ещё не было!

Ллавен молча закрыл глаза, будто готовясь к смерти. Едва сдерживая дрожь, магистр положил руку на эфес хаотаки. Тут оцепенение спало с Райги, она молниеносно подскочила к наставнику и обеими руками удержала его руку на рукояти, не давая выхватить клинок из ножен.

— Магистр Лин! Что происходит⁈ — взволнованно выкрикнула она в лицо учителю. — Что он такого сделал⁈

Какое-то время магистр молча смотрел на нее единственным глазом. Из его груди рвалось тяжёлое дыхание, чувства на прекрасном лице сменяли одно другое.

— Ты даже не представляешь, что он такое, девочка, — наконец, выдавил он. — Погибель эльфов…

Брови Райтона поползли вверх. Принц невольно отступил на шаг, с нескрываемым изумлением оглядывая Ллавена. Миран осторожно поднял медальон и теперь в полной растерянности стоял, сжимая его в руках.

Райга не отрывала взгляд от лица своего учителя. Тот медленно разжал руку на шее эльфа и отступил на шаг. Но выдохнуть адепты не успели — одним изящным жестом наставник призвал пламя. Ллавен закричал, когда столб огня упал на него с небес.

Отчаяние и недоумение захватили все существо Райги. Дальше она действовала по наитию. Откинула в сторону рыжую челку и распахнула глаз. Заклинание магистра покинуло тело Ллавена и тонкой струйкой втянулось в пылающий золотистый глаз.

— Что это⁈ — изумленно прошептал магистр. — Ты… Не смей этого делать!

Заклинание полностью скрылось в артефакте. Боль в глазнице нарастала. Девушка чувствовала, что сдержать чужое пламя очень сложно, но она не могла позволить учителю навредить Ллавену. Магистр схватил ее за плечи и встряхнул:

— Отпусти мое заклинание. Это чужая магия! Ты не сможешь сдержать его. И сгоришь вместо него.

Он бросил красноречивый взгляд на обескураженного Ллавена. Райга в ответ лишь помотала головой и прошептала из последних сил:

— Что вы делаете? Он не сделал ничего плохого. Он спасал вас…

Тут она почувствовала, что чужое пламя внутри артефакта не собиралось подчиняться. Глаз закрылся сам собой и вспыхнул болью. Казалось, что все ее внутренности пожирает огненный смерч. Девушка закричала от боли и потеряла сознание.

Райтон стиснул кулаки. Он до сих пор не мог поверить, что Райга это сделала. Спасла Ллавена. И вероятно ценой своей жизни. От ее крика кровь стыла в жилах. Магистр Лин подхватил свою ученицу на руки. Видно было, что наставник изо всех сил старается сохранить привычно бесстрастное лицо. Однако в его взгляде продолжали бушевать чувства. Отвернувшись, он бросил парням:

— Нужно уходить. За нами может быть погоня.

Теперь им приходилось продвигаться медленнее. На руках у магистра Лина в беспамятстве металась Райга. Руки учителя прижимали девушку к груди, не позволяя двигаться, и лишь сотрясающая ее дрожь и хриплое дыхание давало понять, что она в бреду. Миран и Райтон поддерживали Ллавена и помогали ему идти. Пламя все же задело юного эльфа, и теперь каждое прикосновение одежды к коже причиняло ему боль. Однако он стойко терпел, стараясь переставлять ноги в такт движениям товарищей.

На обед они остановились у замерзшей речки. Магистр уложил Райгу на землю и принялся шептать эльфийские заклинания. Ллавен отошел на другой конец прогалины, сбросил куртку и рубашку и занялся тем же самым, только лечил он себя. Миран и принц стояли рядом и смотрели, как медленно его кожа перестает быть красной и припухшей, а волдыри исчезают. Черная прядь шириной в палец мелькала среди кремовых волос.

Темный помялся и протянул другу его медальон.

— Спасибо, — прошептал Ллавен и повесил подарок своей матери на шею.

В тот же момент черная прядь исчезла. Миран удивленно поднял брови и спросил:

— Значит, ты носишь эту штуку, чтобы прятать черные волосы? Зачем?

Ллавен замялся. А принц заговорил:

— Черные волосы — признак темных эльфов. Но их же истребили давным давно. Твои родители — эльфы королевского рода. Как получилось, что ты — темный?

Ллавен опасливо оглянулся по сторонам, сделал шаг к друзьям и заговорил срывающимся шепотом:

— Потому что в ваших летописях написана не вся правда. Светлые эльфы не истребили Темных. Они истребляют Темных. Год за годом. День за днем. Любого младенца, на голове которого найдется хотя бы одна черная прядь, убивают в колыбели. Так получилось, что у меня был единственный короткий черный волос. И его пропустили. Не заметили. А мать, когда увидела, не захотела отдавать на расправу свое любимое дитя. И она утаила это от всех. Вот только… Я становился старше, и скрывать мою силу становилось все сложнее. И она создала это, — он поднял медальон в виде цветка. — Но за создание артефакта, который спрятал мою темную магию, мать заплатила своей жизнью.

В его голосе прозвучала боль. Друзья смотрели на него молча. Наконец, Райтон твердо сказал:

— В Мерцающем лесу эльфы могут творить все, что угодно и жить по своим законам. Но ты больше не эльф, они тебя изгнали. Ты мой друг, член моей личной гвардии и подданный Королевства Людей. Я не дам им убить тебя.

Ллавен с сожалением покачал головой и бросил взгляд в сторону наставника.

— Ты уверен, что его это остановит? Пока что его остановило только безумство Райги. Если она… если с ней что-то случится, его ничто не остановит.

Миран поежился и проговорил:

— Мудрые бессмертные эльфы убивают младенцев из-за цвета волос. В голове не укладывается.

— Убивают они из-за темной магии, — поправил его Ллавен. — Как Луций Райс убил бы и тебя, если бы обнаружил в тебе хотя бы каплю силы.

— А как это все связано с твоими ночными хождениями? — спросил принц.

— Лунная болезнь — еще один признак, по которому можно вычислить темных. — Отвктил ему друг. — Поэтому, когда я случайно просыпался ночью в чужой комнате, приходилось валять дурака и делать вид, что я достаю всех из вредности.

— И однажды терпение твоих сородичей иссякло?

— Нет. Однажды я нарвался на того, кто этим самым терпением не славится.

Он бросил короткий красноречивый взгляд в сторону учителя.

Миран прыснул. Райтон ткнул его в бок и прошипел:

— Заткнись. Он смотрит в нашу сторону. Давайте быстро обедать.

Они шли вперед весь день. Только после полуночи Магистр разрешил сделать привал и сказал Мирану:

— Если можешь, отправь одного из духов своих предков на разведку. И, если в округе нет орков, разводите огонь.

Темный тут же вытащил из-за отворота рукава лезвие, полоснул себя по ладони и позвал:

— Дарел! Хайран!

Два сгустка призрачного огня вылетели из черного дыма, приветственно облетели вокруг его друзей и по широкой дуге умчались в лес, стараясь держаться подальше от Пламенных. Вскоре Миран опустил руку и сообщил: